Сергей Поляков - Партизанская искра

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Партизанская искра"
Описание и краткое содержание "Партизанская искра" читать бесплатно онлайн.
Роман об организации «Партизанской искры» — подпольной комсомольской организации в с. Крымка Первомайского района Одесской (ныне Николаевской) области, действовавшей в тылу немецко-фашистских войск с конца 1941 по февраль 1943. Её руководителями были директор средней школы коммунист В. С. Моргуненко, секретарь комсомольской организации школы П. К. Гречаный, комсомольцы Д. Г. Дьяченко, Д. Н. Попик и др.
— А что такое, Илья Севастьянович?
— Да вот… приказано начать тут ремонт, — нерешительно объяснил печник, оглядывая потолок и стены комнаты. Его смущало присутствие здесь семьи Владимира Степановича Моргуненко, которого уважало все село И он сам, Илья Паламарчук.
— Для кого же эта квартира? — спросила Александра Ильинична.
— Говорят, для агронома.
— Какого агронома?
— Да этого… Николенко, — дед Илья не назвал его по имени и отчеству, вопреки заведенным сельским правилам.
— Зачем ему понадобилась эта квартира? У него свой хороший дом здесь.
— Не знаю, Александра Ильинична, так было приказано.
— А кто приказал?
— Начальник румынский.
Александра Ильинична хорошо знала агронома Николенко. Он так же, как и они, несколько лет работал в Крымке. Нередко заходил он к ним на чашку чая и был в числе товарищей Владимира Степановича. И вот теперь вдруг для Николенко отделывается эта квартира. Что бы это значило?
— Что же, нам уходить надо? — спросила Моргуненко.
— Да нет… я не знаю, как тут быть… я ведь думал, что нет никого, я бы… вы уж извиняйте, Александра Ильинична. Я пойду, скажу, что, мол, там люди.
Дед Илья был так смущен и растерян, что, уходя, забыл свой завтрак, завернутый в белую тряпицу.
— Вот так-то, Андрей Игнатьевич. Семью друга на улицу, а сам… Квартира понравилась…
— Погоди, мама, — перебила Александра Ильинична, — что раньше времени говорить. Ничего еще неизвестно. Они знают, что мы уехали из Крымки и квартира осталась пустой. Только непонятно мне, почему Николенко? Неужели… Не может быть, чтобы Андрей…
Вскоре пришел сам агроном Николенко. Он неловко, сухо поздоровался.
— Вернулись? — удивленно спросил он, будто не знал.
— Вернулись, — ответила Александра Ильинична. Она не знала, что говорить и как вести себя в присутствии этого человека.
— А где Владимир?
— Мы расстались в дороге. Были бомбежки, обстрелы, и Володя, видимо, погиб.
Николенко недоверчиво покосился на женщину.
— А по-моему, его видели здесь ночью перед самым приходом румынских частей. — Николенко махнул рукой. — Ну, то его дело. Каждый по-своему с ума сходит, — закончил он и плюхнулся на стул, широко расставив колени.
— Я к вам по одному неприятному делу. Александра Ильинична заметила, что он за восемь лет знакомства в первый раз сказал ей «вы».
— Трудно сейчас рассчитывать на какое-то приятное дело.
— Видишь ли… видите ли, — поправился он, — они хотят занять школу под огородническую ферму. А эта квартира отведена мне, как агроному фермы.
— Ах, вот что! Поздравляю с высоким назначением.
Агроном встал, прошелся на середину комнаты.
— Напрасно ты так говоришь, Шура, мы люди подневольные.
— Кто это мы?
— Мы с вами. Все, кто остался тут. Мы теперь вынуждены делать то, что нам прикажут.
— Это зависит от совести.
— Совесть тут не причем. В конце концов, везде люди живут, и при любой власти можно работать. Вот Владимир ушел, бросил вас тут одних. Вот где нет совести. Вам тут трудно будет, очень трудно.
— А разве другим людям будет легко?
— Если будут честно работать и не вредить, то будет хорошо.
— Это работать на них вы считаете работать честно.
— Почему на них? На себя.
— Нет, Андрей Игнатьевич, это против себя. Так я это все понимаю.
— А-а-ааа, все это бредни Владимира. Социализм, коммунизм! Чепуха! Твой муж плохо сделал, что бросил семью. Вам не поверят, что Моргуненко, как мальчик, заблудился и потерял взрослых.
— Это их дело, верить или нет.
— Мне-то все равно. Я только хотел вас предостеречь. Я вам зла не желаю.
Александра Ильинична молчала. Она с предельной ясностью поняла, что между ней и этим человеком пролегла пропасть. Не было сомнений, что агроном Николенко продал свою честь, совесть, пошел по другой, враждебной народу, а стало быть и Владимиру и ей, дороге. И разговор с Николенко был ненужным и отвратительным. Она отошла к окну и стала для вида перебирать старые школьные тетради.
— До свидания. Постарайся сегодня освободить квартиру. Завтра с утра придут рабочие, — услышала она за спиной голос агронома и его грузные удаляющиеся шаги.
Александра Ильинична продолжала стоять у окна. По небу медленно плыли белые, нежные облака. Легкий ветерок ласково перебирал перламутровые листья тополей. Велико было горе женщины, тяжелые думы одолевали её. Что станет с ними завтра? Куда пойдут они, выброшенные на улицу? И когда подумала, что Володя ушел для борьбы за неё, за мать, за дочь, ей стало легче. Ведь одно, самое основное, было ясно и непреложно, что на их с Володей стороне оставалась всепобеждающая правда.
Тем временем, четверо сельчан, по приказу жандармерии, освобождали школьные комнаты. Они выносили парты и доски и складывали их во дворе. Кто-то из окна спустил большой глобус. Вслед за глобусом из окна физического кабинета один за другим упали на землю еще какие-то предметы. И вдруг из окна, наклонившись вперед, будто готовый прыгнуть, показался человеческий скелет.
— Разве можно так неосторожно? — зазвенел девичий голос.
В темноте оконного пролета замер белый скелет. Его пустые глазницы, казалось, глядели удивленно. Все, кто работал сейчас в школе, услышали этот голос.
В распахнутой настежь садовой калитке стояла девушка в белой батистовой блузке, заправленной в серую клетчатую юбку. Она стояла вся подавшись вперед, словно вот-вот готовая взлететь.
Скелет покачнулся и опустился обратно.
Девушка стремительно пересекла школьный двор и подошла к вороху учебных приборов у окна.
— Ах, дядьки, дядьки! Сколько лет мы собирали все это, старались для нашей школы, для ребят, а вы…
Невысокая, стройная, с тонкой талией, она на первый взгляд казалась хрупкой девочкой. Но в ловких, энергичных её движениях угадывалась сила.
— Ведь у вас у всех есть дети. Вот у дядька Михаила — двое, у вас, дядько Кондрат, аж четверо, а у деда Трофима внук в Киеве студент. Вы забыли, дедушка Трофим, что он тоже в нашей крымской школе учился, и вот по этим же самым приборам.
— Да мы что же… мы ж не хотели… нам тоже жалко… да вот приказали жандармы….
— Жандармы? Я понимаю, не сами вы. Все же можно осторожнее как-нибудь.
Белое лицо девушки, слегка тронутое загаром, рдело от волнения, черные смоляные полудуги бровей выпрямились, сомкнулись над переносицей. Она подняла с земли тяжелый прибор и бережно поставила в сторону.
— Ну вот, хотя бы вот так. — Она взяла из груды другой предмет и также аккуратно поставила у стены.
— Знаете, я вас попрошу, выносите через дверь и вот сюда складывайте, а я побегу подыщу место, куда спрятать. Хорошо?
Девушка увидела глобус и подняла его.
— Вот на этом шаре вся наша земля. Вот это Америка, здесь Африка, тут Азия, вот, зеленая, Австралия. А это — Европа. А вот здесь, от самого севера и аж до сих пор, а здесь от Польши до Тихого океана, — тут девушка перешла почти на шопот, — наш Советский Союз — самая великая, самая красивая и самая дорогая страна на всем свете.
Она замолчала и стояла чуть улыбаясь одними черными, как антрацит, глазами. И люди, слушавшие её, тоже улыбались. Видимо, слова девушки, сказанные так просто и задушевно, проникли в сердце. Неловко стало людям, несмотря на то, что их принудили это делать. А девушка уже совсем мягко, почтительно, как подобает говорить со старшими, сказала:
— Я скоро приду, а вы выносите, складывайте вот сюда, в сторонку, только, пожалуйста, поосторожнее.
Она приветливо улыбнулась, заговорщицки кивнула головой и пошла к калитке.
Проводив отеческим взглядом удаляющуюся гибкую, проворную девушку, дед Трофим сокрушенно промолвил:
— А в самом деле, некрасиво у нас получилось.
— Да, — протянул Кондрат, — молодец дивчинка.
— Чья она такая? — спросил дед Трофим.
— Наша, крымская, — не без гордости ответил дед Кондрат, — Ефима Попика дочка, Поля.
— Ефима Попика? Это того, за школой? Вот, вот. Хорошая дивчина.
— У вас в Катеринке, небось, нет таких, — подтрунил Кондрат.
Дед Трофим покосился на него и строго приказал:
— Давайте выносить и аккуратно складывать.
Вскоре вернулась Поля вместе с учительницей Екатериной Федоровной.
Пользуясь промежутками, когда на дворе не было ни румын, ни агронома Николенко, они вдвоем украдкой до позднего вечера таскали к учительнице приборы и муляжи и прятали их.
— Спасибо вам большое, Екатерина Федоровна, вы хорошо сделали, и многие вам спасибо скажут.
Прощаясь с учительницей, девушка задумчиво проговорила:
— А завтра знаете, какой день?
— Вторник?
— Да нет, я не об этом.
— Не знаю, о чем ты.
— Забыли? Завтра же первое сентября, начало занятий в школе.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Партизанская искра"
Книги похожие на "Партизанская искра" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Сергей Поляков - Партизанская искра"
Отзывы читателей о книге "Партизанская искра", комментарии и мнения людей о произведении.