Анатолий Дроздов - Листок на воде
Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Листок на воде"
Описание и краткое содержание "Листок на воде" читать бесплатно онлайн.
Ветеран Чечни, выдернут из мирной жизни на суд в горы, где под взглядами телекамер и улыбки толстых шейхов его должны казнить "за преступления против мирных жителей". Несколько лет назад он расстрелял джип с черными вдовами.
Вместо казни получается кавардак. Умирающий ГГ прихватывает с собой заказчиков, исполнителей и немного зрителей. Как проклятие, его душу пускают в путешествие по телам умирающих солдат. Римский легионер, рейтар, красноармеец. В каждом теле он пребывает недолго, но память от каждой новой ступени жизни давит на психику.
Оркестр, будто подслушав, мурлыкает вальс. Вновь кланяюсь и веду Олимпиаду в центр зала. После первых па сбиваю дыхание и перехожу на медленные туры. Благо все вокруг поступают точно также: обильная еда, питье…
– Хотите сказать, Павел Ксаверьевич, что влюбились в меня? – спрашивает она.
Ну, все – в омут головой.
– Я не влюбился, Олимпиада Григорьевна, я пропал! Меня сбили, и я умер! Я иссох, разбит и уничтожен. Я утратил разум. Разве вы не видите?
– Надеюсь, вы помните: я замужем?!
– В том-то и беда! Иначе мог бы надеяться…
Она молчит.
– Нам надо поговорить, – говорит, помедлив. – Наедине.
– Где? Когда?
– Разумеется, не здесь! – она похоже сердита. – Кругом сотни глаз, не хватало меня компрометировать! Мы спокойно завершим обед, после чего Евстафий Петрович отвезет меня домой. Муж мой в отъезде, но прислуга дома. Я отпущу ее под предлогом, что хочу спать, а после выйду, возьму извозчика и приеду в "Метрополь". Я часто бываю в этой гостинице и знаю, как пройти, чтоб не заметили.
– Олимпиада Григорьевна!
– Вам придется подождать! – говорит она тоном учительницы. – Возможно, долго!
– Хоть всю жизнь!
Она смеется:
– С вашим характером вас на день не хватит!
А ведь, правда! Внезапно я спохватываюсь.
– Вы знаете, в каком я нумере?
– Ты и в самом деле рехнулся! – смеется она. – Я же их снимала!
Мне показалось, или, в самом деле, она сказала мне "ты"? Спросить не успеваю: музыка кончилась. Провожаю Олимпиаду к столу и как бы вскользь замечаю: день выдался хлопотный. Никто не настаивает на продолжении банкета. Провожаем Олимпиаду и Евстафия, я вновь подаю ей шубку и целую на прощание руку. Сергей тоже прикладывается. Оревуар! Сергей идет к себе, я под благовидным предлогом задерживаюсь и заглядываю в ресторан. Маню пальцем официанта.
– Подашь в шестнадцатый нумер шампанского, в ведерке! – говорю лениво. – Только через час, не раньше. Понял?
– Прикажете икорки, конфет? – склоняется он.
– И балык… Все, чтоб поужинать двоим, – сую ему четвертной.
Он прячет руки за спину:
– Евстафий Петрович велели за счет заведения.
– А на чай?
– С фронтовиков не берем-с.
Вот те раз!
– Ваше благородие! – он смущен. – Могу я попросить?
– Конечно!
– Часы покажете? Что из вашего живота достали?
Уже официанты знают! Растрепал! Киваю:
– Принесешь – покажу!
Он убегает радостный, я поднимаюсь к себе. Первым делом открываю краны в ванной. Пока вода бежит, достаю мыло, свежую пару белья. Я день на ногах, танцевал… С недавних пор я стал невообразимым чистюлей. Через полчаса чистый, причесанный, надушенный прапорщик Красовский сидит на диване. Ждет. Своих часов у меня нет, как-то не было времени купить, но на стене ходики с кукушкой. Стрелки на размалеванном циферблате, кажется, застыли, а проклятая птица умерла в своем железном гнезде. Наконец, выскакивает, орет. Девять вечера. Почти сразу же – осторожный стук в дверь.
Это официант. Он вносит большую корзину, накрывает и сервирует стол. В благодарность даю подержать искалеченного "Буре". Он с почтением рассматривает и возвращает с поклоном. Я снова один, ее все нет. А кто сказал, что будет? Вдруг муж нечаянно возвратился, или сама передумала? Да мало ли что?
Встаю, меряю номер шагами. Хочется курить, но Олимпиада, как заметил, не любит запах папирос. Лезу в чемодан и нахожу последнюю сигару. Пожалел я папашины закрома! Обрезаю, закуриваю. Сигара хороша тем, что курить можно долго. Еще бы коньячку… Решено! Если к десяти Олимпиада не появится, попрошу официанта принести коньяк. Заглядываю в ведерко с шампанским. Лед почти весь растаял. Решительно несу ведерко в ванную и выплескиваю в умывальник. Из холодильника насыпаю нового льда. Я помешался, она не придет. Вот уже сигара истлела, и кукушка отметилась, но я все медлю с коньяком. Вдруг она все же появится? Не хочу встречать ее пьяным. Вы идиот, прапорщик! Не придет она, не придет…
Осторожный стук в дверь. Я не бегу, я лечу, я распахиваю дверь настежь. Это она – в меховой шапочке шапке с густой вуалью и каком-то странном пальто. Впускаю и помогаю раздеться.
– Прислуга не сразу ушла, – говорит она смущенно. – Потом извозчика долго не было. А это пальто служанки, мою шубку здесь знают…
Все, терпение мое кончилось! Хватаю и покрываю поцелуями сероглазое сокровище. Она слабо сопротивляется, но меня не остановить. Подхватываю ее на руки и несу к дивану. Она что-то лепечет, но я ничего слышу. В ушах стук сердца, скоро я ощущаю, как бьется и ее сердечко. Мы вместе, мы одно целое, это так упоительно!
Спустя несколько минут она встает и оправляет платье. Лицо у нее сердитое.
– Теперь я знаю, почему ты герой! – говорит язвительно. – Если ты на немцев бросаешься, как на женщин…
Сердце мое замирает и падает ниже колена.
– Вам может показаться это странным, Павел Ксаверьевич, но я и в самом деле, шла к вам поговорить, и только за этим! У вас за обедом было такое лицо! Я боялась: совершите какое-либо безумство…
Выходит, я ее изнасиловал. О, Господи! Да я…
– Что с вами?! Павел Ксаверьевич?!. – лицо ее маячит надо мной.
– Олимпиада Григорьевна! – делаю усилие и встаю. – Я даже не знаю, как просить прощения… Я забылся, я потерял рассудок… На миг вообразил, что меня полюбили. Это невозможно.
– Отчего ж невозможно? – вздыхает она. – Очень даже возможно! Как раз об этом я хотела поговорить. Объяснить: у меня есть долг перед мужем, а вы молоды, красивы и легко найдете другую женщину. Мы должны найти в себе силы образумиться и сдержать чувства. Я целую речь в уме заготовила. Вы мне слова не дали сказать!
Молчу, потому, как ничего не понимаю.
– К тому же вы дурно воспитаны. К вам в гости пришла женщина, а вы, вместо того, чтоб пригласить ее отужинать, сходу стали приставать. Я, между прочим, проголодалась, гуляючи на морозе!
Подхватываю ее на руки и несу к столу. Усаживаю, наливаю шампанское, придвигаю блюда. Она действительно голодна и ест с аппетитом. Смотрю с замиранием сердца. Она поднимает голову:
– Почему сам не ешь?
– Не хочется.
– Так и будешь смотреть?
– Так и буду. Мне доставляет удовольствие.
– Я думала: удовольствие тебе доставляет другое! – язвит она.
Опускаю голову, вздыхаю:
– Могу я хоть как-то загладить свою вину?
– Это мы посмотрим! – она ставит на стол пустой бокал. – Как ты умеешь заглаживать…
11
Утром я встречаю Липу у входа в "Метрополь". Она, как положено, прибывает на автомобиле, я целую ей руку и помогаю снять шубу. Глаза ее покраснели, веки припухли. У меня вид не лучше: разглядел во время бритья в парикмахерской.
– Я ужасно выгляжу! – говорит она перед зеркалом и, оглянувшись, шепчет сердито: – Бычок! Я глаз не сомкнула!
Как будто я сомкнул! Мне велели заглаживать, я и заглаживал. В прямом смысле слова. Мы это умеем, научились в Индии. У английского лейтенанта на это времени хватало – ротой фактически командует сержант…
В ресторане за столиком ждут Сергей и Татьяна. По лицам голубков видно: этой ночью, выражаясь библейским языком, они познали друг друга. И что страсть к познанию у них не угасла…
Чай пьем молча: все погружены в сладкие воспоминания. Время от времени переглядываемся с Липой, она более не сердится, даже улыбается. Я теперь много о ней знаю. Ей двадцать пять, из них три, как она замужем. Муж намного старше ее годами. Он статский советник, в переводе на военные звания – старше полковника, но ниже генерала. Служба требует от мужа частых отлучек. Детей у них нет, потому муж не против благотворительности: это благородно, почетно и наполняет жену жизнью. С Евстафием муж в давних приятелях, он смело оставляет супругу на его попечение. Узнал я, каким боком наш цирк самому Евстафию. Старик хочет орден, немного-немало – Святого Владимира. Станислава он получил за личные пожертвования, а вот Владимира так просто не купишь. Второй по значимости орден империи, им награждают высших сановников и офицеров от полковника и выше. Всем прочим – по воле государе. Царь ценит благотворительность, за успешный сбор средств не преминет отметить. Нашим бы олигархам такое тщеславие! А то все яхты да дворцы… О своих взаимоотношениях с мужем Липа не распространялась, я и не спрашивал. И без того ясно: женщину в ней разбудил не муж, а некий контуженный прапорщик. Пробуждение случилось не сразу. Поначалу Липа жутко стеснялась и все спрашивала, прилично ли это? После спрашивать перестала – распробовала. Все прилично в спальне меж двоими…
Едем на очередную встречу. Сергей крутит баранку – договорился с шофером. Где летчику случится сесть за руль "роллс-ройса"? Сергей счастлив. У меня есть подозрение, что технику он любит больше Татьяны. Сама Татьяна – на краю заднего дивана, Липа посреди, я – с другого края. Никто не видит, как прапорщик сжимает ручку возлюбленной и получает в ответ такие же пожатия. Жаль, что ехать недалеко…
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Листок на воде"
Книги похожие на "Листок на воде" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Анатолий Дроздов - Листок на воде"
Отзывы читателей о книге "Листок на воде", комментарии и мнения людей о произведении.