» » » » Сергей Аверинцев - Сергей Сергеевич Аверинцев


Авторские права

Сергей Аверинцев - Сергей Сергеевич Аверинцев

Здесь можно скачать бесплатно "Сергей Аверинцев - Сергей Сергеевич Аверинцев" в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: Биографии и Мемуары, год 2006. Так же Вы можете читать книгу онлайн без регистрации и SMS на сайте LibFox.Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.
Сергей Аверинцев - Сергей Сергеевич Аверинцев
Рейтинг:
Название:
Сергей Сергеевич Аверинцев
Издательство:
неизвестно
Год:
2006
ISBN:
5-94242-027-0
Скачать:

99Пожалуйста дождитесь своей очереди, идёт подготовка вашей ссылки для скачивания...

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.

Вы автор?
Жалоба
Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия.
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.

Как получить книгу?
Оплатили, но не знаете что делать дальше? Инструкция.

Описание книги "Сергей Сергеевич Аверинцев"

Описание и краткое содержание "Сергей Сергеевич Аверинцев" читать бесплатно онлайн.



Верстка моих старых записей с рассказами и разговорами Алексея Федоровича Лосева заканчивалась, когда пришло известие о кончине Сергея Сергеевича Аверинцева. Говорить об одном, не вспоминая о другом, стало невозможно. Поэтому, а не по какому-нибудь замыслу, эти два ряда записей оказались рядом, связанные между собой толь­ко тем, что оба созданы захваченностью перед лицом удивительных явлений, в конечном счете явлений Бога через человека, и уверен­ностью, что в нашей жизни надо следовать за звездами.

Не бывало, чтобы где-то был Аверинцев и это был не праздник или событие. Поэтому говорить о его достоинствах это одно большое дело, для которого надо читать его книги, задача на будущее. А по­нять, кто он был, это другое дело, дело веры. Все чувствовали, что нехорошо было встретиться с Аверинцевым и не думать потом о нем, в крайнем случае просто записать. Кто так не делал.

Поскольку магнитофона у меня никогда не было, ничто в этих пересказах, даже взятое в кавычки, нельзя считать прямой речью Сергея Сергеевича. Я отвечаю только за то, что ничего не добавлял от себя, когда посильно записывал услышанное и увиденное.






В отношении к богатству Михаила Михайловича люди самооп­ределяются. Одним карнавал и мениппейность, другим диалог и тот единственный голос, о котором говорится в конце бахтинской книги о Достоевском. Но важно, чтобы все слова Бахтина были погружены для нас в его человеческую реальность. Ordo scientiae и ordo (по-на­шему это уровень) sapientiae — пусть это различение, которое было принято в схоластике, поможет нам понять, что мышление Бахти­на находится в ordo sapientiae, и только некоторые слова выходят в область тленного держания. Благодарю за возможность хотя бы так бессвязно говорить здесь.

После Аверинцева говорили Бочаров, Турбин, Лотман.


314


5.4.1975. Звонит Сережа Аверинцев и сразу в своей трогательной прямой манере спрашивает: «Скажи, что ты думаешь обо всем вче­рашнем?» И размышляет. Чистый тон у всех выступавших. Расчи­щено место, в котором можно дышать. Всё говорилось без оглядки. После этого ошибки, ссоры смягчены юмором и не имеют злостного смысла. Под людьми, амбиция которых затухала в присутствии Бах­тина, Сергей Сергеевич имел в виду сначала Турбина. Ему хотелось также противопоставить Бахтина человеку, который «уже перестав­ши жить, продолжает работать, уже переставши слушать, продолжает говорить» — Лосеву. Рената хочет заметить ему о неприкрепленности его хода рассуждения. «Если он говорит о предмете, равном самому себе, в середине своего выступления, то я хочу, чтобы рядом мне была дана какая-то точка опоры. У Сережи красота мысли, слишком нетребовательная к своим границам. Но мне стыдно так говорить о Сереже. Как бы я его опредметила. Провокативность признак живо­го и бодрого ума. И у Сережи это есть.» Рената говорит, что Сережа не просто был на вечере в честь Бахтина, но и действовал как главное лицо. Как ясно, что человеческие души это ангелы, слетевшие из вечного царства света и ликования в плотную оболочку, просветив­шие ее всю изнутри и волнующиеся в ней тоской по горнему миру и стремлением туда.

28.9.1975. Аверинцев: «В Болгарии ослов много». Он только что приехал с конгресса по остаткам греческой культуры в славянском мире, где шесть дней подряд на берегу моря встречал восход солнца в 6 часов утра. «Кого, животных или людей? спросила Рената. Если животных, то это прибыток, а если людей, то убыль».


1976


22.3.1976. Выступление Сережи в Институте экономико-матема­тических исследований. Он говорит о секрете греческого мира. Весе­лье свободы. Отсутствие гнетущего страха. Бесконечная, до проныр­ливости, любознательность грека. К нему и относились особенно. Грек, которому разрешили забрать с собой столько добра, сколько он сможет, набрал в полы своего плаща сколько, что едва нес. Люди смотрели с отстраненным удивлением: «Во даёт!» Греку, считалось, всё можно.

18.7.1976. Мы были на день св. Сергия Радонежского у Аверин-


315


цева в Здравнице, где они живут у знакомой хозяйки, интеллиген­тной дамы Натальи Владимировны, вот уже 15 лет (здесь это слово особенно годится). Когда мы наконец отыскали дом, Сережа с Ма­шей Андриевской уже ушли нас встречать на станцию. Я узнал его с другой стороны поля по светлым брюкам. Едва замечая, во что он одевается, — в один и тот же старый плащ последние 15 лет, — он как всё древнее племя московских интеллигентов знает, что летом надо надевать светлые брюки. Говорили о Честертоне, «Франциск» кото­рого начал появляться в отрывках, и о Льюисе, чью книгу писем он мне показал[4]. Льюис и до своего обращения в 1931 году был целена­правленно ищущий, изобретательный и, кажется, только не говорил о вере, а уже знал ее. Сережа сказал еще, что в 58 лет Льюис венчался с женщиной, умиравшей от рака; он прожил с ней 4 года. Ренате ка­жется искусственным Честертон; как легко он говорит об убийстве на войне. — Но, возможно, есть положения и случаи, когда люди вправе убивать? — Да, но в том, чтобы так просто рассуждать об этом за столом, есть что-то недолжное; не относится ли убийство к вещам, о которых лучше не говорить иногда как о непристойном? — Но от Честертона и нельзя требовать тонкости, сказал Сережа, назвавший его когда-то легкомысленным английским писателем. Есть грубые вещи, о которых надо взять на себя неприятность сказать упрощен­ную правду, иначе они станут добычей людей, которым до истины нет никакого дела.

По поводу льюисовских «Писем Скрутейпа» и нелюбви чертей к смеху Сережа вспомнил: как-то совершенно случайно он попал в ин­ститут или в редакцию атеизма. Известный антирелигиозник Крывелев, увидев его там, стал его отчитывать за статью «Христианство». Сергей Сергеевич не спал перед этим всю ночь, и, пребывая в неко­тором состоянии идиотизма, вдруг засмеялся тому в лицо. Крывелев как-то сразу убежал.

4.10.1976. Пришел [на новоселье] Аверинцев. Он был в Греции. Там жили в гостинице вблизи от всего. С Акрополя невозможно сойти. Полная гармония христианского храма неподалеку, постро­енного из античных камней. Всё рядом. Были в Дельфах, теперь это

316


промышленный город. Климат в Греции зависит от того, за какой горой стоишь.

9.12.1976. Аверинцев говорит в голубой гостиной Дома ученых о традициях античности.[5]


1977


17.4.1977.  Что на самом деле было в истории? Аверинцев гово­рил на одном выступлении в Университете, что ответ на этот вопрос фатально неоднозначен. Нельзя сказать, что у разных людей просто по-разному расцвечивается одно и то же. Рассказывающий считает, что имеет право участвовать — а не просто быть наблюдателем — в событиях, он включает в них себя и тем как бы распространяет на них свой замысел о происходящем. Если он не будет участвовать, его роль снизится до механического передатчика; он будет считать, что не достиг должной для человека действенности. Но рассказывая, «как было», человек именно больше всего стремится передать, как именно оно было на самом деле, без каких-либо изменений или ус­тановок с его собственной стороны! Так, за счет правды, он надеется достичь высшей действенности, подлинности по сравнению с дру­гими, которые не столь точны. И именно в этой подчеркнутой прав­дивости источник расхождения. Иными словами, чем вернее хочет быть человек событию, самому себе, слушателям, тем более верный облик приобретает у него событие, т.е. тем больше оно делается не­зависимо от того, как его видит камера.

7.7.1977. Я был вчера у Сергея Аверинцева; он чуть не плакал. На столе лежали две огромные расползающиеся кипы машинописи; что-то подобное было на полу и на стульях. Заставляя себя работать как машина — забирая сколько надо у ночи, чтобы закончить очеред­ные 5 страниц статьи, — он дошел до того, что у него были приступы со рвотой. Фома Аквинский просрочен; ему навязали комментарии к Бахтину; в прошлом году Гаспаров и Фридман приписали ему в ИМЛИ план, и в этом году он должен сделать вдвое. Участились бо­лезни; вплоть до первых дней этого года он был поражен неспособ­ностью писать; умение писать к нему вернулось во время болезни с температурой. Встав на колени, он искал папку с Паламой.


317


7.8.1977. Были в Новой Деревне, там была Наталья Леонидовна Трауберг, Рената ее поздравила. Наташа перевела трогательную вещь «Томасину» и «The Great Divorce» Льюиса, который Сережа ради тор­жественности назвал «Расторжение брака».


1980 - 1983

15.9.1980. На предложение выступить на комиссии Аверинцев ответил: «Ну, если меня попросят...» Гаспаров: «Могу только приме­нительно к себе перефразировать Аверинцева: Ну, если мне прика­жут...»

5.2.1982. Я дал Аверинцеву краткое изложение его доклада на пятничном семинаре Рожанского:

В пятницу пятого в пять пятикратно запятнанный лектор,

Пятую часть своего прочитав выступленья, внезапно

Вспять от прежних своих убеждений попятился; с криком

Все, словно спятив, распять его ринулись; угол уж пятый

Должен был бедный искать, но Послушайте! вскрикнуть успел он

Цель ретрактации сей — изменяясь, пребыть неизменным!

Разом утих ураган; успокоилась чувств пятерица,

В кресла опять все опали, и видели пять сновидений:

Из глубины бескультурья рвались они к вере — но тщетно;

С верой средь чуждой им жить пытались культуры — напрасно;

Пала культура вокруг — пошатнулася с нею их вера;

В рамки заставили влезть их культурные — было там тесно;

Смело вдохнули они душу новую в вечные формы —

Жуткий развеялся сон, и решились загадки культуры.

Так, на запятки вскочив, за лектором мчался мечтатель.

28.10.1983. В пятницу в пять семинар И.Д.Рожанского и С.САве-ринцева о Гераклите, докладывает С.Муравьев. Аверинцев долго го­ворил, как думал, как писал, о том, что хочет и не может верить в исключительность Гераклита как единственного из греков, не писав­шего ни прозой, ни поэзией и таким образом оказывающегося близ­ким к нашей древнерусской литературе.[6]


На Facebook В Твиттере В Instagram В Одноклассниках Мы Вконтакте
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!

Похожие книги на "Сергей Сергеевич Аверинцев"

Книги похожие на "Сергей Сергеевич Аверинцев" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.


Понравилась книга? Оставьте Ваш комментарий, поделитесь впечатлениями или расскажите друзьям

Все книги автора Сергей Аверинцев

Сергей Аверинцев - все книги автора в одном месте на сайте онлайн библиотеки LibFox.

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Отзывы о "Сергей Аверинцев - Сергей Сергеевич Аверинцев"

Отзывы читателей о книге "Сергей Сергеевич Аверинцев", комментарии и мнения людей о произведении.

А что Вы думаете о книге? Оставьте Ваш отзыв.