Журнал «Если» - «Если», 2011 № 03

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "«Если», 2011 № 03"
Описание и краткое содержание "«Если», 2011 № 03" читать бесплатно онлайн.
Стивен БАКСТЕР. ЗЕМЛЯ-3
Еще один мир, обитатели которого пытаются понять, кто они, откуда и куда идут.
Андреас ЭШБАХ. КВАНТОВЫЙ МУСОР
Что-то физики в загоне… А в почете кто? Мусорщики!
Карл ФРЕДЕРИК. ЧЕТВЕРОНОГИЙ СЕЙСМОЛОГ
Обидеть сейсмолога может каждый, а вот угостить сахарной косточкой…
Пэт МАКЬЮЭН. МИЛЫЙ ДОМ
Дома бывают умные, но попадаются крайне впечатлительные и болезненные.
Алексей МОЛОКИН. ЛЫСЫЙ РОБОТ
О драматических последствиях разделения двух цивилизаций — роботов и людей.
Владимир ИЛЬИН. СЛАБОСТЬ ПРИТЯЖЕНИЯ
Простой шофер из российской глубинки углубляется в тонкости теории антигравитации.
Кристофер БЕННЕТ. ТОЧКА ВЫХОДА
Смелая разведчица Нашира Винг вновь совершает подвиг, рискуя сломать крылья о стену «государственных интересов».
Джастин СТЭНЧФИЛД. ПРИЗРАКИ ВОЗВРАЩАЮТСЯ
Одни браки заключаются на небесах, другие — в генной лаборатории.
Аллен СТИЛ. ИМПЕРАТОР МАРСА
Классика НФ как средство против депрессии.
Сергей ЦВЕТКОВ. ВЫКЛЮЧЕНИЕ ЭЛЕКТРОНИКИ
В зрительском сообществе сложилось крайне неоднозначное отношение к этому блокбастеру студии Диснея.
Аркадий ШУШПАНОВ. ЧЕЛЮСТИ ПОД ЁЛКОЙ
Что это: очередная экранизация классики или постмодернистский бульон?
ВИДЕОРЕЦЕНЗИИ
Как выглядит крупнобюджетная НФ в индийском исполнении? Да как и все остальное индийское кино!
Николай КАЛИНИЧЕНКО. ВАВИЛОНСКИЙ ПОДРЯД
Ну, что тут скажешь, гастарбайтеры были всегда. Это их мозолистыми руками выстроена человеческая цивилизация.
Мария ГАЛИНА. ПРАВДИВАЯ ЛОЖЬ
Дело уже привычное: новая книга московского писателя и журналиста обязательно становится объектом критических споров.
РЕЦЕНЗИИ
Как по заказу: в основном долгожданные продолжения. Радует, что рецензентов это не смущает и они дают взвешенную оценку.
КУРСОР
Ушел из жизни и второй представитель известного творческого дуэта фантастов…
Вл. ГАКОВ. АФЕРА ВЕКА
Один из самых знаменитых писателей мира, чей 100-летний юбилей пришелся на этот месяц, свою славу приобрел отнюдь не литературным трудом. Причем «приобрел» почти буквально.
ПЕРСОНАЛИИ
По большей части имена хорошо знакомы нашим читателям, но информация имеет обыкновение обновляться.
Дальше — больше. Описывая устройство башни, Трускиновская не только предлагает остроумное объяснение неустойчивости этой внушительной конструкции, но отсылает читателя к современной общественно-экономической модели. Здесь вам и инфляция, и финансовое неравенство, и проблемы среднего класса, и непростые отношения автохтонов с «понаехавшими». Интересна также идея о точке невозврата — высоте, после которой башня начинает работать в убыток. Намерено или случайно, но писательница устами авантюристки-вербовщицы Ташахегаль вторит свидетельствам ученых-исследователей высотного строительства, утверждающих, что сверхвысокие здания не окупают себя.
Строительство башен (а их в романе не одна и не две) — процесс не только инженерный, но и сакральный. Здесь и хрестоматийное стремление достучаться до небес, и одновременно желание вознестись над тварным миром, уподобившись небожителям. Созидание столпов также может интерпретироваться и как метафора любого делания. Ведь каждый из нас в каком-то смысле строитель собственной башни. Однако как бы высоко человек ни вознесся, бренное тело всегда напомнит о себе. В конечном итоге все высокие устремления упираются в физиологию, а над тронами богов междуречья возникает всемогущий призрак золотого тельца. Башни рушатся, но рядом тут же возникают новые…
Сейчас у читателя может сложиться мнение, что роман представляет собой сплошные рассуждения и аналитические выкладки. Ну уж нет! Перед нами непрерывное действие. Линейная и последовательная цепь событий. Повествование ведется от лица Вагада — одного из «великолепной шестерки». Трускиновская мастерски стилизует текст. У читателя не возникает сомнений в том, что рассказчик — деревенский простак. Бесхитростный, но неглупый, а иногда по-своему поэтичный и мечтательный. Однако у столь безупречной стилизации есть и оборотная сторона. Словно кто-то снимает фильм про Вавилон в добротных, но упрощенных декорациях. Много места уделяется элементам бытописания. И это также вполне логично, ведь гастарбайтерам, гоняющим тачки, не пристало рассуждать о высоком. Их окружает легко постижимый мир предметов и обязанностей. Однако автор не дает дурням спокойно трудиться.
Именно простота и небогатый кругозор втравливают Вагада и его односельчан в непростую ситуацию, из которой молодые люди выкарабкиваются только к развязке. Привычка держаться вместе позволяет парням из Субат-Телля стойко преодолевать сложности, которые они частенько создают сами. Постепенно главные герои приобретают полезный опыт, знакомятся с самым разнообразным людом — от простых рабочих до заносчивых жрецов и хитрых высокородных, затеявших сложную игру с необычной машиной, состоящей из веревок, воротов и глиняных табличек.
«Дурни…» — роман-постижение. Со свойственной аграриям неторопливостью бывшие крестьяне вникают в суть происходящих в большом мире событий и выносят собственное суждение. Наблюдая за эволюциями, которые проходят погонщики тачек, невольно начинаешь проводить параллели с нашим сегодня. Известная косность, присутствующая в народе, все так же легко используется сильными мира сего, а медленно зреющее недовольство выливается в бессмысленные и беспощадные бунты и погромы. Выработать свою точку зрения, отличную от навязанной сверху, — это очень непростое дело. Особенно сейчас, когда средства массовой информации, агитационные и рекламные памфлеты легко делают из умнейшего человека вавилонского дурня.
Николай КАЛИНИЧЕНКО
ПРАВДИВАЯ ЛОЖЬ
Дмитрий БЫКОВ. ОСТРОМОВ, или УЧЕНИК ЧАРОДЕЯ. ПРОЗАиК
Во времена «жестоких чудес» разрывы и сломы былых человеческих отношений нарушают общую связность мира и открывают дорогу сверхъестественному… Роман «Остромов», продолжающий (или завершающий) «питерский» цикл, начатый «Оправданием» и «Орфографией», уже вызвал множество откликов — от восторженных до раздраженных. Раздражает в романе то, что рецензенты обычно называют «избыточностью»: здесь слишком много всего. Разговоров о судьбах мира и России, идей, действующих лиц, литературных аллюзий, словесной игры.
Что правда, то правда. «Остромов» и задуман как «большой русский роман», заведомо предполагающий избыточность. К тому же это исключительно живой текст. Читать его легко уже потому, что автору было легко его писать (это чувствуется).
Обширный «Остромов» описывает оккультные объединения околевающего общества и посвящен возникновению и разгрому ленинградского (уже ленинградского!) масонского кружка, организатор которого — веселый и циничный жулик Остромов (одновременно добровольный осведомитель Лубянки) — намерен всего-навсего немножко отъесться после голодных революционных лет, подкопить денег и удрать за границу. Удрать, однако, не удается: кружок, где собираются несчастные и нелепые люди, выброшенные из привычной жизни и хватающиеся за мистику как за последнюю соломинку, становится разменной монетой в сфере высших правительственных интересов и интриг. Участников арестовывают, потом выпускают, но жизнь их после этого уже никогда не будет прежней. Однако один из учеников Остромова — наивный и трогательный Даня — верит своему наставнику столь истово, что и впрямь превращается в визионера.
Тема неправды, которая в силу обстоятельств становится правдой, есть известный литературный мотив (вспомним хотя бы «Двойную звезду» Хайнлайна). и недаром современные фантасты раз за разом живописуют один из самых страшных и значимых историко-географических локусов XX века — предреволюционный и революционный Петербург (например, «Хрустальный мир» Пелевина). Обращение к «бездне мрачной на краю» тоже имеет свою почтенную традицию. Фантастика, собственно, и занимается такими граничными ситуациями. Дело даже не в том, что гибель старого и возникновение страшного нового дает писателю неисчерпаемый источник тем и сюжетов. Просто человеческое превращается сначала в сверхчеловеческое, затем в нечеловеческое, а потом и бесчеловеческое.
В коллективном бессознательном кровопролитие неизбежно сопряжено с прорывом в нижний мир. Гекатомбы 1920-х, выбросив каждого отдельного человека из привычного окружения и оставив его один на один с равнодушным и непонятным мироустройством, в массовом порядке порождали визионеров и пророков.
Даня Галицкий (легко угадывается его прототип — Даниил Андреев, автор «Розы мира») и стал таким пророком. И что за дело, если толчком к его преображению было лжеучение (в сущности, набор красивых и загадочных фраз и бессмысленных упражнений «в медитации») веселого жулика Остромова.
Но в быковском сюжете один обман вложен в другой, как матрешки, с той только разницей, что внутри не самая маленькая и неделимая деревянная фигурка, а пустота: визионерская, выстраданная «Роза мира» (у быковского героя она называется иначе) оказывается такой же обманкой, ложно-красивой завесой, скрывающей страшную машинерию, где человеческому места нет. Выбор героя в пользу «слезинки замученного ребенка» — единственное человеческое, что у него осталось, — закрывает ему дорогу в высшие сферы…
Добро и зло существуют только там, где обретается человек.
Это, казалось бы, очевидные истины — и роман полон таких истин, которые, сталкиваясь и вступая в сложное взаимодействие, порождают новые, неожиданные смыслы.
Конечно, «Остромов», как и всякий «большой русский роман», это книга о судьбе России, по поводу каковой автор не испытывает никаких иллюзий (пассаж о гальванизированном ходячем трупе, разлагающемся на ходу и требующем для своего призрачного существования все новых и новых жертв, приводят уже так часто, что цитировать его нет нужды). Но главное — это роман о тщетности мистических порывов, о простых смыслах, о том, как трудно их найти и как легко отнять, страшный и точный диагноз человеческому в человеке. Это очень неудобный роман. Иными словами, настоящий.
Мария ГАЛИНА
РЕЦЕНЗИИ
Александр ГРОМОВ
ЧЕЛОВЕК ОТОВСЮДУ
Москва: Эксмо, 2011. - 448 с.
(Серия «Русская фантастика»).
12 000 экз.
Новый роман Александра Громова продолжает его же «Ребус-фактор». Тот же главный герой — Ларс Шмидт с планеты Твердь, та же работа спецагента. Но на все прежние события своей жизни твердианин получает возможность посмотреть «с высоты птичьего полета». Сверхцивилизация Ореол берет его на работу в качестве «мусорщика» — агента, наделенного почти всемогуществом (по человеческим понятиям) и назначенного для выполнения заданий на планетах, заселенных людьми. Как если бы людены наняли обыкновенного человека для такого труда на Земле, который для самих люденов скучноват и грязноват. Шпионская деятельность и сражения с землянами — все самое яркое в биографии Ларса Шмидта, пока он не стал «мусорщиком», — выглядят какими-то тараканьими бегами на фоне могущества, дарованного ореолитами.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "«Если», 2011 № 03"
Книги похожие на "«Если», 2011 № 03" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Журнал «Если» - «Если», 2011 № 03"
Отзывы читателей о книге "«Если», 2011 № 03", комментарии и мнения людей о произведении.