Пётр Пискарёв - Милый старый Петербург. Воспоминания о быте старого Петербурга в начале XX века

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Милый старый Петербург. Воспоминания о быте старого Петербурга в начале XX века"
Описание и краткое содержание "Милый старый Петербург. Воспоминания о быте старого Петербурга в начале XX века" читать бесплатно онлайн.
Эти мемуары написаны двумя петербургскими старожилами, родившимися на рубеже XIX–XX вв., и публикуются по рукописи, которая находится в собрании А. М. Конечного, составителя и комментатора этой книги. Воспоминания П. А. Пискарева и Л. Л. Урлаба — это документальный реестр реалий повседневной и праздничной жизни города рубежа веков и его обитателей, они дополняют и корректируют сведения, сообщаемые другими мемуаристами и являются еще одним источником по быту и зрелищной культуре старого Петербурга для самого широкого круга читателей (от любителя книг до специалиста по городской культуре и истории).
Иллюстративный материал предоставлен А. М. Конечным.
В оформлении обложки использованы работы Мстислава Валериановича Добужинского (1875–1957).
По главным улицам, вроде Невского, Морской и других, ломовикам был проезд воспрещен. Большие громоздкие грузы, вроде паровых котлов, перевозили на особых телегах, сбитых из крепких брусьев; колеса у этих телег были низенькие, широкие, металлические. В них впрягали шесть, восемь лошадей и больше, смотря по тяжести груза.
Большинство ломовиков работали от хозяина, на жалованье; иногда они составляли артели, которые получали подряд и заработок делили между собою. Жили ломовики артельно, большей частью на окраинах города; дворы домов, где они обитали, были завалены санями, телегами, требующими ремонта, старыми колесами и другим хламом. Некоторые виды грузовых перевозок производились особыми конторами, например Конторой по перевозке мебели. Конторы присылали специалистов-упаковщиков и свою упаковку; мебель, вещи, утварь — все тщательно упаковывалось, перевозилось и вновь расставлялось на новом месте без трещинки и царапинки: за все повреждения Контора отвечала не только деньгами, но и репутацией. Можно было также заказать перевозку в любой другой город. Особые специалисты занимались транспортировкой роялей и пианино. Точно так же специальная артель перевозила большие зеркальные стекла для магазинов; каждое такое стекло стоило несколько сот рублей золотом» (Григорьев. С. 140–141).
«Грузовой транспорт в пределах города был почти исключительно конным, гужевым. Это были ломовые извозчики — ломовики, обычно сильные, здоровые люди, малоразвитые, в большинстве неграмотные. Они же были и грузчиками. Желая отметить грубость, невежество, в народе говорили: „Ведешь себя, ругаешься, как ломовой извозчик“. Ломовые обозы содержались хозяевами, имевшими по нескольку десятков подвод. Некоторые заводы, фабрики и другие предприятия, а также городское хозяйство имели свои ломовые обозы. Как общее правило, упряжка была русская — в дуге, хомут и шлея с медным набором. Телега на рессорах — качка, тяжелая, большого размера, на железном ходу, задние колеса большие, расстановка колес широкая, как раз по ширине трамвайных путей. Часто ломовики выезжали на трамвайный путь, колеса катились по рельсам — легко лошадям и извозчика не трясло. Такая езда запрещалась, но ломовики нарушали запрет. Чтобы удобно было грузить „с плеча“, площадка была установлена высоко. Иногда площадка была с ящиком, в зависимости от того, что надо было перевозить. Лошади были крупные, тяжеловесы-битюги першероны, на подводу накладывалось до 100 пудов и более. Проезд ломовиков по улицам с торцевой мостовой был запрещен или разрешался только в определенные часы, и грузовые обозы двигались преимущественно по улицам с булыжной мостовой» (Засосов. Пызин. С. 53–54).
210
Весь Петроград. Адресная и справочная книга. Пг., 1915–1917.
211
В 1837 г. были установлены правила дорожного движения, по которым предписывалось: «1) Чтобы обозы держались всегда правой руки. 2) Воспретить употребление колокольчиков всеми теми, которые едут на собственных лошадях, предоставив оные одной почтовой гоньбе и чиновникам земской полиции» (Смесь // Северная пчела. 1837. 7 января).
212
Ср.: «Движение было очень оживленным, особенно на главных улицах. Ездили быстро, вереницы экипажей мчались, обгоняя один другого. Мелькали огни экипажных фонарей, клубами вырывался пар из ноздрей разгоряченных лошадей, раздавались окрики кучеров: „Эй! Па-ади! Берегись! Держи правей!“ Правил уличного движения не было, его никто не регулировал. Полагалось держаться правой стороны, и все обгоняли друг друга как хотели, точно так же и поворачивали на перекрестках. Прохожие переходили улицу где попало, лавируя между экипажами, и каждый день случались несчастья. В обычае было обгонять, хотя это и считалось не совсем вежливым. Но часто входили в азарт не только кучера, но и седоки, и два экипажа мчались дышло в дышло, провожаемые взглядами любопытных прохожих. Иногда на этой почве происходили недоразумения: обгонит подчиненный начальника, офицер — командира, знакомый купец — полицмейстера, вот и выходит что-то вроде нарушения субординации, влекущее замечание или выговор» (Григорьев. С. 142).
213
Дача — «это слово получило в Петербурге настоящее свое значение от того, что сперва раздавались вокруг Петербурга даром лесистые места для постройки на них загородных домов» (Воскресный летний день в Петербурге // Северная пчела. 1841. 13 августа).
«Слово дача, в значении летнего загородного жилища, есть, можно сказать, почти исключительный термин Петербурга. Москва усвоила его от северной столицы, и то в недавнее время» (В. М-ч [Межевич В. С.] Петербургские и московские дачи // Северная пчела. 1842. 17–18 августа).
По свидетельству Вигеля, горожане стали выезжать на дачи в 1800 г. Воспоминая свой приезд в Петербург в 1802 г., он писал: «Большой живости не было заметно. Город только через десять лет начал так быстро наполняться жителями, тогда еще населением он не был столь богат; обычай же проводить лето на дачах в два года (т. е. с 1800 г. — А. К.) между всеми классами уже распространился: с них еще не успели переехать, и Петербург казался пуст» (Вигель Ф. Ф. Записки. М., 1892. Ч. 2. С. 3).
В очерке «Дачи» Ф. В. Булгарин писал: «Не ищите летом купца в лавке, аптекаря в аптеке, немецкого мастерового в мастерской, бумажного дельца в его кабинете! Все они на даче! <…> Этот вкус к дачам произвел новый город: летний Петербург (т. е. Петербургская и Выборгская стороны, острова Крестовский и Каменный). <…> Дамы разговаривают потому, что на дачах легко знакомятся и по соседству часто сходятся. Зимой можно и не продолжать летнего знакомства, ибо два города, летний и зимний, имеют особые нравы и обычаи» (Северная пчела. 1837. 9 августа).
В 1843 году газета привела топографию дачных мест, которые предпочитали различные слои горожан:
«В Парголове живут, по большей части, немецкие купцы, содержатели купеческих контор, а между ними ремесленники и магазинщики. <…> В так называемой Чухонской деревне, на Крестовском острову, живут, большею частью, артисты французской труппы, чтоб быть поближе к Каменному острову, т. е. к театру (Каменноостровскому театру. — А. К.). <…> На Черной речке, позади Строгановского сада, живут семейства русские и немецкие. <…> Емельянова наполнена небогатыми немецкими купцами и ремесленниками, а также и чиновниками без больших претензий. <…> Характер Екатерингофа — русский. <…> Тентелева деревня — чиновничье гнездо и приют небогатых немцев. <…> Немецкая колония на Петергофской дороге имеет характер Парголово, только в миниатюре. <…> Дачи в Павловском и Царском Селе, т. е. квартиры, нанимаемые на лето в селении и в городе, принадлежат к особому разряду. Тут живут семейства, любящие городской шум, городскую жизнь и городской туалет, ищущие многолюдных гульбищ, виста, преферанса, словом рассеяния» (Смесь // Северная пчела. 1843. 12 июня).
Дача стала не только местом отдыха для многодетных семейств, проживающих в квартирах доходных домов, здесь можно было на время освободиться от тягот жестко регламентированной службы и не столь строго соблюдать обязательные этикетные формы общения.
В 1830-х гг. открывается летнее омнибусное (дилижансное) сообщение из города на Острова (Елагин, Крестовский и Каменный), в Новую и Старую деревни, Царское Село, Павловск, Петергоф, Полюстрово, Кушелевку (см. главу «Омнибусы» в разделе «Транспорт Петербурга в начале XX века»). Легкое Невское пароходство в 1840-х годах открыло регулярные линии в Новую Деревню, на Острова, тогда же появились постоянные омнибусные маршруты в Заречные дачные места и в Екатерингоф. С проведением железных дорог оживились и окрестности Петербурга: вначале Павловск (1838), затем район вдоль Николаевской железной дороги (1851), позже протянули дорогу до Петергофа (1857), Красного Села (1859), Ораниенбаума (1864), в 1870-х гг. — вдоль Финского залива. С середины XIX века стали издавать справочные книги для «посещающих дачи», где помещали обозрения мест летнего отдыха (с указанием размера дач и цен на них) и расписание всех видов транспорта, которое учитывало потребность служивых и работающих горожан (см., например: «Справочная книга для лиц, посещающих петербургские дачи и загородные увеселительные места…». СПб, 1858; Федотов Н. П. Путеводитель по дачным местностям, водолечебным заведениям и морским купаньям в окрестностях С.-Петербурга и по железным дорогам: Финляндской и Балтийской, с указанием цен и размеров дач. СПб., 1889; Симанский В. К. Куда ехать на дачу? Петербургские дачные местности в отношении их здоровости. СПб., 1892. Вып. 2 и др.).
В конце XIX века большинство горожан предпочитало проводить лето на дешевых дачах в Новой и Старой деревнях, сохраняя за собой городские квартиры под присмотром домовладельцев для их ремонта, «а с некоторых пор здесь (на Черной речке. — А. К.), — как сообщал в 1892 г. путеводитель, — стали селиться даже и на зиму, что без сомнения следует приписать, в общем, до невозможности высоким ценам на квартиры в самом Петербурге» (Зарубин. С. 214–215).
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Милый старый Петербург. Воспоминания о быте старого Петербурга в начале XX века"
Книги похожие на "Милый старый Петербург. Воспоминания о быте старого Петербурга в начале XX века" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Пётр Пискарёв - Милый старый Петербург. Воспоминания о быте старого Петербурга в начале XX века"
Отзывы читателей о книге "Милый старый Петербург. Воспоминания о быте старого Петербурга в начале XX века", комментарии и мнения людей о произведении.