Леонид Сергеев - Вперед, безумцы!

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Вперед, безумцы!"
Описание и краткое содержание "Вперед, безумцы!" читать бесплатно онлайн.
Прозу Леонида Сергеева отличает проникновенное внимание к человеческим судьбам, лирический тон и юмор.
Автор лауреат премий им. С. Есенина и А. Толстого, премии «Золотое перо Московии», премии журнала «Московский вестник», Первой премии Всероссийского конкурса на лучшую книгу о животных 2004 г.
Иван незло усмехнулся и, подтолкнув нас, засеменил к стене-стенду.
— Председатель совхоза тоже обещал посодействовать с выставкой, обещал даже купить парочку в клуб… Все только обещают, а потом забывают. Но мне не к спеху, я терпеливый. А пока взял и развесил картинки на доме. Некоторым нравятся, подходят, смотрят. А мне приятно, что доставил людям радостное настроение.
Мы подошли к стене и Валерий кивнул на пейзаж с горой «медведем».
— Вот эта работа отличная. Сколько вы за нее возьмете?
— Сколько дашь, столько и хорошо. — Иван почесал в затылке. — На краски дашь — и хорошо.
— Ну, рублей пятнадцать, ничего? — Валерий полез в карман.
— Хорошо, — Иван махнул рукой и стал снимать картину. — А хотите, намалюю водопад. Я люблю водопады.
— Хотим, — вставил я, заранее зная, что Валерий не упустит момента посмотреть творческую лабораторию самодеятельного художника. — Завтра-послезавтра сможете сделать?
— Зачем завтра. Щас сделаю. Вон, берите стулья, присаживайтесь, а я схожу за рамой и красками. Я уж кое-что накидал.
Часа два мы с искренним интересом наблюдали за священнодействием Ивана; сидели рядом с ним, но все-таки не впритык, выдерживая почтительное расстояние, чтобы не мешать ему, не сбивать его душевный порыв. Иван работал просто: смешивал краски на фанере-палитре и не описывал кистью формы, а делал легкие мазки-прикосновения. Он писал по памяти — на подрамнике был только контур и подмалевок, остальное он расцвечивал воображением. Его картина была чем-то вроде имитации импрессионизма, в ней явно не хватало мастерства, зато она подкупала наивностью, какой-то первобытной чистотой.
— В таких умельцах, как он, первоисточник непосредственного восприятия, настоящей художественности, — шепнул мне Валерий.
Когда мы пришли с картинами Ивана в свою обитель, нам почему-то расхотелось приниматься за собственную работу. После открытой, восторженной живописи Ивана, его солнечных пейзажей предстояло обсчитывать текст, делать строгий макет, наброски к сюжетным кускам. Мы были привязаны к материалу, а Иван жил раскованно и писал, что хотел.
— Работу придется отложить до завтра, — вздохнув, сказал Валерий. — У нас не тот настрой.
— Пойдем к старине Степанычу, — воодушевился я. — Мы же договорились отправиться на лов кефали.
Мы уже запирали калитку, как вдруг у соседнего дома увидели плачущую старуху. Сгорбленная, в запыленной одежде, она то и дело закрывала лицо руками и беззвучно дергалась.
— Что случилось? — спросил Валерий.
— Столько лет, мил люди, не разрешают вернуться на родную землю, — с тяжелым вздохом старуха опустилась на скамью около изгороди. — Вы местные аль приезжие? Московские?.. А я из Казахстана. Вот приехала посмотреть на свой дом, — она повернулась в сторону дома и снова закрыла лицо руками. — Хотела взглянуть на дом свой… перед кончиной, да не пустили. Сказали: «Уходи, нечего тебе здесь делать»…
Старуха дергалась, сквозь всхлипывания бормотала о том, как когда-то жила в этом доме и имела большую семью, но после войны мужа посадили, а ее с детьми сослали. Мы, как могли, старались утешить пожилую женщину, но это нам плохо удавалось. Да и что мы могли сказать?! Так и отошли с тяжелым сердцем.
— Она крымская татарка, — буркнул Валерий, прекрасно зная, что я это понял одновременно с ним. — Среди них было немало предателей.
Степаныч встретил нас по-родственному. Он работал в саду.
— Вот все фантазирую, выращиваю, — объяснил, пожимая нам руки. — Я ведь это делаю не для того, чтоб выпустить пар, мне, честное слово, нравится ковыряться в земле. Я ведь всю жизнь провел в море, а теперь потянуло к земле… Вот я думаю, простое семя, а в нем затаилась жизнь. И что ее пробуждает?.. Но чего это вы такие мрачные?
Мы рассказали о старухе татарке.
— Да-а, они наведываются сюда, — протянул Степаныч. — Правильно их выселили, они ведь немцев встречали с хлебом-солью. А многие и в карательных отрядах участвовали, расстреливали наших. И немцы к ним хорошо относились, у рыбаков брали только половину улова…
— Степаныч, ты, вроде, вчера говорил насчет кефали, — Валерий, как нельзя кстати, сменил тему. — Не забыл? Все остается в силе?
— Обижаешь, — Степаныч нарочито надулся. — Сейчас сварганим обед, потом катанем. Еще рановато, а тут ехать на автобусе полчаса. Нам надо прибыть часиков в семь-восемь вечера. А сети поставим на ночь. Это за Алуштой. Там у меня кореш. Паспорта возьмите, надо оставить на погранзаставе.
Когда мы прибыли в Алушту, солнце уже опустилось за горную гряду, оставив на небосклоне веер лучей. На автостанции Степаныч договорился со знакомым шофером «газика», и тот подбросил нас в небольшой поселок, лежащий в узком ущелье, на берегу пересохшей речушки. Около крайнего дома нас встретил коренастый, свирепый на вид мужчина с низким голосом и категоричными, рубящими жестами; один глаз прищурен — острый, злой, другой открыт и в нем — лукавые искры. Вместо приветствия он выбросил вперед ладонь и пробасил:
— Сатурнов!
Давая понять, что не зря носит космическую фамилию, он сразу, без всяких предисловий, отдал зычные команды:
— Ты, Глеб, чеши на заставу, возьмешь пропуска, а вы, салаки, давай за мной, укладывать сеть!
Мы вышли в море на старой, обшарпанной моторной лодке. Сатурнов сидел на моторе и, пока мы не пришли в район лова, все чеканил с кормы, как бы с другой планеты:
— Заправляй пока фонари! Вон керосин под банкой… А ты, Глеб, шутник. Нет, чтобы заранее дать знать, он, вишь ли, сегодня объявился, точно с мачты свалился.
Обогнув мыс, Сатурнов сбавил обороты двигателя и на тихом ходу, описав длинную орбиту, проследовал в пустынную бухту. Около торчащих из воды жердей-вех заглушил двигатель и, понизив голос до загробного, бросил нам с Валерием:
— Вы давай на весла и тихо, без плеска гребите вдоль вех.
Привязав сеть к вехам и развесив на них керосиновые фонари — как мы поняли, чтобы рыба шла на свет, Сатурнов величественно, прямо инопланетянским жестом указал нам курс к берегу.
На гальке, среди колючего кустарника Сатурнов раздул костер, Степаныч достал съестные припасы, бутыль наливки, и мы с Валерием вновь отправились в морские путешествия, только теперь уже с двумя бывалыми моряками. Первым ударился в воспоминания Степаныч, но вскоре, немного размякнув и подобрев, показывая свое вполне земное происхождение, заговорил Сатурнов. Оказалось, именно он в свое время заразил Степаныча морской романтикой и помог устроиться на сухогруз, где служил механиком, а после того, как Степаныч распрощался с морем, еще несколько лет работал на судне.
Под утро мы спихнули лодку в воду, подгребли к вехам и стали выбирать сеть, заполняя отсеки лодки серебристой кефалью. Сатурнов снова командовал, но уже повеселевшим голосом.
А потом мы коптили кефаль во дворе дома Сатурнова, встречали и провожали посельчан, с которыми щедро делились уловом, готовились к застолью. В Гурзуф вернулись ночью; уставшие, осовевшие от питья и еды, переполненные впечатлениями, плюхнулись на постели и моментально уснули.
Спали долго, и когда проснулись, было уже не до работы — с непривычки от физической нагрузки болело все тело, от обильного застолья трещала голова, но тем не менее встали в неплохом расположении духа.
— Да, вчера мы классно провели времечко, — проговорил Валерий, потягиваясь. — Ради одного такого приключения стоило сюда прикатить.
Я согласился, но заметил, что все же не мешает пойти окунуться в море, чтобы окончательно прийти в себя.
Мы пришли на пляж. Почему-то после маленького рыбацкого поселка, затерянного в узком ущелье, нас потянуло к простору, шумным, людным местам. Похоже, рассказы моряков о странствиях заронили в нас зерна какого-то беспокойства, желание узнать другую жизнь, а поскольку мы не имели возможности сразу же отправиться в заморские страны, ринулись на пляж, в гущу отдыхающих.
Лучшая часть пляжа принадлежала «Спутнику» и была огорожена внушительной стальной сеткой. Перед входом висела предостерегающая надпись: «Посторонним вход воспрещен». Под надписью, поигрывая дубинкой, на стуле восседал сторож.
— Мы вылитые иностранцы, — сказал Валерий, намекая на наш художнический вид. — Спокойно пройдем.
Но не тут то было. Наметанным взглядом сторож сразу определил нашу принадлежность и просто буркнул:
— С иностранцами общаться запрещено!
Не менее наметанным взглядом, чем у сторожа, Валерий разглядел в стороне дыру и хотел было направиться к ней, но я отговорил его от этой унизительной процедуры.
Мы спустились на примыкавший городской пляж, сделали долгий заплыв и расположились под тентом, рядом с шумной грузинской семьей. Глава семьи, волосатый толстяк, объедал сочный персик и беседовал с соседом, выходцем, судя по говору, с Украины.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Вперед, безумцы!"
Книги похожие на "Вперед, безумцы!" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Леонид Сергеев - Вперед, безумцы!"
Отзывы читателей о книге "Вперед, безумцы!", комментарии и мнения людей о произведении.