Джон Бранер - «Если», 1992 № 03

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "«Если», 1992 № 03"
Описание и краткое содержание "«Если», 1992 № 03" читать бесплатно онлайн.
Виктор Гулъдан. Почему мы хотим умереть?
Л. Спрэг де Камп. тьма. Роман
Борис Пинскер. Тень мафии в тени рынка
Ярослав Голованов. Земля без человека
Станислав Лем. «Do
Геннабий Жаворонков. Графоромантика
Евгений Попов. Чудо природы
Олеин Тоффлер. Шок от будущего
Я предчувствую, какой наитруднейшей профессией станет перевод. Ну, как перевести строки Никоновой:
«У забора злобно дико зеленеет ежевика».
Или вот это, по-нашенски совковое, — Александра Самойлова:
Один мужик купил обои.
Сидел в метро,
Кого-то ждал.
Тут подошли карабинеры
И отобрали — 2 (два)
мешка.
По утверждению Союза графоманов: «Наше мнение не обязательно совпадает с чьим- то мнением».
Например, Союз декларирует: «Да, каждый человек в душе графоман, если понимать это слово в добром смысле, как бескорыстную увлеченность чем-то. Ведь это слово из семьи таких слов, как меломан и балетоман — вот пусть и вернется блудный сын в родные пенаты».
А что? Ведь графоман — не пришелец с другой планеты, он сын человеческий. Но однажды заклеймив его и изгнав, мы нарушили одну из самых важных библейских заповедей: «Не судите, да не судимы будете».
Есть ли у графоманов будущее? Будущее, наверняка, у них есть. Хотя бы потому, что они за века не погибли в изгнании, не согнулись в опале.
Наверное, «Золотому веку» никогда не познать миллионных тиражей. Да и надо ли?
Мы так устали идти миллионной толпой, мыслить миллионным единством, жить в городах с миллионным населением.
А графоманы — романтики. Таких во все века было не так уж много. Таких вот — графоромантиков, приходящих друг к другу, чтобы сделать лепным идеально плоский потолок, чтобы избавить стены нашего дома от привычной унылости.
Чтобы спеть, сплясать или что- то приготовить из ничего…
Я больше не боюсь графоманов…
Евгений Попов
ЧУДО ПРИРОДЫ
Они идут. Они подходят и выкладывают листки.
- Где тут принимают литературные произведения, а?
- Здесь, — отвечаю я, вздыхая. — Здесь. Вот именно — здесь.
И читаю, и отвечаю, и поясняю. Все жду, когда Пушкин придет. Не идет.
Но однако что это я приуныл. Эй, да нет! Все совсем не так, все не так. Что там графоманы. Я не о том хочу рассказать. Я хочу рассказать вам не о самих графоманах, а о графоманских борщах.
Я очень уважаю графоманские борщи. Они наваристы, они жирны, они приготовлены со всеми необходимыми специями, к ним часто подается…
Каждый графоман имеет свой борщ. Человек он не от мира сего, и единственная его связь с миром — это борщ, так же, как единственная услада — литтворчество.
И как они все успевают? И добиться успехов по службе, и исписать тысячи страниц неразборчивым почерком, и борща, вдобавок, наварить? Энергия! Энергия графомана значительно превышает лошадиную силу. Я удивляюсь и не пойму этого никогда.
Ах, вялый я человек, безвольный. Пропаду я! Другой бы как гаркнул: «Пошел, дескать, вон!» Или еще куда-нибудь. А я все сижу, посматриваю в окошко.
- Да, — говорю. — Да. Я вас очень внимательно слушаю. Что вы, что вы, я все понимаю…
Ах, как грустно!
Но, однако, что же это я? Опять разнылся? Что-то точит меня. Все точит и точит.
Дождь ли за окном льет, или солнце сияет, а меня все что-то точит и точит.
Вот графоманов ругаю. А зачем? Графоманы, в сущности, очень милые люди. У них случаются такие прекрасные перлы, что, собравши эти самые перлы со всех концов страны и света, мы свободно можем получить нового коллективного гения, силой равного Толстому, Достоевскому и Шекспиру, а духом — всем им троим вместе взятым.
И вообще — не смейте обижать графоманов! Они — мои. Я их отныне беру под защиту, как меньших братьев своих, которые заблудились в лесу. Я считаю, что графоманы не только имеют ценность, но и крайне необходимы цивилизованному человечеству, поскольку гениальные писатели произошли от графоманов, как люди от обезьян. И скверные писатели — тоже. Я вот только не понимаю, от кого произошли средние писатели. От кого и откуда. Мне кажется, что они имеют минеральное происхождение.
Так вот, значит. Один мой очень милый знакомый графоман пригласил меня в гости, где он проживал один, без жены, родственников или родителей. Проживал, днями работая на службе, а по вечерам — творя и верша.
-Прошу тебя, — сказал он. — Я вчера купил баранью ногу. Я сварил. У меня борщ.
Ты приходи, друг.
Вялый я человек. Слабый. Безвольный.
- Прошу тебя, — сказал он, передавая полную до краев тарелку.
- Но и ты тоже, — защищался я.
- Ну, конечно, — успокоил меня графоман. И мы стали кушать. Плавал лучок, укроп. Утонул кусок баранины, и в жировых блестках отражалось электричество.
- А теперь… — торжественно провозгласил графоман, и я поудобнее устроился в кресле
Уж вечер. Славой осиянный
Я из заводу выхожу.
Сам я — продукт эпох гуманный.
На мир я с нежностью гляжу
Воцарилось молчание.
- Ну и как? — повторил он, дрогнув голосом.
-Что, «как»?
-Как стихи.
- Э-э, у-у, м-ммм. Ты знаешь, старик. Как-то, э-э… Слушай, ты давно пишешь?
-Давно, — сухо отвечал графоман, закуривая длинную папиросу. — А что, плохо?
-Да нет, что ты! Интересно! — Я приходил в волнение. — Очень интересно. Бьется поэтическая жилка. Но тебе обязательно нужно больше писать. Обязательно!
- Вот. Вот! Я тоже так думаю Я напишу, — суетясь, радовался графоман. — Я, я…
(Тут его голос сипнет, и он от избытка чувств ничего больше не может сказать).
И так — сколько раз. Эх, много, много, много раз и много графоманов. Я однажды одному по глупости ляпнул не то, что надо. По неопытности.
- Зачем ты это делаешь? — спросил я.
- Тяга. Тяга простого человека к культуре, — значительно ответил графоман, строго глядя в окно.
- Вот и читал бы хорошие книжки, раз тяга.
И тут графоман развернулся от окна пружинно. Глаза его, можно сказать, как молнии блистали.
- Я… много лет. Поглощал. Я поглощал, а теперь я хочу отдавать, испускать. Понимаете, — сказал он, переходя на «вы» и глядя на меня, как на Дантеса. — И отдам, отдам. Испущу, понимаете?
-Понимаю, — уныло ответил я и тоже посмотрел ему в глаза.
И посмотрев, понял все. Что, во-первых, и сам я таков, что лишь по случайности я его учу и ем его борщ, а не он меня и ест мой борщ.
А во-вторых, будь возможность, он бы убил меня. Убил и закопал без жалости и содрогания. Закопал исключительно в целях личной безопасности и продолжения торжества графоманства на Земле.
Спрашивает:
- Что, плохо я пишу? Только честно! Честно!
- Ну, если честно, то ничего так, — труся, отвечал я.
Графоман ослаб. Капли пота увлажнили его крутой лоб.
- А вот это ты видел? — спросил он.
Я остолбенел. Этого я не видел никогда. Графоман ухитрился сложить из пяти пальцев одной руки (левой) две фиги. Сложил и показал их мне.
- Чудо природы! — изумился я. — Как вам это удалось? Ведь всем известно, что фига — это комбинация из трех пальцев, а у вас из пяти пальцев вышли две фиги. Чудо природы!
- Я и на правой могу, — бахвалился графоман.
Сделал и на правой. Четыре фиги были направлены на меня.
- Одна — тебе, остальные — всем вам, всей вашей шатии-братии. — объяснил он.
Убил бы! Убил! Закопал бы меня темной осенней ночкой на огороде, озираясь по сторонам! Убил бы, закопал!
Неужели бы убил? Нет, пожалуй. Все-таки, пожалуй, нет.
Ибо для крови нужен мужчина, а графоман — это эльф. Это беспечная белая бабочка, легко порхающая вокруг котла с черной, мрачной, вонючей, кипящей и лопающейся на поверхности пузырями, обжигающей, прекрасной жидкостью. Вот так.
Карикатура Евгения ЗеленцоваРоберт Лафферти
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "«Если», 1992 № 03"
Книги похожие на "«Если», 1992 № 03" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Джон Бранер - «Если», 1992 № 03"
Отзывы читателей о книге "«Если», 1992 № 03", комментарии и мнения людей о произведении.