» » » » Дмитрий Холендро - Избранные произведения в двух томах. Том 2 [Повести и рассказы]


Авторские права

Дмитрий Холендро - Избранные произведения в двух томах. Том 2 [Повести и рассказы]

Здесь можно скачать бесплатно "Дмитрий Холендро - Избранные произведения в двух томах. Том 2 [Повести и рассказы]" в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: Советская классическая проза, издательство Современник, год 1987. Так же Вы можете читать книгу онлайн без регистрации и SMS на сайте LibFox.Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.
Дмитрий Холендро - Избранные произведения в двух томах. Том 2 [Повести и рассказы]
Рейтинг:
Название:
Избранные произведения в двух томах. Том 2 [Повести и рассказы]
Издательство:
Современник
Год:
1987
ISBN:
нет данных
Скачать:

99Пожалуйста дождитесь своей очереди, идёт подготовка вашей ссылки для скачивания...

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.

Вы автор?
Жалоба
Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия.
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.

Как получить книгу?
Оплатили, но не знаете что делать дальше? Инструкция.

Описание книги "Избранные произведения в двух томах. Том 2 [Повести и рассказы]"

Описание и краткое содержание "Избранные произведения в двух томах. Том 2 [Повести и рассказы]" читать бесплатно онлайн.



Второй том Избранных произведений Дмитрия Холендро составили повествования о мирной жизни — начиная с первых послевоенных лет до наших дней. Мужественным героям, восстанавливающим пострадавший от землетрясения Ташкент, посвящена повесть «Улица тринадцати тополей». Герои повестей «Свадьба», «Нефедов», рассказов «Под древним тополем», «Городской дождь», «Близкое небо» и др. — наши современники — находятся в процессе становления, решая проблему нравственного выбора, когда каждый поступок человека так или иначе подлежит лишь суду его собственной совести.






— Вы ташкентский?

— Да.

Подошел Усманов:

— Он молодец. Следующий дом будет сам собирать.

— Записала? — спросил фотограф девушку.

Кеша встал на место Усманова, подальше от них. Девушка записывала, усатенький щелкал, поворачиваясь туда-сюда. А когда пожали руку Усманову и ушли, с опаской пробираясь между болтающимися плитами и делая вид, что не боятся высоты, толстый Усманов, поджав живот, вытащил из-под фартука сигареты:

— Кури, Картошкин… Почему обманываешь?

Кеша закурил, перебросил цепи, чтобы не простаивали.

— Понимаете, Усманов…

— Зови «ты», — перебил тот. — Я старше тебя, у меня домов в Ташкенте в пять раз больше, чем детей, а детей, видел сколько? Но… я простой человек, вместе работаем. Зови «ты». Хоп?

— Хоп.

Хоп — это «хорошо».

— Зачем не свое имя говоришь?

— А какая разница?

— Твой дом. А напишут — Картошкин.

— Я прочел в газете… приехали в одну африканскую страну иностранцы — помогать пострадавшим от вулкана… Так они вовсе отказались свои имена называть. Помощники — и все… А я ведь не иностранец… Я дома. — Кеша подымил и опять затянулся покрепче. — А вообще-то уезжать мне надо, устал. Пропаду я здесь.

— Не пропадешь, — серьезно сказал Усманов. — Другую девушку найдем. В Ташкенте красавиц знаешь сколько?

Это он уже слышал.

— Знаю.

Бросил сигарету и засигналил крановщице одними пальцами, кончиком перчатки. Еще, еще… Стоп! Большая штука кран, а послушная… Плита повисла, принеся с собой крошечную заплатку тени.

— Дайте сигаретку, Усманов.

— Дай.

— Дай, ака.

— Вот так. Крепи угол. Я за тебя прямо постою… Моя спина отдохнет.

Курить все время хотелось, даже на жаре. А свои сигареты кончились. Оттого и кончились, что чадил. Сунул руку в карман за спичками, вытащил клочок из утренней газеты. Сегодня вырвал. Для деда. Пусть представит себе дед, как живет и чем дышит город, куда улетел внук Кешка за наследством. А этот клочок… не стоит посылать, пожалуй. Ну его к аллаху!

«Ташкентская прокуратура арестовала трех служащих горсовета за взятки при выдаче ордеров на новые квартиры. Все трое будут преданы суду».

Мастура вошла в палатку и обмерла. На чемодане между раскладушками желтел ванька-встанька. Пузатое, как яйцо, его тело вздрогнуло и закачалось, колокольчики сказали: трам-бам, трам-бам.

— Пять баллов, — коротко улыбнулась мать.

Мать шила, раскидав по раскладушке лоскуты ее платья. Мастура смотрела на ваньку-встаньку.

— Вы зачем его поставили, мама?

— Ночью, когда ты уходишь на аэродром, — сказала мать, — он сигналит мне о землетрясениях. Это слабый толчок. Примерь платье.

Она повернулась к дочери, привстала и приложила обновку к ее груди.

— Посмотри.

Мастура придержала платье за плечики, а мать взяла с раскладушки большой осколок, оставшийся от их старого зеркала, и подняла повыше.

Мастура смотрела в зеркало, а мать на нее.

Было что-то еще очень детское в ее лице, в гладких щеках, в чуточку оттопыренной, словно от обиды, верхней губе… И было что-то уже взрослое в движении острых грудей, приподнимаемых дыханием, в этих исчерна-блестящих прядях волос, ниспадающих не школьной челкой, а зигзагами через лоб, набок. И в глазах с непроходящей тоской.

Из глаз Мастуры выкатилась слеза, медленно поползла по щеке. Она видела это в зеркале, но забыла, что и мать видит, и вздрогнула, когда мать сказала:

— Позови его.

Мать положила зеркало на раскладушку и притянула к себе свою дочь. И та уткнулась ей в колени, а мать стала гладить ее по голове и говорить:

— Пусть он придет. Слышишь? Пусть…

И голос ее звучал совсем не строго, с забытой лаской.

— Мама!

— Это я виновата, дочка… Не важно, кто он… узбек или… гармошка!.. Раз любит…

— Мама!..

— Я мать, а причинила тебе зло.

Мастура подняла на нее заплаканные глаза.

— Я нигде не нашла его… Я искала… Мама, что со мной?

— Зато я нашел тебя! Салям-алейкум, Мархамат-апа. Салям, Мастура!

Согнутый, в очках без оправы, раздвинув боковушки входа, в палатку заглядывал старик. Над его головой поднималось треугольное небо, яснеющее к вечеру от знойного и пыльного марева.

— Хаким-ака!

— Он обещал ждать тебя… в семь часов… у театра Навои. Каждый день!

— В семь часов? — спросила Мастура.

— Каждый день, — повторил старик фотограф. Мастура повернула к себе будильник, громко тикавший рядом с ванькой-встанькой. Бегущие стрелки показывали без четверти семь.

— Мама, я пойду? — спросила Мастура, покосившись в осколок зеркала.

Мать кивнула ей своей седой головой. Ничего не сказала.

— Рахмат! — шепнула Мастура Хакиму-ака, выходя из палатки.

Очень тяжело было не бежать, а идти мимо палаток, меж которыми буднично сушилось белье, мимо тети Фани, чистившей свой коврик, мимо квадратного бассейна, в котором плескались и галдели ребятишки, — когда-то тут тоже был фонтан, и тогда не разрешали купаться, а теперь купались, прыгали, брызгались.

В палатке на чемодане снова вздрогнул и забренчал ванька-встанька.

— Четыре балла, — вздохнула мать, а Хаким-ака успокаивающе засмеялся:

— Нет-нет! Это грузовик.

Мать стала собирать чай на стол, как полагается в узбекском доме, для нежданного гостя. Старик, присев на единственную табуретку, радостно говорил:

— Побежала! Долго не мог передать. Болел! Потом друг, у которого я живу — за городом, далеко, — тоже болел. Э! Старики! Потом искал…

И мать растерянно посмотрела на него, придерживая чайничек обеими руками.

— Так это было давно?

А Мастура бежала. Палатки кончились, и она бежала мимо пустырей, засаженных розами и пионами, одноцветными от пыли, и мимо нового дома, сверкающего стеклами, будто не было никаких толчков, мимо экскаватора, забивающего своим рокотом шум городского движения, — он старательно рыл фундамент для соседнего дома. Бежала на площадь, где однажды она каталась на тележке с пони. Где была колотушка, чтобы померить силу. Где были афиши у театра… люди… цветы…

Как всегда, тут встречались… У скамеек… У телефонных будок-автоматов… Пусть молчит фонтан, но здесь все равно кто-то кого-то ждет…

Мастура прошла по ступеням театра, глянула по сторонам и остановилась. Кеши не было. Она стояла на самой верхней ступени, выбрав место повыше, тонкая, прямая, неподвижная камышинка, и ждала. Может быть, он ее увидит?

Но раньше она сама увидела, как за деревьями сквера остановился автокран, хлопнула дверца и с подножки соскочил на землю Кеша. Он не спешил. Он потолковал с водителем, разломал с ним сигарету, и водитель что-то еще сказал ему, хлопнул по плечу, и кран остался стоять, протянув длинную железную свою руку над зеленью, а Кеша откинул со лба отросший чубчик и закурил.

Потом он тоже начал оглядываться. Гремел бубенцами пони, колеся по бесконечному кругу сквера, тянул за собой тележку, набитую детьми. Стоял театр, солнечный, как Парфенон.

И на самой верхней ступеньке он увидел ее и отшатнулся…

Первым его чувством было — спрятаться. К кому она пришла? Он отшатнулся за куст, — раньше их стригли под шары, а теперь оставили в покое, и кусты разрослись вольно, спрятаться нетрудно было.

Чего он сюда приехал? Да еще прямо со стройки…

Отходил автокран в конце рабочей смены, и он подбежал к водителю и попросился в кабину. Водитель, рослый грузин в необъятной кепке с козырьком, бросавшим тень на лицо, разрешил с подчеркнутой любезностью:

— Прошу, кацо! Куда?

— В центр.

— В самый центр? — уточнил водитель. — Ай, зачем я спрашиваю? Сразу видно!

— А что я, грязный? — поинтересовался Кеша в ответ на его добрую усмешку, когда уже поехали.

— Что ты! Прекрасно выглядишь! — категорически успокоил его водитель, восклицая сердечно и с заметным акцентом. — Как Махендра-Бир-Бикрам-Шах-Дева!

— Это кто такой?

— Король Непала, — ответил водитель, делая серьезные глаза.

— Ну! — сказал Кеша, заправляя длинную рубаху в брюки. — Это не имеет значения.

— Правильно, — согласился водитель. — Ты счастливый, кацо!

Ехали долго. У каждого светофора, натужно переключая скорости, грузин отставал на своем кране от других машин. Наконец вылез из-за деревьев угол театра, зажелтели колонны…

— Стой, — сказал Кеша.

В семь часов он иногда бродил тут. Просто так. Ничего не вспоминая, потому что эта площадь сама была воспоминанием. Посидишь тут, побродишь, и хватает тебя еще на несколько долгих дней. Уж кого он не ожидал здесь встретить… И услышал за своей спиной:

— Здравствуй.

Он рывком повернулся. Мастура ему улыбалась, сдерживая себя, губы ее подрагивали. Еще бы! Бир-Бикрам…


На Facebook В Твиттере В Instagram В Одноклассниках Мы Вконтакте
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!

Похожие книги на "Избранные произведения в двух томах. Том 2 [Повести и рассказы]"

Книги похожие на "Избранные произведения в двух томах. Том 2 [Повести и рассказы]" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.


Понравилась книга? Оставьте Ваш комментарий, поделитесь впечатлениями или расскажите друзьям

Все книги автора Дмитрий Холендро

Дмитрий Холендро - все книги автора в одном месте на сайте онлайн библиотеки LibFox.

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Отзывы о "Дмитрий Холендро - Избранные произведения в двух томах. Том 2 [Повести и рассказы]"

Отзывы читателей о книге "Избранные произведения в двух томах. Том 2 [Повести и рассказы]", комментарии и мнения людей о произведении.

А что Вы думаете о книге? Оставьте Ваш отзыв.