Юлия Вертела - Магазин, или записки продавца
Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Магазин, или записки продавца"
Описание и краткое содержание "Магазин, или записки продавца" читать бесплатно онлайн.
Юлия Вертела родилась и живет в Санкт-Петербурге. Публиковалась в “Литературной газете”, альманахе “Молодой Петербург” и других изданиях. Член Союза писателей России.
Павловск. Проводы Масленицы. Сжигание чучела – кульминация веселья. На высоком деревянном шесте соломенная баба в сарафане, болтаются косицы ног в лаптях. Празднующие встали в хоровод. Подожгли… Занялось платье. Полыхнула выпятившаяся из-под треснувшего сарафана грудь, спина задымилась и выгнулась внутрь, и вся фигура – будто насаженный на кол человек. Дети начали швырять комья снега в распалившуюся бабу. Горящие куски соломы отрывались от тела, летели по воздуху и черным дождем падали на собравшихся. Глупое нарумяненное лицо куклы обуглилось последним. Хребтом обнажилась деревянная доска…
Я стояла потрясенная, так как буквально накануне читала в магазине исторический труд Паскуале Виллари “Джироламо Савонарола и его время”. И что же? Сцена публичного сожжения проповедника и его сподвижников детально напоминала столь любимый народом праздник Масленицу. “Дождем падали внутренности и кровь, – отмечает очевидец грустного события, возбуждавшего крики радости у одних и бесполезные жалобы и вопли у других… – Ватаги мальчишек бесчинствовали с криками и приплясыванием, пускали град камней в трупы, отбивая от них куски мяса, которые падали в огонь”.
Снежки – те же камни… Куски мяса – куски соломы…
Казнь как праздник. Праздник как казнь.
Проходя с чашкой из туалета, увидела в актовом зале хор девушек в концертных декольтированных платьях. Неужели эти дивные плечи и шеи создаются из столовских котлет по четырнадцать рублей? Нет, из таких котлет состою я – булочно-маргаринная, безмясая…
За стеной репетировали “бал”, а “золушка” писала ценник на учебник педагогики под редакцией Пидкасистого и отлично понимала, почему ее судьба быть здесь, за прилавком, а не на сцене в декольте.
В школьные годы трепетала:
– Ма, я некрасивая?
– Глупости! Все говорят: у тебя интеллигентное лицо.
С тех пор слово “интеллигентное” приобрело для меня дополнительный интересный смысл…
Как-то раз зашла ко мне в магазин такая интеллигентная – с длинным носом и бледным видом.
– У вас кончились пособия для начинающей стервы?
А сама на стерву ну никак не тянет.
– Да, разобрали. Знаете ли, востребовано…
– А еще что-нибудь в этом духе?
– “Секреты уверенной женщины”.
– А они есть? Эти секреты…
– Наверное… Хотя мне такие штуки не помогают, иначе бы не сидела здесь.
– А как заработать деньги? Есть такая книга?
– Это к охраннику. Он рекламирует компанию “Amway” и ищет распространителей косметики.
Девушка тихо вышла за дверь, хотя глаза у нее были такие, что она смогла бы пройти сквозь стену.
Фиг с ней, с внешностью, а вот интересно: способность зарабатывать деньги – это особое свойство личности, или каждый может? Если разбогатею, напишу. Или? Если напишу, разбогатею…
Плохое самочувствие толкнуло меня на знакомство с книгой “Болезнь? Ну и хрен с ней!”. Ученик Норбекова Алексей Марченко советовал читателям устремляться к долгой жизни. В конце, правда, сообщалось, что автор бестселлера безвременно погиб. Это подрывало веру в то, что известный анекдот смешной:
“- Доктор, скажите, я жить буду?
– А смысл?”
Однако когда вошел Веткин, я клюнула. Чем изобретатель не шутит? Да ничем… Новый приборчик. В оболочке от кофемолки совершается превращение банальнейшей воды в воду посеребренную, позолоченную.
– Смотри, эти пластины для обогащения воды ионами серебра и золота. После месяца употребления – расцветешь. Тебе всегда будет восемнадцать.
– Да, только как к ним сначала вернуться?
– Доведем твой возраст до восемнадцати, а дальше будем поддерживать.
– Мне бы хоть до двадцати пяти, – вспыхнула я.
– Сделаем так, что муж не узнает.
– И слава Богу! Может, пройдет мимо, скандалить не будет. Муж-то у меня бывший…
– Но учти: если перенасытишься серебром, кожа на солнце окрасится в синий цвет.
– О! Как Аэлита. Согласна!
Веткин взахлеб продолжал:
– После насыщения ионами на больное место водрузим хрустальный колокол и подадим внутрь музыку на определенной частоте. Ты ее не услышишь, ее слышат только внутренние органы. Чувство потрясающее… На себе проверял.
– А еще на ком?
– Старушку восьмидесяти лет вылечил, она ходить не могла, а теперь носится как угорелая, замуж собирается. Колокол, он ведь того… сексуальное влечение увеличивает.
– Тоже на себе проверял?
– А как же? Каждый вечер на это самое место…
– И какую же музыку ты ставишь для подъема?
Веткин смутился:
– Этого я не могу сказать, коммерческая тайна.
В десять утра заглянула покупательница и как бы между делом привязала внутри магазина своего пекинеса.
– Можно, он тут побудет пару минуточек?
– Да… – не успела я согласиться, как дама испарилась, а собачка, лениво поводя глазами, уселась между полками.
До обеда за животным никто не пришел. И я решила закрыть его на ключ, чтобы сбегать в столовую. Тем более что песик лежал, как сфинкс, и не давал повода для беспокойства.
Но едва захлопнулась дверь, комок шерсти отчаянно затявкал. Охрана за стеклом оживилась. Я тут же вернулась к кассе, решив, что обед не главное в жизни. Чтобы ободрить животное, почесала ему за ушами. Через минуту моя кожа покраснела и покрылась волдырями. Аллергия! Я бросилась в туалет мыть руки.
Вернувшись, застала у дверей толпу студентов, сочувствующих взбесившемуся пекинесу, сблевнувшему у прилавка чем-то похожим на педигри.
Остаток рабочего дня я беспрерывно спотыкалась о плоскомордую тявкалку, трижды падала на коробки, дважды читала ей Булгакова и один раз делила с ней бутерброд.
В шесть вечера хозяйка как ни в чем не бывало вошла и извинилась… Перед собакой!!!
– Бедняжка, извини, я задержалась, наверное, ты устала?
– Еще бы!!! – зарычала я.
Телевизор по всем каналам будто нарочно иллюстрирует рассказы Ирвина Уэлша. “Я попытался умерить прием алкоголя и наркотиков так, чтобы я смог отоспаться и испытывать меньше паранойи”. Не уменьшили, не отоспалась. С экрана ломятся наркоманы, вампиры, ублюдки: кто-то блюет возле унитазов, кто-то стреляет в блюющих… Выключаю и пытаюсь спать. Сон опять по Уэлшу: колются, трахаются, бредят. Вскакиваю в холодном поту. Книгу можно выкинуть, телевизор вырубить, но насилие и паранойя будут продолжаться на улицах, в домах, в снах…
С утра в магазине слышу у парня на мобильнике мелодию: “Что я знаю о джанки? Джанки – это я!” Берроуз знал о джанки всё…
Чем поражает Берроуз, так это тем, что он сразу переступает все двенадцать заповедей и ведет свое повествование так, как будто их и вовсе не существовало. Мы пыжимся, стараемся хоть одну да соблюсти. А он все христианское за борт: наркомания и гомосексуализм как образ жизни человека.
Многие ругаются: зачем писать такие книги?
А зачем проживать такие жизни?!
И оттого ли вырастают плохие мальчики, что начитались нехороших книг. Я думаю, плохие мальчики книг просто не читают…
Они орут в полную глотку: “На х… эту жизнь; дайте мне другую, пожалуйста!”
Другую жизнь – пожалуйста!.. Нравится мне выражение Курта Брахарца: “Всегда хотел жить по-свински и подохнуть как собака”. Что ж, жизнь свинская порой достойней человечьей, и смерть собачья чем не образец? Но это так, под настроение… Не выспалась.
– Открытка, ежедневник, клей.
– Возьмите сдачу…
Девятнадцатилетний студент философского факультета СПбГУ Антон Слюсаренко упал с крыши. Осталась книга его стихов. Она случайно попала мне в руки. Строчки с волнующим ароматом: очень много любви, очень много смерти. И то, и другое так густо, так пьяняще, что немудрено сорваться… И вот что удивительно, его стихи знаете, что они напомнили мне? Духи! Невероятные духи, создаваемые Парфюмером из романа Зюскинда. Стихи – духи.
В написанном
кристаллизуются все взлеты и падения
твоей жизни,
как в рыжих волосах случайной
попутчицы…
Бумага хранит запах многих дней и ночей поэта, запах его тела и души. Сладкий запах юношества и красоты… Прочитала – словно надушилась. И благоухаю.
Магазин – это постоянное движение. Посетители разноцветны, разношумны, по большей части улыбчивы. Мне нравится ощущать, что в городе много людей, кроме меня, – они как миллионы цветовых точек сливаются в живое светило, которое вращается, дышит, греет. Многоголосит на разные мотивы у распахнутых дверей магазина…
– Арийцы произошли от кроманьонцев, а жиды – от неандертальцев. Так что пути их разошлись еще в глубокой древности…
– Первого мая будем стоять в пикете против войны в Чечне. Приходи…
– Говори скорее, у меня деньги кончаются…
– Мне кажется, я как-то не так живу, что-то не то делаю…
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Магазин, или записки продавца"
Книги похожие на "Магазин, или записки продавца" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Юлия Вертела - Магазин, или записки продавца"
Отзывы читателей о книге "Магазин, или записки продавца", комментарии и мнения людей о произведении.