Николай Сташек - Через все испытания

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Через все испытания"
Описание и краткое содержание "Через все испытания" читать бесплатно онлайн.
Повесть о комсомольцах двадцатых-тридцатых годов, прошедших подготовку в организациях Осоавиахима и отважно сражавшихся на фронтах Великой Отечественной войны. В центре книги — образ Михаила Горнового, прошедшего путь от курсанта военного училища до командира дивизии, генерала.
Для массового читателя.
Глава 28
После массированных налетов вражеской авиации на порт и прилегающие к нему сооружения дымом заволокло всю приморскую часть города. Невозможно было дышать в подвалах и квартирах. Старик Белецкий, бесшумно ступая по паркетному полу гостиной, то и дело прислушивался к доносившемуся из спальни грудному кашлю жены.
— Трудно маме, задыхается… Сердце слабое. Нужен покой, — говорит Люся.
— Покой… — рассуждает сам с собою старик. — Где его взять? Вон что творится. Бьют, варвары, по жилым кварталам, где ни войск, ни военных объектов. Покой… А Евгений твердит об отъезде. Это же бегство!
Мысли его прерывает стук в дверь. Женя с порога глядит на отца, на Люсю:
— Где вещи? Почему не одеты? Где мама? Машина ждет у подъезда.
В мрачной, закрытой ставнями комнате колышутся тени от мигающей свечи. Женя только сейчас замечает, как бледен отец. Вот он приближается, кладет на плечи сына отяжелевшие руки и говорит спокойно:
— Мы, Женечка, не поедем.
— Как так, папа? Там ждут. Последний теплоход уходит. Поймите — последний!
— Пусть уходит.
— Немцы вот-вот ворвутся в город! Бои идут на окраине! Говорят, Пересыпь уже захвачена!
— Вот видишь: бои. Наши город так просто не оставят. Нет, — запротестовал старик. — Наш дом здесь, сынок. Да и мама задыхается, бедняжка.
— Люся! Ты же врач. Берем маму на руки и…
— Женя! Она очень тяжело больна. Сердечные приступы один за другим. — Люся отвернулась к закрытому окну. — Ты, Женечка, отправляй своих, да побыстрее, а мы останемся.
Видя, что разговоры напрасны, Евгений, раздосадованный, пошел к выходу.
— Раз так, отправлю семью, пусть едет, — ни к кому не обращаясь, проговорил он. — А вас навещу при первой возможности.
«Даже проститься не удалось, — подумал старик. — Что же будет с нами?»
Многое видел Антон Ефимович в жизни. В огне первой мировой и гражданской от первого до последнего выстрела. Люди гибли на его глазах. Сколько осталось калек с тех пор! А сколько вдов, сирот! Эта война будет тяжелей. Немец вон куда прорвался, на Москву прет, к Питеру вплотную подошел. Всю Европу двинул на нас. Но, дай срок, выдюжим. В гражданскую тоже хватали нас за горло мертвой хваткой. Но вышло, не удушили. Потому что воевала не одна только армия, весь народ воевал. Подымут его и теперь, и уж коли он всколыхнется — пощады врагу не будет. А как хорошо жизнь наладилась. Вот и его детей Советская власть выучила, дала работу. Евгений главный инженер мельпрома. Люся врач. А где Миша? Жив ли? Неужели потухнет Люсино счастье, не успев расцвести?
Евгений пришел на второй день. Осунулся, почернел. Узнав, что матери полегче, вздохнул облегченно. Торопливо и подробно рассказывал, что творилось вчера в порту: столпотворение вавилонское. Жану матросы буквально внесли на руках. Дочку ей бросили через перила.
— А ты почему остался? — спросил отец. — Как они без тебя, одни? И куда их?
— Куда — неизвестно. Важно вывезти из-под удара. А у меня здесь работа.
— Здесь? — переспросил отец. — Я сразу понял и скажу: решение твое по душе мне. Иначе коммунисту нельзя. Перебирайся к нам теперь. Вместе дружнее. Глядишь, и мы чем-то поможем.
— Вместе несподручно, папа. В случае чего Люся знает, где меня искать. У нее не спрашивайте, не скажет.
— Понимаю, — ответил старик.
Евгений тихо вошел в спальню. Мать лежала на спине. На бледных щеках ее выступили слабые розовые пятна. Опущенные веки изредка вздрагивали, безжизненно лежали руки. Седые волнистые волосы были, как всегда, аккуратно причесаны.
— Поговори с Люсей, — шепнул Антон Ефимович. — Она тоже свалилась, более суток не отходила от мамы.
Увидев рядом брата, Люся поднялась, еле слышно попросила:
— Не забывай нас. За маму боюсь. Очень слаба она.
На прощание отец поцеловал сына, сказал:
— Счастья тебе, сынок!
Евгений улыбнулся.
— Спасибо, папа, береги маму. И будьте осторожны.
Глава 29
Расставшись с сыном, Антон Ефимович долго ходил по пустой, неуютной квартире, то и дело прислушиваясь к приближавшемуся грохоту. Из разговоров с Евгением ему было известно, что по приказу Верховного Главнокомандования войска оборонительного района эвакуированы, а на рубежах прикрытия остались небольшие силы партизан из числа тех патриотов-одесситов, которые вступили в первые дни войны в ополчение, истребительные батальоны. «Конечно, сдержать противника они не смогут, — сказал Евгений, — но до поры, до времени будут имитировать наличие войск на занимаемых рубежах».
Узнал старик и о том, что защитники Одессы сковали у стен города всю 4-ю румынскую армию, насчитывавшую около двадцати дивизий, и нанесли ей огромные потери в живой силе и технике.
Долго тянулся пасмурный день шестнадцатого октября сорок первого года. Когда стемнело, Антон Ефимович услышал приглушенный рокот автомобильных моторов. Подойдя к окну и отодвинув штору, он увидел, как вслед за пробежавшими машинами по улице к центру города потянулись повозки, а по тротуарам, озираясь на темные глазницы окон, продвигались вражеские солдаты. «Вот они, завоеватели. Посмотрим, кому из них удастся унести отсюда ноги», — подумал старик.
Город умолк, насторожился. Даже на Дерибасовской, до войны веселой и жизнерадостной, было пусто. И все-таки жила Одесса, и фашисты знали об этом. Они чувствовали на каждом шагу, что одесситы не сложили оружия, не покорились.
Антон Ефимович, не вынеся лязга кованых сапог, сидел с закрытыми ставнями. В доме стояла гнетущая тишина. Лишь изредка доносились кашель и стоны Серафимы Филатовны. Люся, кутаясь в теплый плед, забилась в угол своей зашторенной комнаты.
Ели редко и мало. Всё чай пили. Антон Ефимович, давно бросивший курить, не выпускал изо рта незажженную ореховую трубку. Так тянулось неделю. А двадцать второго октября вечером слабо постучали в дверь. Антон Ефимович понял, что идет кто-то свой, но не Евгений. Его он узнавал безошибочно.
Пришла врач осведомиться о самочувствии Серафимы Филатовны. Рассказала Антону Ефимовичу, что фашисты согнали людей в пустовавшие на Люстдорфском шоссе пороховые склады, а потом подожгли их. За эти дни в городе уничтожено много тысяч людей. По ночам головорезы устраивают облавы. Хватают ни в чем неповинных людей.
— А где Женя? — спросила она.
— Ничего не знаем, — ответил Антон Ефимович.
Врач ушла, а старик, поставив на лестнице большой пустой ящик и закрыв парадную дверь, начал уговаривать Люсю:
— Слышала, доченька, что порассказала Вера Платоновна? Грабят, насилуют, убивают. За тебя боюсь. Разыщи Женю да с ним и останься.
— Разве я смогу вас бросить? К тому же без пропуска нельзя пройти даже из дома в дом. Может, укрыться где-то здесь? Ты людей знаешь, они относятся к тебе хорошо.
— Все передумал. Знакомых не сыскать сейчас. Сидеть в подвале бессмысленно. Там тоже обыскивают. Да и как вести маму в затхлое подземелье?
Послышались стоны. Серафима Филатовна позвала Люсю. Стопы на несколько минут стихли. «Кровавым террором фашисты намереваются запугать оставшихся в городе жителей, сделать их послушными рабами, — размышлял Антон Ефимович. — Но просчитались, гады. Кроме города, находящегося на поверхности земли, есть еще один, под землей, в катакомбах. И этот, второй, имеет прямое предназначение — вести беспощадную борьбу с врагом. Из разговора с Женей ясно, что в распоряжении созданных по решению ЦК подпольных райкомов и обкома партии имеются немалые силы».
Люся вышла от матери, твердо сказала:
— Папа, мы никуда не пойдем. Здесь наш дом. Фашистам не удастся поставить нас на колени.
— Ты права, — ответил он и решительно подошел к окну, дернул ставню. — Мы не должны прятаться. Пусть враги прячутся, а в нашем доме будет свет!
День прошел спокойно, а поздней ночью неподалеку прозвучали один за другим три выстрела. Антон Ефимович поспешно шагнул в прихожую. Там было тихо, Старик возвратился в комнату, но лечь не успел — раздались сильные удары в дверь.
Выбежав на середину гостиной, Антон Ефимович бросал тревожные взгляды то на дверь спальни, то в сторону прихожей.
— Папа! — Плотно запахивая халатик ледяными руками, Люся бросилась к отцу.
Антон Ефимович стоял в нерешительности. На площадке послышалась грубая ругань, а от удара чем-то тяжелым в дверь посыпалась штукатурка. Шагнув к прихожей, старик закричал:
— Люся! Прячься!
В прихожую ворвались несколько человек. По квартире заметались лучи ручных фонарей.
— Партизане, коммунисте запирайтся, — заорал верзила на ломаном русском языке. — Штахель, комет! Разбирайт, — толкнул он старика в сторону того, которого назвал Штахелем.
— Да пошел он… — выругался Штахель и двинул плечом дверь Люсиной комнаты.
Антон Ефимович поспешил к жене в спальню, где два карателя взламывали комод. И вдруг услышал крик Люси. Бросился к ее двери. Дочка отбивалась от мерзавца. Антон Ефимович рванулся в кладовую за топором, и вновь раздался Люсин истерический крик и почти одновременно — мужской вопль.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Через все испытания"
Книги похожие на "Через все испытания" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Николай Сташек - Через все испытания"
Отзывы читателей о книге "Через все испытания", комментарии и мнения людей о произведении.