Сэмуэль Шэм - Божий Дом

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Божий Дом"
Описание и краткое содержание "Божий Дом" читать бесплатно онлайн.
Это классика «медицинской» прозы. Роман о том, что вам лучше не знать о больницах и современной медицине, и о том, что вам не расскажет ни один врач.
…Шесть интернов отправились на стажировку в больницу. Они считали, что их призвание — спасать людей. Они были выпускниками Высшей школы, а стали низшим медицинским персоналом, на который валятся все шишки. Они должны выдержать год гонки на выживание — интернатуры, традиции, освященной веками. Им придется спасаться от гнева начальства, отвечать на заигрывание медсестер и терпеть капризы пациентов в глубоком маразме.
И только Толстяк, всезнающий резидент, сможет поддержать их в этой борьбе — борьбе, цель которой остаться в здравом уме и полюбить свою профессию.
— То есть это было всерьез? — спросил я Чака.
— Может и нет, но Легго с Рыбой в это верят.
— … И так как одна награда в этом году, звание СЛИ, была получена Роем Башем и награда была выполнена в виде заколки для галстука, мы решили изготовить заколку и для «Черного Ворона.» Рыба поднял в воздух серебряную заколку с черным вороном на конце и сказал: — Я знаю, что за эту награду шло яростное соревнование между Эдди и Хупером, которые шли ноздря в ноздрю до вчерашней ночи, когда смерть пациентки Розы…
— КАЦ! РОЗА КАЦ! — заорал Хупер. — ДА! Я ЗНАЛ ЭТО! РОЗА КАЦ ВОЗВЕЛА МЕНЯ НА ВЕРШИНУ! Я ВЫИГРАЛ!
— Да, — сказал Рыба, — вскрытие миссис Розы Кац было проведено сегодняшним утром, и я с удовольствием объявляю победителя первой в истории Дома награды «Черный Ворон», доктора Хупера.
— ДААААА! — заорал Хупер, выбегая к Рыбе и получая свою заколку и поездку на двоих в Атлантик Сити. Он изобразил победную пляску и спел: «На набережной у моряяяя…»
— Подождите, — сердито начал Рант. — Роза Кац была моей СБОП. Я требую признать ее смерть и вскрытие за мной. Я тяжело работал, чтобы добиться ее смерти, но Хупер обобрал меня. Он пришел вчера ночью, хотя он даже не дежурил, а я спал дома. Эдди дежурил, а так как Роза умерла во время его дежурства, я уверен, что она хотела бы отдать разрешение на вскрытие ему. Эдди победил, не Хупер.
— ЭЙ! ЭЙ! ЭЙ! — закричал Эдди, вставая и устремляясь вперед. — ЭЙ, МУЖИКИ, ЭТО — ЭДДИ! ХУПЕР, ТЫ МОЖЕШЬ ГЛОТАТЬ МОЮ ПЫЛЬ! Я — ЧЕРНЫЙ ВОРОН, ЧЕСТНАЯ ПОБЕДА! АПЛОДИСМЕНТЫ ДЛЯ ЭДИ! ЭЙ! ЭЙ! ЭЙ!
Это спровоцировало скандал. Эдди и Хупер начали спорить, пихаться и толкаться, а потом всерьез замахиваться друг на друга, а мы кричали и улюлюкали, как на настоящем боксерском матче, но тут полицейские вмешались и развели их. Легго вышел вперед и сообщил, что решение жюри окончательное и Хупер стал первым «Черным Вороном» Дома. Хупер с облегчением пожал руку Эдди и потом, обернувшись к нам, чуть не плача, сказал:
— Вы знаете, друзья, я не могу в это поверить. Моя мечта сбылась. Я хочу, чтобы вы знали, что я бы не смог добиться этого без вашей помощи, каждого из вас. Вы помогли мне стать тем, кто я есть, и я никогда не забуду этого. От всего сердца, спасибо, друзья. На набережнооой…
Легго и Рыба не дали Хуперу допеть вторую строчку, и мы перешли к серьезному вопросу:
— Все вы, придя сюда почти что год назад, — начал Легго, — согласились закончить два года, но кое-кто из вас думает об уходе из терапии. Мальчики, я буду откровенен, я делаю ставку на то, что вы проведете еще один год в резидентуре и этот год будет благотворным. Одного года мало. Это ничто, выброшенное время. Второй год — основа всего, закрепление навыков, придающее всему этому завершенность. — Он остановился. Напряженная тишина заполнила комнату. Выброшенное время! — Итак, кто из вас собирается в психиатрию? Поднимите руки.
Пять рук поднялись в молчании: Рант, Чак, Эдди, Ворон и СЛИ. И тут глаза Легго и Рыбы вылезли из орбит. Мы повернулись и увидели, что оба, Гилхейни и Квик, подняли руки.
— Что?! — закричал Легго. Вы тоже? Вы полицейские, не врачи. Вы не можете стать психиатрами первого июля!
— Мы полицейские, — начал Гилхейни, — и, говоря по правде, психиатрами стать мы не сможем. Нам это кажется странным ограничением, учитывая, сколько мы видим неправедных и криминальных извращенцев.
— Ну и что? Заканчивайте уже.
— Мы решили стать психоаналитиками.[217]
— Психоаналитиками?! Вы, копы, думаете стать психоаналитиками?!
Повисла пауза, а потом прозвучал знакомый ответ:
— Были бы мы полицейскими, если бы это было не так?
— Да, — сказал Квик, — психоанализ был нам представлен нашим другом, Взрывоопасным Даблером. А также доктором Джефри Коэном.
— Что?! — завопил Легго. — Даблер — психиатр?!
— Не просто психиатр, — сказал Гилхейни, — а фрейдистский аналитик.
— ЭТОТ ПСИХ?! ФРЕЙДИСТСКИЙ АНАЛИТИК?!
— И не просто психоаналитик, — продолджал Квик, — а бородатый президент Института психоанализа, видный гуманист и ученый.
— Да, — вступил Гилхейни, — покинув Божий Дом сразу по окончании интернатуры, Даблер не оборачивался и поднялся на самый верх. Сейчас он пытается помочь нам начать.
— А с поврежденной ногой Финтона, — сказал Квик, — для нас в любом случае настало время смены карьеры на менее подвижную. Психоанализ подходит идеально.
— И не сказал ли великий Зигмунд Фрейд, подводя итог симпозиуму по мастурбации в 1912 году: «Объекты онанизма неистощимы.»
— И не пора ли вступить в спор с древней католической догмой, утверждающей, что мастурбация приводит к слепоте, росту волос на ладонях, безумию и искривлению ног, подобному рахиту.
— Простите, шеф, — сказал Гилхейни, скрестив свои огромные руки на груди и облокачиваясь на дверь, — на этом мы заканчиваем со своими свободными ассоциациями. — И он закрыл глаза и замолчал.
Легго был потрясен. Повернувшись к нам, нервно дергая свой стетоскоп, скрывающийся в его штанах, он спросил:
— Психиатрия? Все пятеро? Хупер?
— Ну, — покорно начал Хупер, — должен признать, что большую часть года я думал о патологоанатомии, но почему-то сейчас психиатрия кажется наилучшим выбором. Пришлось пройти через многое, шеф, развод, раздел имущества, прощание с тестем, работу и все равно, невеста-патологоанатом, будет меня поддерживать.
— Чак? А ты?
— Вы знаете каково это, шеф. То есть посмотрите на меня. Когда я впервые появился, я был лучшим, не так ли, парни? Я был худым атлетичным, одевался с иголочки, помните? Сейчас я жирный, одеваюсь, как уборщик, как чертов бродяга. Почему? Вы и гомеры, вот почему. И в основном вы, вы сделали из меня то, что я есть сегодня. Спасибо, большое спасибо. И будь я проклят, если я останусь на второй раунд.
Взрыв Чака нас напугал. Легго был оскорблен и озадачен. Он начал допрашивать Эдди, но Рант, становившийся все злее и злее, взорвался:
— Прекратите, Легго, вы не понимаете через что мы прошли за этот год. Не представляете!
Повисла угрожающая тишина. Глаза Ранта сверкали, казалось, что он сейчас набросится на Легго, Рыба прикрыл своего шефа собственным телом и подал знак полицейским. Рант продолжал:
— У нас есть хорошие и плохие новости. Плохие — все это дерьмо, а хорошие — его здесь до хрена. Вы поломали нас за этот год с вашей ханжеской версией здравоохранения. Мы это ненавидим. Мы хотим из этого вырваться.
— Что?! — потрясенно спросил Легго, — вы, я… вы не получали удовольствия от врачевания здесь, в Божьем Доме?
— Примите это наконец вашим долбанным мозгом, — заорал Рант на Легго, а, если верить Фрейду, на своих родителей в лице Легго, и сел.
— Это просто несколько радикалов.
— Нет, — грустно сказал я. — Это все мы. Этим утром я видел, как Говард Гринспун бился в двери лифта, как маньяк.
— Говард?! Нет! — воскликнул Легго. — Мой Говард?
Внимание переключилось на Говарда. Молчание. Напряжение сочилось наружу. Говард сжался. Напряжение было практически ощутимо. Говард начал:
— Д-д-да, шеф. Мне очень жаль, сэр, но это правда. Это все гомеры, Гарри и женщина с газами по имени Джейн. Понимаете, меня убивают эти дни, когда я принимаю новых пациентов. Каждый такой день я знаю, что общий возраст моих новых поступлений будет превышать четыреста лет, и у меня начинается депрессия, и я хочу покончить с собой. Напряжение было невероятным, конференции по болезни и смерти, где меня каждые две недели поджаривают за ошибки. Я не застрахован от ошибок, не так ли, шеф? А потом этот прыжок Потса и его останки разбросаны повсюду, так что нам приходилось парковаться прямо на нем. И все эти гомеры. И эти молодые пациенты, которые умирают, несмотря ни на что! Если честно, шеф, то… то с сентября я сижу на антидепрессантах. Элавил. И я все-таки остаюсь, так что представьте каково остальным? Например Рант. С ним раньше было весело, а теперь… Посмотрите на него теперь.
Мы посмотрели на него. Рант уставился на Легго взглядом, исполненным ярости, как у Безумного Эйба. Рант выглядел невообразимо злобно.
Легго спросил с удивлением:
— То есть, ты хочешь сказать, что не ждешь своих дежурств с нетерпением?
— С нетерпением? — переспросил Говард. — Шеф, за два дня до дежурства, сразу после предыдущего, я начинаю нервничать и увеличиваю дозу Элавила до двадцати пяти миллиграмм. А за один день до дежурства я добавляю пятьдесят Торазина. В день своего дежурства, зная, что скоро увижу гомеров, я начинаю дрожать и… — дрожа, Говард достал серебрянную коробочку для пилюль и проглотил таблетку валиума. — … и я постоянно принимаю валиум. В особо паршивые дни я… я добавлял декс.
Так вот в чем была суть улыбки Говарда! Парень оказался ходячей аптекой.
Легго застрял на чем-то, сказанном Говардом и спросил Рыбу:
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Божий Дом"
Книги похожие на "Божий Дом" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Сэмуэль Шэм - Божий Дом"
Отзывы читателей о книге "Божий Дом", комментарии и мнения людей о произведении.