Константин Федин - Костер

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Костер"
Описание и краткое содержание "Костер" читать бесплатно онлайн.
Роман известного советского писателя представляет собой широкое полотно народной жизни Советской страны. Этой книгой завершается трилогия, в которую входят роман «Первые радости», «Необыкновенное лето».
— Маленько просчитался, — тихо и как будто виновато говорил отец, стараясь улыбаться и отряхиваясь. — Ничего! Не зачерпнул — и ладно!
— Ступай вперед, папаня, тут узко, — сказал Матвей и пропустил отца вперед по тропке, непонятно для себя испытывая перед ним неловкость.
Когда он увидел отца со спины — его лопатки, как у мальчика, уголками выпирающие на полинялом пиджаке, его тоненькие шейные мышцы с запавшей под затылок ямкой между ними, — у него защипало в горле, и он быстро повторил, чтобы отец вдруг не обернулся:
— Иди! иди! Я за тобой…
Только тут он понял, что отец состарился, что, наверно, он уже непоправимо болен и что вряд ли долго будет болеть. Первый раз в жизни Матвей почувствовал к нему острую жалость и впервые сказал про себя, что ведь папаня-то у него один на всем свете.
Пройдя несколько шагов в этих нечаянных мыслях и поборов совсем новое для него волнение, он спросил:
— Много ль ты, папаня, задолжал, с коровой-то?
— А четыре сотни аккурат! — мигом выкрикнул Илья тонким своим голосом и повернул к сыну дрожавшую голову.
— Иди, иди, — повторил Матвей, — мокро тут по сторонам. Он видел, как забеспокоил отца его вопрос, — Илья даже прихрамывать стал больше, и плечи передергивались у него, словно надо было расправить тесную одежду, пока наконец ему стало невтерпеж и он спросил вполоборота:
— А сколько ты мне, Матвей, привез?
Матвей долго шел молча, прикидывая, что же ответить.
— Полторы сотни, папаня, — проговорил он неторопливо.
Отец с такой быстротой повернулся назад, что Матвей чуть не наступил ему на ноги.
Они стояли плотно друг против друга, и перед Матвеем зажглись на один миг знакомые с детства белые точечки в глазах отца, но тотчас и погасли. Все лицо Ильи Антоныча неожиданно зарябилось жидкими морщинами, как у просливой старушки, и он выдохнул с болью:
— Ну хоть две сотни с половиной, сынок, а?..
3Антон первым взбежал на крыльцо с криком:
— Пришли!
Перепрыгнув через порог горницы, остановился, восхищенно вытаращил глаза на мать, сказал вдруг тихо:
— Идет… — и замер с открытым ртом, не решившись назвать брата просто Матвеем, а по-другому не выходило.
Мать второпях отставила кочергу, прикрыла печь заслонкой, сдернула с плеча измятый рушник, наскоро вытерла руки. Лидия, сидевшая у стола, привскочила, сунулась лицом к зеркалу на стенке, стала быстро подбирать седоватые волосы с висков на затылок, под тяжелый, еще сплошь вороной узел.
Матвей с отцом помедлили перед избой. Она казалась Матвею низенькой, дряхлой рядом с той, которая жила в памяти. И ворота и двор — все точно сжалось. Не потому ли, что Матвей давно уж москвич и глаз привык к большим меркам?
Отец угадал, о чем он думает, проговорил с сожалением:
— Выпрело бревно. Изба выстывать стала.
— Век что ли, стоять? Дед еще рубил, — успел сказать Матвей, снимая почтительно кепку навстречу Мавре.
Потопывая по ступенькам каблуками новых башмаков, она сразу залила звонким своим голосом все вокруг:
— Только я в печи уголья загребла, а гость во двор!
Она с бега выпрямилась перед Матвеем, откинула стан назад, ответила на его поклон. Малость подождав и глядя будто с вопросом в радостной своей улыбке, сказала:
— Здравствуй, сынок. С приездом. Милости просим.
Тогда у Матвея начали открываться губы, пока не расцветился огнями весь рот и по щекам не поднялись до скул румянцы.
— Здравствуй, маманя.
Они поцеловались по обычаю, и Мавра повела рукой на крыльцо. Опять зазвенел ее голос, и хотя все, что она торопилась выложить, Матвей знал, ему было приятно еще раз послушать, как мачеха сперва усомнилась, что он приехал, как потом поверила и ожидала — вот-вот придет, и что уж смерть как ему рада.
В горнице, опять с поклоном, она показала на гостью:
— Лида Харитоновна, невестка наша, сродственница твоя по дяде по Степану.
Лидия подала Матвею Пальцы, сложенные желобком, и, когда он легонько дотронулся до них, потрясла кистью.
— Супруга дяденьки вашего, вам тетенька, — сказала она чванно и кончиком пальца утерла узкий, сухой рот.
Расселись не спеша. В избе было прибрано. Передний угол красовался новенькими цветными картинками, и только под самым потолком темнела единственная из дедовских икон — под стеклом и со свечным огарком, прилепленным к фольговому окладу. В стороне от картинок висела полка с книгами, — она пришлась как раз над головой Антона, когда он, как видно по привычке, занял место. Печное тепло пахло салом и чем-то паленым. Среднее окошко отворили, чтобы продувало, но воздух стоял неподвижно, солнце грело через занавеску не меньше, чем сквозь оба крайних затворенных окна. И жаркий свет, и печные запахи, и духота похожи были на праздничный день, каким всегда бывал он в родном Матвею доме.
Разговор пошел с расстановками о том, как Матвей доехал да как дошел. Лидия сказала, что ее багаж, с которым она прибыла, потяжелее весит Матвеева чемоданчика, на что Илья посмеялся:
— Твой багаж не нести было. Сам на своих четырех дошел.
— Дошел-дошел, а поди доведи-ка! — отвечала Лидия. — Я с твоей Чернавкой-то еще в вагоне намаялась. А. уж столько маянья в жизни не видала, как гнамши ее со станции. Все ноженьки сбила, все подошвы стоптала. Плечо и нынешний день зудит — намахалась хворостиной-то!
Она обиженно подобрала губы. Илья, застеснявшись, сказал в сторонку:
— Нешто взыщешь? Скотина. Сперва дай ей, коли ждешь от нее.
Все стали покашиваться на чемоданчик, едва Лидия заговорила о багаже, и Матвей решил — пора одаривать. Подвинув чемодан к столу, он принялся медленно выкладывать подношенья. Тут были платки головные — шелковый и набивной, кепка и шапка, мыло душистое, портсигар никелированный с папиросами, сода в пакетиках, а в пузырьках снадобья, и пенал ученический, и книжка с раскрашенным кораблем в парусах, и колбасы два круга, и две бутылки портвейна, и две печатки пряников, перед соблазном которых — по дороге, в Вязьме, — Матвей не устоял. Пока он все вынимал и разворачивал, мерещилось — богатствам не будет конца. А разобрали по рукам, кому что, расщупали да разглядели — каждому вроде чего-то не хватило. Но все благодарили, кланялись, душевно утешенные, что гость-обо всех подумал. Только отец, раз-другой щелкнув замочком портсигара, улыбнулся Матвею.
— Я ведь, сынок, давно уж не балуюсь.
Матвей опешил, хотел было оправдаться тем, что помнит, как гостем у него в Москве отец любил «подымить, но загладить промашку ему не дала Лидия.
Она помалкивала, когда раскладывались по столу подарки, и не дотронулась ни до чего, словно ждала, что ее тоже не обойдут подношеньем, а тут вздохнула сочувственно:
— Угодить думали батюшке, ан невпопад!
— Ничего, — сказал Илья, — будет чем угостить табакуров.
— Что ж угощать? Все одно что передаривать дареное. Матвей Ильич не про то, чай, думали, купимши эту папиросницу.
— А что худого передарить? — сказала Мавра, быстро глянув на Матвея. — Вот позволит сынок, я и поделюсь с тобой, невестушка дорогая.
Она легким взмахом разостлала перед Лидией бумажный платок.
— Прими не погнушайся, Лида Харитоновна, на споминанье о родне. Спасибо тебе, что потрудилась, пригнала нашу Чернавушку!
Лидия потрогала платок, не торопясь сложила его по сгибам, отодвинула от себя.
— Спасибо, голубушка, только принять мне обновы никак нельзя, — опустила она глазки. — Сынок тебе всего-то что два платочка привез. Не рассчитал, видать, что попадет домой в самый маврин день, на именины.
Она сощурилась на Матвея с хитрецою и тотчас снова потупила взгляд.
Матвей встал. Всегда рдеющее его широкое лицо стало потухать, и голос немножко дрогнул, когда он с укором посмотрел на отца:
— Что ж мне ничего не сказал? И Антон ни гугу. За столько лет, как я дома не был…
— За столько лет и вспоминать забудешь, — не утерпела вставить Лидия.
Матвей шагнул к мачехе с поклоном:
— Извиняюсь, маманя. Не учел…
Но Лидия снова вмешалась:
— Уж зараз еще с праздником с одним проздравьте. Мамаше с батюшкой вашим нынче двадцать пять годиков супружества, серебряная свадьба!
— Брось ты, сделай милость, — махнул на нее Илья.
— А что брось? Не я выдумала, от молодухи твоей знаю. Такое ваше счастье, что за два праздника одним пирогом гостей отпотчиваете. У нас в городе кажную серебряную свадьбу справляют, а уж кто до золотой доживет, так гульба на целую неделю.
— Ну, мы деревенские. У нас как выйдет, так и ладно, — со смешком отговорился Илья.
Матвей все стоял против мачехи, будто дожидаясь, чем кончится у отца с невесткой препирательство и надо ли поздравлять со свадьбой либо только по случаю именин. Глядя на Мавру, он начал считать в уме, сколько же ей лет, и выходило то сорок три, то под сорок, а с виду словно бы куда меньше — чуть не тридцать! Так искрились из-под бровей ее глаза, обегавшие Матвея с ног до головы, такой задор играл у нее по смуглому лицу. И вдруг она отвесила на всю избу:
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Костер"
Книги похожие на "Костер" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Константин Федин - Костер"
Отзывы читателей о книге "Костер", комментарии и мнения людей о произведении.