Григорий Ряжский - Наркокурьер Лариосик

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Наркокурьер Лариосик"
Описание и краткое содержание "Наркокурьер Лариосик" читать бесплатно онлайн.
Кинематографическая природа остросюжетной прозы Григория Ряжского очевидна — как несомненны и ее чисто литературные достоинства. Мир страшен и кровав — и страшнее всего, пожалуй, в заглавной повести «Наркокурьер Лариосик», — но и не восхититься его красотой нельзя.
В литературу — с парадного подъезда престижной серии — входит зрелый мастер.
И так получилось, что после этого мы легли уже не прошлым валетом, а голова к голове, но он был опять не слишком трезвый, и сразу заснул.
По-хорошему все у нас состоялось лишь через два дня, на третью ночь вместе. В тот раз я прижалась к нему тесней, чем обычно, потому что так или иначе, несмотря на разницу в возрасте, потихоньку стала привыкать к нему, к Еврею. И медленно я начала понимать тогда, с той первой совместной ночи, когда, обнявшись и тесно прижавшись друг к другу, мы одновременно провалились в общий сон, что человек он по натуре добрый, хоть и нескладный, и даже щедрый, в пределах своей законной хозяйской строгости. И был он в эту ночь почти совсем не пьян, потому что закончились все резервы, а оставшийся материальный ресурс не оставлял на завтра даже похмелиться. И никаким козлом больше не пахло от него, да и раньше пахло не особо, до мыльного куска. И хотелось уже и повертеть хвостом немного, как когда-то перед Берингом, в лучшие времена. А запомнилось мне это еще и потому, что впоследствии так трезво и с душой у нас получалось не всегда, скорее совсем не часто, и внутренне я каждый раз ждала, что у нас опять все повторится, как у меня не было никогда раньше. Даже с Берингом. Мать его в душу…
То, что я беременна, Еврей обнаружил наутро после четвертого раза его трезвого сна. Я как раз была на кухне, когда до него дошло окончательно. «Эй! — крикнул он в мой адрес. — Поди-ка сюда, Эй!»
— Чей? — грозно спросил он меня, когда я, как собачка, причапала в комнату. — Чей, говорю? — и ткнул пальцем в направлении моего живота. — Берингов? — Я виновато опустила голову и не ответила. — Молчишь, сука? — казалось, он вот-вот взорвется. Да и понятно — никакой мужик не любит быть обманутым. — Да можешь не говорить, я и так знаю, что его, кобеля гнусного, крестника моего…
Потом он продавил легонько живот, стукнул по нему пару раз костяшкой пальцев, подтер соплю под мягкой шишкой, улыбнулся и разрешил:
— Парня чтоб и девку. Поняла? Разом! — затем задумчиво почесал в любимом месте и решительно произнес: — Ладно, оставим… Наши будут. Подымем как-нибудь…
Я поняла. Поняла с благодарностью, потому что хотела того же самого. Мальчика и девочку. И еще я знала, что так оно и будет. У меня и в прошлый раз была двойня, ну, тех, что забрали. Значит, так у меня внутри заведено — по двойне получаться. И вот этих моих двоих уже никто у меня не заберет. Никогда. Потому, что есть семья, есть крыша над головой с крепким дверным запором и есть благодетель, мой новый законный хозяин с постоянной пропиской. В общем, отпустило меня изнутри, совсем отпустило. Тревожность и подозрительность тоже рассосались вслед за этим, и я окончательно ощутила — это освобождение, почти счастье…
К тому времени соски на моей груди набухли и раздулись, а живот уплотнился и переехал немного вниз. Что касается выпивки, то мысль о том, чтобы принять немного, была мне просто отвратительной, скажу больше — ненавистной, а от запаха ее самой и кислого ее перегара тошнило и выворачивало наизнанку, до долгой нутряной икоты. И терпеть все это, тем не менее, я готова была лишь от одного дорогого мне существа, от человека, заменившего беглого Беринга — от Еврея…
В общем, время шло, самое мое счастливое время, никогда счастливей не бывало, даже в лучшие времена с Берингом — после весен, ближе к теплу, когда он, по обыкновению, возвращался из своих тайных путешествий. Сейчас я понимаю, что исчезал он из моей видимости в самые тяжелые минуты. Тяжелые по жизни и холодные по уличной температуре. Но сейчас я уже не была на него в обиде. Просто, наверное, там, где он зимовал, места мне не было, место там было для него одного. И очередная шишка от разводного ключа — лишь повод сделать ноги. А с другой стороны — вернись он сейчас, приползи на брюхе и позови в даль светлую, в подвал какой-нибудь новый, пусть даже не на Кизлярке, а где еще лучше и сытней, — не уверена, что пойду, что снова захочу бомжевать с ним на пару. И то правда — рыба ищет где глубже, а мы — где лучше. А мне теперь лучше с Евреем…
…Но не с дружками его закадычными. Потому что теперь мне пьянки его ни к чему. У меня живот. И дети на подходе. Парень и девка. Как раньше, но по-другому. По-человечески, как в нормальных семьях. Но собутыльники его ничего об этом не думали — то ли не догадывались, то ли вовсе не желали ничего знать. Основных дружков было два: Боцман и Грузило, обои из наших бомжей, кизлярских. Грузило — это который нес всякую околесицу без умолку, грузил ею всех подряд, особенно Еврея, чтоб подольше задержаться у нас на квартире. Но он всегда скидывал башмаки и оставлял их в прихожей. А Боцман, тот, наоборот, всегда ходил в дырявой тельняшке, оставался при башмаках, все больше молчал и тоже не спешил уходить. Но пили и воняли по-равному. И дымом тоже от папирос. Я молчала обычно и просто уходила на кухню. Там мне было спокойней. Туда водочный дух не так доставал, и меня меньше мутило. И дым стоял не топором, а был реже.
— Гордая больно стала, что ль? — спрашивал Еврея Боцман и кивал на меня. Потом добавлял вдогонку с неясной злобой: — Сама-то давно с улицы или как?
Грузило угодливо хихикал и поддавал халявного пару:
— Сука она сука и есть, чего с нее взять-то?
То, что Еврей не обижался за это на своих друганов, не расстраивало меня только поначалу совместной жизни. Наверное, детки мои внутренние, парень и девка, еще не набрали нужного веса, и им еще не хватало силы растревожить мою материнскую обиду должным образом. Но набухание живота шло быстро, а в этом теплом еврейском жилье — еще быстрее даже, мне казалось, чем в прошлый раз. Таким образом, тайна моего будущего материнства вышла наружу раньше, чем я ожидала. Первым мой новый живот обнаружил Грузило.
— Эй! — позвал он меня с кухни. Я покорно пришла, не хотела осложнять с Евреем. — Слышь, Эй, это чей, Берингов, что ли? — он хитро глянул на Еврея и коротко хохотнул. — Иль Евреев, а?
Еврей неожиданно не отреагировал. А Боцман поднял красные глаза и без намека на шутку поинтересовался:
— Так чего ж, теперь тут еврейчики будут, стало быть, сплошные. Да, Еврей?
— Берингов это… — хмуро ответил Еврей и налил только себе.
— Да Беринг твой и сам еврей, — снова хихикнул Грузило.
— Сам, поди, покрестил-то его. И курчавый он весь, куда ни глянь. А шнобель вообще весь в волосьях и мощный такой — чисто жидярский.
— Я ее еще с Чеченом видал не раз, — так же, без всякого выражения дополнительно сообщил Боцман. — Тот тоже на жида смахивает, между прочим. И по флюгеру, и по всему остальному. По повадкам…
— Да ты чего, с Чеченом! — не согласился Грузило. — Чечен, я знаю, сам жидов терпеть не может, чисто антисемит. Я тут видал, он недавно у нас на Подшипниках с одним схватился, чуть не в кровь — еле разняли их. Тот еще орал после на все Подшипники, что писать будет куда надо про эти дела.
— Пиши не пиши, — равнодушно отреагировал Боцман, мельком глянув на Еврея, — всё равно их верх не будет. Больно умничать любят потому что. Вот щас одноглазая жиденят тебе народит — узнаешь.
Еврей налил и снова выпил. А потом глянул на Боцмана совсем по-трезвому и сказал спокойно так:
— А их уже щас верх есть. Какой тебе верх еще надо? Нашенский? Не будет такого верху горемычного. Как не было отродясь, так и теперь не будет. И правильно, что так. Справедливо…
Боцман подозрительно задумался, а Грузило натурально удивился и спросил:
— Так они ж некрещеные, жиды-то. Нехристи. Это что ж получится тогда, а?
Еврей промолчал…
— Эй! — внезапно сказал он и пристально посмотрел мне в глаза: — Проводи-ка гостей отсюдова, — и снова налил только себе.
Я с благодарностью посмотрела в ответ, вышла из комнаты, тут же вернулась обратно, но уже с грузиловыми башмаками и швырнула их на пол. Швырнула и по недоброму посмотрела на обоих. Пусть я женщина, пусть даже буду последней сукой, я согласна, но я умею быть благодарной, и могу быть защитницей, даже на сносях.
Оба как-то сразу все поняли. Грузило подхватил свою вонючую обувку, Боцман прихватил со стола недопитую бутылку, и они выкатились на лестницу, хлопнув на прощание дверью. И не успела я еще подумать о том, как бы теперь открыть окно и проветрить после них, как Еврей уже распахнул форточку, затем приоткрыл оконную створку, и в жилище наше ворвался свежий воздух. Он пробил квартиру насквозь, самолично отжал форточку на кухне и пронесся мимо нас веселым ветром, веселым и чистым, прихватывая по пути чужие запахи — всех этих боцманов, грузил, подвалов, рынков и гаражей…
Еврей подошел ко мне, обнял и поцеловал по-отечески, в лоб. А потом мы легли спать, как обычно — тесно, в обнимку, голова к голове, тело к телу, душа в душу. И я поняла тогда, что душа у Еврея тоже имеет свой особый запах, другой, не как кожа или ноги, или щетина на лице, — особый…
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Наркокурьер Лариосик"
Книги похожие на "Наркокурьер Лариосик" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Григорий Ряжский - Наркокурьер Лариосик"
Отзывы читателей о книге "Наркокурьер Лариосик", комментарии и мнения людей о произведении.