Иван Сабило - Предел прочности

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Предел прочности"
Описание и краткое содержание "Предел прочности" читать бесплатно онлайн.
— У меня была однокурсница, Лена Барсукова, ее муж адвокат, могу поговорить.
— Я сказал, буду сам защищаться. Мне это нужно для будущей повести.
— Глупое заявление, — сказала она. — У тебя характер человека, одержимого идеей стать писателем. Все подчинено только этому. Уймись. Быть обвиняемым и защитником в одном лице — быть дважды уязвимым. Любая неожиданность, случайность — ты сбился с мысли, и все встанет против тебя. Я поговорю с Леной, и, если ее муж согласится, наймешь его.
— Ты русский язык понимаешь или тебе по-немецки сказать? — вспылил я. — Мне нужно самому пройти, чтобы иметь материал для написания книги. Все.
Алена не слушала. Достала мобильник и связалась с бывшей однокурсницей. Но, кажется, номер не удался — муж Лены в служебной командировке и вернется только через неделю.
Я обнял ее и повел к тахте. Но по пути она освободилась от моих объятий и сказала, что в электричке было холодно, ей нужно погреться, а для этого принять ванну.
Я выказал готовность ее согреть, но она будто не расслышала.
* * *Два угнетающих меня чувства владели мной. Одно — что все плохо и надо ждать худшего, другое — что все близкие люди, и прежде всего мама и Алена, отдалились от меня, погрузив меня в тяжкое одиночество. Казалось, и в редакции литсотрудники я сам главный если не враждебно, то, по крайней мере, настороженно стали относиться ко мне и даже избегать разговоров со мной. Я стал хуже писать. Мои материалы правили, доводили до нужного уровня, а то и вовсе отвергали, не собираясь их печатать. Писать статью о том, что со мной произошло, я не стал, чем вызвал недовольство главного. И Ольга Кузнецова, почувствовав, что я не хочу такой публикации, тоже отказалась от статьи.
Гена Кусков написал разгромную статью о «Мясном отделе». Всю основную критику он в меньшей степени обрушил на автора и его героев, а в большей — на эпоху, в которую мы попали и которая уродует и ломает людские судьбы. Еще до публикации дал мне прочитать. Я похвалил его, в особенности то место, где он говорит о героях романа — что ни один из них, несмотря на все свои обиды и провалы, не вызывает сочувствия, а лишь брезгливость. В тот же день Кусков отдал статью в печать.
На меня завели уголовное дело, я несколько раз был вызван к новому следователю на допрос. Ее звали Ксения Васильевна Пахомова. Я не знал, в каком она звании. Это была молодая женщина, неторопливая и обстоятельная, но совершенно безучастная ко мне как к человеку, который попал в беду. Ее интересовали только факты. Она сразу решила, что виновен я, а не швейцар, и ее возмущает, что я утверждаю обратное.
Она вызвала меня на очную ставку со швейцаром. Я пришел в районное УВД, куда меня привезли сразу после задержания. У кабинета следователя уже стоял швейцар в светло-коричневой куртке — довольно высокий, поджарый человек, не очень старый, но крайне сутулый, если не сказать, горбатый. Его крупная лысая голова с густыми седыми бровями покоилась на короткой шее, как башня на танке. Я поздоровался. Он бросил на меня острый, презрительный взгляд и не ответил. Тут же открылась дверь кабинета, и следователь пригласила нас обоих. Предложила сесть, но мы не сели.
— Вы узнали друг друга? — спросила она.
Я кивнул. Швейцар, не глядя на меня, взвизгнул:
— Какой он друг? Видеть не могу такую сволочь!
— Спокойнее, гражданин Удальцов, — сказала следователь. — Расскажите, при каких обстоятельствах произошла ваша встреча.
— Если бы встреча, а то ведь нападение! — так же визгливо продолжил Удальцов. — Я на работе, а тут появляется этот. Покрутился — и вдруг подскочил и вырвал из рук деньги. Гардеробщица видела. Такого со мной еще не случалось, хотя уже почти пять лет стою швейцаром. Журналист называется! Что же он пишет тогда, если бандит?
— Спокойнее, гражданин Удальцов, — сказала следователь. И повернулась ко мне. — А вы что скажете?
— Так и было, — кивнул я. — Только не вырвал, а взял со стола. Но не это главное, а главное — гражданин Удальцов забыл сказать, что я дал ему пять тысяч и ждал…
— Каких пять тысяч, бандит несчастный? Каких пять тысяч? Где они? Ты выхватил то, что не твое! А говоришь, давал. Кому давал? Ты в своем уме?!
— Спокойнее, гражданин Удальцов, — сказала следователь. — Что было потом, поясните?
— Я закричал, прибежали охранники, взяли эту сволочь, отняли деньги. У меня давление подскочило, вызвали «скорую»… Ох, и сейчас плохо, можно воды?
Следователь взяла с тумбочки графин с водой, налила в стакан и подала швейцару. Он выпил и поставил стакан на стол. Следователь записала наши слова в протокол и, бросив на лист ручку, спросила у меня:
— Что вы еще можете сказать?
— Ничего, я все сказал. Крайне сожалею, что такое случилось, но поправить уже ничего невозможно.
— Он крайне сожалеет! Бандит может крайне сожалеть…
— Хорошо, все ясно, — остановила его следователь. — Вы, — обратилась она к Удальцову, — распишитесь в протоколе и можете быть свободны. А Крайнев останется.
Когда он расписался и, с ненавистью взглянув на меня, ушел, следователь повернула ко мне чистое, без капли косметики, лицо:
— Адвоката нашли?
— И не искал. Я же сказал, что буду защищать себя сам.
— У вас юридическая подготовка?
— Нет, она не понадобится. К тому же я не настолько богат, чтобы удовлетворить запросы нынешних адвокатов.
— В таком случае для объективности дела нам придется назначить государственного защитника.
— Ваше право.
— Я знаю, почему вы не признаете свою вину. Вам стыдно. Вам кажется, что ваш поступок, и в особенности ваше признание запятнает вас на всю жизнь. Как Виктора Януковича. Да, запятнало, и он миллион раз пожалел о своей уголовной молодости. Но, как видим, не помешало стать сначала одним из главных политических лидеров Украины, а затем и президентом! Чего же вы боитесь?
— Это ваши домыслы, — сказал я, чувствуя, что и впрямь начинаю бояться этой умной, легко разрушающей мои утверждения женщины. — Ничего я не боюсь. Даже рад, что попал в такую ситуацию, — напишу повесть. Я получил возможность узнать, что чувствует попавший в беду человек, и наиболее точно выразить его состояние.
— По-вашему, для того, чтобы написать повесть о том, что чувствует безногий, нужно отрубить себе ногу?
— Ну, не в такой степени…
— Вот что, Крайнев, — перебила она, — я допросила вашу жену, у нее, как у меня, есть сомнения относительно вашего здоровья. Если вы и дальше будете упорствовать, мне придется назначить вам судебную экспертизу.
— Назначайте. Она тоже станет материалом для моей будущей повести.
Все, предел. Она больше не хочет со мной разговаривать. Ей противно, что я играю в непризнанку. Она умаялась вести со мной бесполезные разговоры и потому запускает новый механизм разборки. Я подписал очередной протокол допроса и покинул кабинет. Кажется, впервые за последнее время у меня улучшилось настроение. Я укреплялся в мысли, что признаваться нельзя, а для этого нужно держаться независимо и спокойно, без каких-либо корректировок своих показаний.
Она допросила мою жену, и теперь это было новое, к тому же сложное для меня обстоятельство, которое может усугубить мое положение. Но Маргарита даже не сообщила. Значит, лишнего наплела, чего нет на самом деле. Иначе с какой стати мне назначают судебную экспертизу?
* * *Я спустился по ступенькам крыльца районного УВД и направился к автобусной остановке. В кармане дал себя знать сотовый телефон — позвонила Маргарита и сказала о своей встрече со следователем. И добавила, что, если мне интересно, какие показания она дала, я могу прийти и она вручит мне копию.
— Тебе там сняли копию?!
— Нет, сама сделала, когда писала свои показания. Следователя вызвали к начальству, она меня попросила перейти из своего кабинета в другой, где стояли только стол и два стула, и я там писала. А копию — на своей бумаге.
— Но зачем? — удивился я.
— Затем, чтоб ты потом не говорил, что я тебя посадила.
— Хорошо, сейчас приеду.
«Какая, однако, предосторожность, — думал я. — Это ж надо сообразить! Не так уж проста моя жена, если способна на такое».
Зашел в магазин канцелярских товаров и купил дочке альбом и коробку из двадцати четырех цветных карандашей. Она любит рисовать, пускай малюет.
Дома была только Маргарита. Бабушка и внучка пошли в детскую поликлинику на коррегирующую гимнастику — опасения Маргариты подтвердились, у нашей малышки сколиоз.
Я разулся, поискал свои домашние шлепанцы, не обнаружил и в носках прошел на кухню. Маргарита видела это, но ничего не сказала, и я понял, что она выбросила мою домашнюю обувь.
— Я тебе сочувствую, — сказала она. — Честно говоря, у меня не было никакого удивления. Мне со дня нашего знакомства казалось, что с тобой будут происходить именно такие вещи.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Предел прочности"
Книги похожие на "Предел прочности" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Иван Сабило - Предел прочности"
Отзывы читателей о книге "Предел прочности", комментарии и мнения людей о произведении.