Виталий Лиходед - Батальон крови

Все авторские права соблюдены. Напишите нам, если Вы не согласны.
Описание книги "Батальон крови"
Описание и краткое содержание "Батальон крови" читать бесплатно онлайн.
Эта книга о последних днях Великой Отечественной войны. Главного героя, молодого парня, в 17 лет призывают на фронт. Он заканчивает учебку в Ташкенте и попадает в штурмовой батальон. С первых дней парню пришлось окунуться в самое пекло. Впереди — город-крепость Кенигсберг. Батальон подходит к неприступному городу, и начинаются суровые будни осады — атаки, кровь, потери и так — до победного конца!…
Вдруг в окоп свалилось нечто непонятное в форме военного с огромной набитой чем-то мягким сумкой. Это непонятное создание встало на ноги, отряхнулось, и Гриша увидел под огромной каской курносый нос, детские губы и румяные мягенькие щечки.
— Ты кто? — спросил Гриша.
— Сансестра Березкина, — ответила симпатичная девочка. — Здесь что ли штаб?
— Здесь, — ответил Григорий, и тут же услышал голос комбата.
— Березкина, бегом ко мне!
Девчонка запуталась в шинели, но смогла как-то откинуть ее назад, схватила свою огромную сумку и побежала к Киселеву.
Последняя атака далась нелегко. С вечера тяжело раненых отвезли в передвижной госпиталь, убитых похоронили, а тех, кого лишь чуть зацепило, перебинтовали сами. И вот появилась Березкина, чтобы правильно обработать раны и перебинтовать тех, кто никак не желал лечиться. Комбат силой приказывал выполнять все указания этой девочки, но мужики все равно поступали по-своему: царапнуло, или кожу рассекло, так сразу в сторону отошел, помочился на рану и снова в бой. Но вот от таких незначительных ранений и начиналась страшные нагноения и гангрены. Было обидно попадать в госпиталь из-за царапины, которая почему-то распухала и начинала гноиться. Все терпели и старались не показывать мелких ранений, но Киселев был строг. Он повидал все это и заставлял бойцов следить за собой и докладывать о каждой царапине. Многие стеснялись, когда маленькая девочка, своими пухленькими пальчиками перебинтовывала их, но были и такие, кто показывал все синяки и царапины и готов был раздеться перед этой крошкой до нога и показать все свои достоинства. Одни смеялись, другие стеснялись, а Березкина четко знала свое дело. Бинтов не жалела, мази и йоду тоже. Сначала солдаты прозвали ее «Бинтик», но это прозвище не прижилось к ней. Бинт мужского рода и даже если его произносить с уменьшительно ласкательной интонацией, все равно, что-то не стыковалось. Но однажды старшина случайно спросил:
— А где эта «Пипетка?»
Ему ответили где, но прозвище тут же подхватили, и оно навсегда пристало к этой девочке. Наверное, ей, как и многим здесь, еще не было и восемнадцати, но упорство и настойчивость помогли ей прорваться на фронт, где она доказывала всем, что не зря пришла на передний край. Звали ее Юлей, но по имени к ней обращались редко: чаще по фамилии или прозвищу. А когда она, меняла присохшие бинты, или останавливала кровь, старалась с явно умирающим солдатом — ее называли Пипеточкой и так ласково и нежно, что казалось, этот человечек все чувствует и любит только тебя. Ее оберегали все и помогали оттаскивать с поля боя тяжело раненых. Но однажды, она удивила всех, когда одна смогла вытащить из-под обстрела одного из ротных. Офицер не меньше сотни килограмм весил. Учитывая все воронки, и непроходимую грязь, это казалось невозможным, а она сделала, как будто, так и надо и даже удивлялась тому, что солдаты ее за это хвалили.
— Служба у меня такая. Вы воюйте, а я рядышком помогаю. Кому плохо или уж совсем — спрячу, чтоб жив остался, — отвечала она.
Пипетка со временем стала каким-то необыкновенным солнышком всего батальона. Она не просто радовала своим появлением, но и освещала и очищала уставшие солдатские души. Молодые бойцы несколько раз пытались угостить ее спиртом и потом порезвиться, но ничего у них не вышло. Те, кто знал, что такое ранение и чем может помочь эта девочка, обрубили у молодежи все желания. А двоим с Кавказа, старшина лично поставил два симметричных фонаря, за что был вызван в политотдел, но дело спустили, за него заступился комбат, а его не только уважали, но и почему-то побаивались даже старшие офицеры.
В эту ночь, когда Григорий дежурил в ДЗОТе, Юля быстро управилась со своей работой. Она взяла хлеб, несколько банок тушенки у старшины и пришла в ДЗОТ, где находился связист Михайлов. Он, конечно удивился, подумал, что из-за него, понравился ей. Но девочка пришла сюда совсем подругам соображениям. Во-первых, связь, а во-вторых — сухо. Она очень не любила сырость, а в эту ночь комбат запретил разжигать костры. Объяснил: «У немцев три миномета сюда смотрят, будут точно по кострам бить, а так неизвестно — ушли бойцы с высоты или залегли в окопах».
Юля ловко, маленьким ножиком открыла тушенку, отломила хлеб и стала ужинать за обе щеки. Григорий смотрел на нее и улыбался. Оттого как вкусно кушала эта девушка, он сам достал из вещмешка тушенку с хлебом и присоединился к компании.
Прожевав, Юля пошутила:
— Ты много в рот не клади, а то, как докладывать будешь, если связь сработает.
— А я и не кладу много, — шепелявя, ответил Гриша.
— Ага, я вижу, как ты по чуть-чуть уже все банку слопал.
— Люблю я тушенку, могу хоть ящик съесть. — Ящик нельзя живот заболит. А я тоже ее люблю. Только здесь в первый раз попробовала.
— А ты сама откуда?
— Из Москвы.
— Что прямо из самой Москвы?
— Ага, из самой.
— А Красная площадь близко от тебя?
— Полчаса.
— Врешь!
— Конечно, вру. А ты поверил?
— Не, ну правда, откуда?
— Да из Москвы, откуда же еще.
Девушка закончила свой ужин, завернула и спрятала в сумку хлеб, взяла с собой пустые консервы и, уходя, улыбаясь, посмотрела на Григория и произнесла:
— Счастливо оставаться боец-радист.
— Еще встретимся? — спросил Гриша.
— Не дай Бог! А увидеться сможем, — серьезно ответила девушка, поправила шинель и, протиснувшись со своей полной бинтов огромной сумкой в узкий проход ДЗОТа, растворилась в серпантине окопов.
— Смешная. А я, дурак, даже не представился. Ну, ничего, еще увидимся. Раз она в нашем батальоне, значит, вместе повоюем.
Григорий вышел из ДЗОТа и посмотрел на небо. Начинало светать. Зарево и канонада стихли, и лишь где-то далеко что-то глухо ухало, никак не желая успокаиваться. К штабу подошел комбат.
— Ляг, поспи хоть пару часов. Скоро снимемся отсюда. Немец ушел дальше к укрепрайону. Там они сейчас окапываются, а мы их и оттуда вышибем, а через пятьдесят километров начнется оборонительная система города-крепости Кенигсберга. Три рубежа плюс сама крепость в городе. Говорят, неприступная. Вот там дела и начнутся, а пока ложись спи. Следующий день чапать будем, грязь толочь. До этого укрепрайона еще добраться надо. Фрицы-то все на машинах, а мы за ними пехом.
— Да, удирать на машине легче, а вот догонять пешком сложнее, — согласился Гриша.
Комдив и он рассмеялись. Киселев сел у телефона, а Григорий, сел на ящики, достал из кармана листок и карандаш и решил написать письмо.
— Домой? — спросил капитан.— Да.
— Напиши матери, что воевал хорошо — комбат отметил.
— Напишу, — качнув головой, ответил Гриша. Он достал свой ножик, подточил карандаш и начал писать письмо.
В двух предложения сообщил, куда и когда попал и задумался. Посмотрел на молчащий телефон, вспомнил бой и продолжил.
Он не стал рассказывать, что за люди оказались рядом и как погиб его первый боевой наставник. Гриша написал, что батальон нормальный и приняли его хорошо.
Спросил, как там они живут, но тут же вспомнил, что, конечно, голодают. Написал, что проявил себя в первом бою хорошо и закончил тем, что, как всегда, попросил передать привет всем близким людям: брату, друзьям и тем, кто его помнил. Спросил у комбата адрес и, указав его в письме, сообщил в какую воинскую часть писать ответ. Свернул листок треугольником, четко написал на нем домашний адрес и положил письмо в правый карман гимнастерки. Встал, поправил ящики. Лег на них, положил под голову вещмешок и, укрывшись шинелью, сразу уснул.
4. Дорога
Утром батальон построился у подножия высоты. Именно там, где еще вчера стояли немцы. Теперь их не было и отдельный штурмовой батальон готовился в дорогу, догонять тех, кто никак не хотел сдаваться. Казалось, что за четыре года войны фрицы заразились этой странной и необъяснимой русской чертой характера — несмотря ни на что стоять до последнего патрона.
Киселев рассказал бойцам о предстоящем переходе. Впереди стоял укрепрайон и первая линия обороны Кенигсберга. Она проходила далеко за чертой города — километрах в двадцати, но и перед ней еще в несколько километрах были нарыты окопы, построены ДЗОТы и доты, и находилось множество минных полей.
Старшина Савчук помог Григорию сложить в полуторку катушки и остальное имущество связиста и отправил машину на склад загружать своим батальонным скарбом. Они вышли на дорогу — навстречу новым боям и новой неизвестности.
Гриша шел, переминая своими аккуратными сапожками дорожную грязь. Сама дорога была сплошным месивом: по ней уже проехали САУ, танки и машины, да наверно прошла не одна тысяча ног. Липкая грязь огромными лаптями висела на каждой ноге. Идти было трудно, люди, не успев начать движение, уже устали.
Григорий смотрел на дорогу и думал:
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Батальон крови"
Книги похожие на "Батальон крови" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Виталий Лиходед - Батальон крови"
Отзывы читателей о книге "Батальон крови", комментарии и мнения людей о произведении.