Иван Сабило - Предел прочности

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Предел прочности"
Описание и краткое содержание "Предел прочности" читать бесплатно онлайн.
Мои размышления прервал голос Гены Кускова из окна:
— Юр, тебя главный кличет.
Вернулся в редакцию, захватил на всякий случай свежий номер газеты и пошел к Михаилу Бирюкову. Это он два года назад пригласил меня стать литературным сотрудником, напечатав в своей газете несколько моих статей. И часто говорил в редакции: «Вот один из примеров того, что журналисту не обязательно иметь специальное образование. Важно иметь мозги и пользоваться ими, когда это нужно». Вначале меня смущали такие слова, но потом привык. Он тоже вскоре перестал отпускать подобные похвалы. На первый взгляд рубаха-парень, но, общаясь с ним, скоро замечаешь, сколь глубок и сообразителен этот человек. Потому и газету сделал во многом отличную от других. Никакой желтизны, никакого либерализма и псевдопатриотизма. Государственная мораль и защита человека от хищников. Я разделяю такой подход, при котором не приходится сводить счеты с прошлым и опускаться до восхваления рыночно-мелочного настоящего. Оказывается, в городе и в стране много людей с подобным подходом. Вот только с материальной частью у газеты немалые сложности, и они часто приводят к заметной хромоте. Впрочем, и здесь главному удается находить костыли для поддержки.
Я вошел. Бирюков сидел за столом — тощий, лысый, ел краснобокое яблоко. Пепельница полна крупных огрызков. Вскинув на меня голубые, чуть навыкате глаза, показал на стул.
— Есть дело, — сказал он и устроил в пепельницу с огрызками недоеденное яблоко. — Нам предлагают напечатать рецензию на роман Сергея Неструева «Мясной отдел». Я бы как желал… Я знаю, ты прочитал, бурно возмущался, и кому, как не тебе, а?
— Мы же отказались рецензировать такую мерзость?
— Да, было, но Неструев собирается хорошо заплатить. Он разбогател, имеет в собственности два или три магазина.
— И что?
— Предлагает полтораста тысяч за полосу. Двадцать процентов тебе. Как говорится, деньги не пахнут.
— Такие пахнут тухлятиной. Ему ведь нужна положительная рецензия?
— С чего ты взял? Пиши разгромную. Мы живем в особое время. Теперь, как никогда раньше, почитается скандал. Скандал — значит слава. Помнишь турка, что стрелял в папу римского Войтылу? Сел в тюрьму бандитом, а вышел героем: мильёны долларов готовы заплатить за его мемуары. Так и с книгой: сегодня в пух-прах разнеси ее, а завтра за ней в книжные лавки хлынут толпы обывателей. Одни — чтобы в курсе быть, другие — чтобы кинуться защищать того, на кого якобы нападают. Таков наш русский характер. Нет, характер в прошлом, теперь менталитет. Если кого ругают, даже преступника, у нас бросаются его защищать. В общем, тридцать процентов тебе, и, считай, договорились.
— Не знаю, противно как-то.
— Смешной ты, право. Если не согласен, предложу Кускову. Он сделает хуже, чем ты, но сделает. Итак?
Я вспомнил объемистый, страниц на четыреста, роман Неструева — добротно изданный, в твердой обложке, на хорошей бумаге. На обложке — сытый рыжеволосый и рыжеусый господин в зеленом халате и с бордовой бабочкой на воротнике белой манишки. Он протягивает изящной блондинке букет красных роз, но, если присмотреться, можно понять, что не розы это, а куски говядины, ловко упакованные под букет. Собственно, роман не что иное, как мемуарное повествование мясника Неструева о жизни и людях, с которыми его сводят обстоятельства на почве торговли мясом. Начинается книга эпизодом, когда в мясной отдел к нему приходит его бывшая одноклассница Лера и он, поставив на прилавок табличку «Сейчас буду», уводит ее в чрево магазина. К Лере он неравнодушен со школьных лет, а когда выросли, даже предлагал ей руку и сердце. Но Лера заупрямилась, окончила университет и вышла замуж за военного моряка. У них родились двойняшки, и, как это часто бывает с военными, моряк молодым вышел в отставку. Долго не мог устроиться на работу, и семья пребывала в сокрушающей бедности. Неструев работал в магазине рядом с домом, в котором жила Лера. И Лера стала приходить к нему как покупательница, которой он отпускал лучшие куски, иногда бесплатно, но зато она стала посещать бытовку при магазине и делить с ним любовь. Такой вот, по авторскому выражению, бартер. И это рецензировать? А там еще такие же мясные дела со студенткой Инной, с бывшей актрисой Эммой… В общем, тихий ужас на крыльях порнографии.
— Не слышу ответа, — поторопил Бирюков.
— Да пошел он на хутор, — сказал я. — Такие шизоидные поделки унижают человека, делают его мельче и гаже. Предлагай Кускову. Лично у меня только одно желание — плюнуть в морду так называемому автору.
— У меня тоже, — усмехнулся редактор. — Но мало ли какие у нас желания. Их нужно соизмерять с нашими возможностями. А возможности таковы, что вынуждены… В общем, зови Кускова.
Я вернулся в отдел и направил Кускова к редактору. Он пошел и тут же снова предстал перед моими глазами. По его довольной физиономии с ходу видно: согласен.
* * *Машина остановилась, раскрылась дверца, и я увидел прежних конвоиров — лейтенанта и сержанта. Это они забирали меня из ресторана.
— Выходи! — приказал сержант.
Я спрыгнул первым. Не оглядываясь и не качаясь, поднялся по каменным ступенькам крыльца и вошел в отделение милиции. Поздоровался с дежурным капитаном — крепким, лысым здоровяком, который стоял возле стола, сцепив пальцы рук на собственном затылке.
— Задержанные доставлены, товарищ капитан, — доложил лейтенант. — Волосатик — за нетрезвый вид и попытку подраться, а литературный сотрудник — за грабеж. Вот его паспорт и журналистское удостоверение, — положил он на стол капитана мои документы. — А также его наличные деньги и деньги, отнятые им у швейцара. И мобильный телефон.
— Того пока здесь посадите, — кивнул капитан на парня. — Этого, — показал на меня, — в клетку, за барьер.
Мне показалось, капитан что-то путает, я хотел присесть на стул, но меня цепко схватил за предплечье сержант и втолкнул в полутемную комнату за высоким деревянным барьером. Звякнул запор.
Парень опустился на скамейку. Посидел, повалился на бок и захрапел. Длинные жирные волосы упали ему на лицо и колыхались от пьяного дыхания.
— За ч-что меня сюда? — старательно выговаривая слова, чтобы казаться трезвым, спросил я. — У меня ма-мать дома.
— О матери нужно было думать раньше, — сказал капитан.
— Верните мобильник, мне надо ей срочно… Не имеете права лишать общения с ма-матерью.
— Сядь и молчи, — сказал сержант. — Иначе таким манером в другое место пойдешь.
Я сел на табурет и ощутил устоявшийся запах мочи: слева, под стульями, расползлась небольшая лужица.
«Нужно уговорить их, чтобы отпустили. Должны же они понять, что мама не спит, переживает. У них тоже есть матери. Жаль, денег нет, а то предложил бы откуп… Да, откуп или выкуп? Нет, в моем случае откуп, откупиться».
— Понимаете, я сказал маме, своей маме, что отлучусь на два часа. Или на три. И это было в семь вечера, а сейчас… Дайте позвонить хотя бы с вашего телефона.
— Прекрати хамить, — сказал сержант. — Товарищ капитан, может, мы его таким манером в отдельный номер?
— Пускай там, — сказал капитан. Он сидел за столом и что-то записывал в широкий журнал. В пепельнице догорала сигарета, и бледный столбик пепла норовил упасть на полированную крышку стола. — Поедет следователь к его маме, поговорит по душам. Ну и кого же вы ограбили?
— С моей матерью следователю нужно разговаривать при мне, — сказал я. — Десять лет я живу отдельно, она про меня многое не знает. А я про себя знаю то, чего не знает она.
— Следователь выяснит, — сказал капитан.
— Да, выяснит, и вы меня выпустите из вашей уборной.
— Несомненно, если прикажет, — подтвердил капитан.
— У вас пепел сейчас упадет, — сказал я, не понимая, зачем я это говорю.
— Спасибо, — сказал капитан и стряхнул пепел на стол. А затем приставил пепельницу к крышке стола и смахнул в нее пепел ладонью. При этом я не понял, зачем пепел сначала стряхивать на стол и только затем — в пепельницу. Наверное, чтобы не чувствовать на себе моего влияния. — Вы расслышали вопрос?
— Я никого не грабил, — сказал я. — Меня ограбили.
— Да? Как же такое случилось?
Я не хотел говорить, но в моем трезвеющем мозгу была надежда, что они все-таки махнут рукой на свои милицейские условности и скажут: «Черт с тобой, иди к своей маме». И решил рассказать:
— Мы с девушкой были в ресторане, так? Она заревновала, что я танцевал с другой, и ушла. Обиделась, наверное, не знаю. А когда и я собрался уходить, то увидел, что у лестницы, которая ведет в бар, стоит швейцар и считает деньги. Я попросил его разменять пятитысячную купюру. Он сказал: «Сейчас». Достал из кармана еще денег и стал считать. Посчитает, посчитает, посмотрит на меня и начинает пересчитывать. А я подумал, что он слишком долго считает, будто не собирается отдавать. И стукнуло в мою хмельную голову: «Он видит, что я пьян, и ждет, когда я свалюсь и усну или просто забуду про деньги». И взял со стола то, что он уже насчитал. А вы как поступили бы на моем месте, а? Разве иначе?
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Предел прочности"
Книги похожие на "Предел прочности" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Иван Сабило - Предел прочности"
Отзывы читателей о книге "Предел прочности", комментарии и мнения людей о произведении.