Иней Олненн - Книга 1. Цепные псы одинаковы
Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Книга 1. Цепные псы одинаковы"
Описание и краткое содержание "Книга 1. Цепные псы одинаковы" читать бесплатно онлайн.
Это не есть фэнтези чистое, как слеза, здесь минимум магической атрибутики и прочих сопутствующих. Здесь попытка найти равновесие между человеческим «хочу», "могу" и «должен». Просто в другой среде. Язык немного стилизован под речь русских деревень, встречаются диалектные слова.
— Решение было моим, — отозвался Ян, но с этого дня принял на себя вину за гибель отца и брата, и жить ему с этой виной до конца дней своих, какими бы длинными или короткими они не оказались. — А теперь оставь меня, Волк. Я хочу быть здесь один.
Ингерд молча повиновался. Едва поднявшееся над лесом солнце заволокло низкими сизыми тучами, посыпалась из них изморось, что каплями оседает на траве и листьях. Ян плакал, но никто не мог сказать — слезы на его лице ли, дождь ли.
Не заворачивая в стан, направился Ингерд в избушку Вяжгира-знахаря. День запасмурнел, и знахарь был дома. Ингерд переступил порог и прислонился спиной к дверному косяку. Одного взгляда хватило Вяжгиру, чтобы увидеть все перемены, произошедшие в чужаке, и перемены эти причинили Вяжгиру большие огорчения, ибо увидел он бёрквов, припавших к его следу, подобно псам, что гонят зверя.
Ни о чем не спросил Вяжгир, поставил на стол еду, но не мог есть Ингерд, только кувшин родниковой воды выпил, и такая вдруг усталость камнем-валуном навалилась на него, что не смог он с лавки подняться.
— Что с ногой? — знахарь постелил ему на широкой лавке у окна.
— В капкан попал.
— Дай погляжу.
Ингерд стянул сапог, больше похожий на решето, и знахарь умело развернул пропитанную мазями тряпицу. На ступне Ингерда красовались пять глубоких дырок — две снизу и три сверху. Они уже не кровили, но и заживать не спешили. Знахарь промыл их и сменил тряпицу, все остальное сделала до него Велскья. Ингерд к этому времени уже крепко спал. Знахарь несколько минут смотрел на него, держа в руках дырявый сапог, и болела, болела душа его. Чужак такой же, какой был — высокий, сильный, шрам на лице заметней, и белая прядь все так же метила его, но не тот он был, что прежде. И не потому, что снял кармак Сокола и надел простой, черный. Он и с прежним-то кармаком Соколом не был, ибо не станет куница орлом, а волк — соколом, как ни старайся, а он и не старался. Знахарь сразу уразумел, что чужак этот отмечен судьбой, и судьба его не из легких, и ношу его никто нести не поможет, сам потащит, из последних сил, до самой смерти. Верное слово — Одинокий Волк. Хотели из зверя птицу сделать… Вяжгир покачал головой и с тяжелым вздохом поставил сапог под лавку.
— Спи, бедовая голова, — пробормотал он, — ныне спокойные ночи по пальцам считать будешь.
Он загасил жаровню и вытряхнул пепел в очаг. Потом умыл руки, лицо, привычно ощущая ладонями все свои уродства. Убрал со стола, занавесил оконце, чтоб солнце не обожгло травы, что сушились в пучках под потолком, да и домовой яркий свет недолюбливал… Потом сообразил, что никакого солнца нет, вздохнул, убрал занавеску. Дела-то все привычные, каждодневные, но не находил знахарь прежнего утешения, вот ведь как изменил его жизнь чужак. Как если бы ходил одной дорогой, ходил, глядь, — а кроме этой и еще одна есть, а куда ведет, где начинается, и кто по ней ходит? Не будет покоя, пока не вызнаешь. Зашуршал в углу домовой, не нравилось ему соседство чужака, неуютно ему было с ним под одной крышей.
— Ну-ну, не озоруй, — пригрозил знахарь, горбушку хлеба отрезал, крупной солью щедро посыпал да в угол за ухваты положил, чтоб задобрить. Шуршание прекратилось.
А тут шаги с улицы послышались, и дверь еще не отворилась, а Вяжгир уже знал, кто это.
Пригнувшись, чтоб не задеть макушкой притолоку, вошел Ян, ровно как только что до него Ингерд, и подивился знахарь, до чего же они стали схожи — вот и у этого и стать прежняя, и руки-ноги на месте и силу не потеряли, и волос все так же светел, а в глазах — волчья тоска, взгляд затравленного зверя. "Вот и повзрослел Ян, — подумалось знахарю, — где она, беспечная молодость? Молодость-то осталась, да беспечность навсегда ушла. Эх, судьба…"
— Посмотри рану мою, колдун, — попросил Ян и к столу сел.
"Залечи душу мою", — говорили глаза его. Знахарь еще раз вымыл руки мыльным корнем и размотал повязку, на которой коричневело засохшее кровяное пятно. Чтоб сподручнее оторвать повязку от раны, смочил ее водицей, а когда отмокла — тихонько отнял ее от затылка.
— Пустяшная рана, — сказал знахарь. — Заживет, не заметишь. Дай-ка новой тряпицей завяжу.
Пока готовил он целебную мазь, звенел склянками, что-то бормотал себе под нос, Ингерд даже не шевельнулся, спал крепко, зарывшись щекой в мех, Ян видел только шрам да упавшую на лицо седую прядь. Вспомнил Ян тот день, когда вернулся он с Гор и в первый раз увидел чужака. Страх свой вспомнил и на дверь обернулся, словно ждал, что отворится она вдруг и объявится на пороге могущественный эриль белоликий и загуляет по избушке колдовство. Но Вяжгир сказал ему:
— Не бойся, светлоголовый. Нечего тебе бояться в этом доме.
Ян глаза закрыл, кулаки стиснул и говорит:
— Подрубила меня судьба, колдун, обхитрила, ногу подставила. Больно падать.
— Упадешь — поднимешься, — отвечал ему знахарь.
— Тяжко подниматься, будто камни стопудовые к рукам-ногам привязаны, — горько жаловался Ян.
— Камни те — боль твоя, Сокол. Не дай ей задавить себя, упорствуй. Тяжко? Всем тяжко. Сколько народу полегло ныне, а раньше сколько? По каждому до сей поры кто-то плачет. Ох, быстрокрылый, не мед жизнь, ложками есть не будешь, а будешь — скоро надоест. Страдаешь? Надо иногда страдать, не то забудешь, что ты — человек, не былинка придорожная, не трава сорная, что сама по себе произрастает. Ты — не таков, потому и плачешь.
— Я не плачу, — опустив голову, глухо произнес Ян, а у самого слезы в горле кипят.
— Куда идти? — спрашивает он. — К какому знахарю, какому целителю? Кого просить о помощи? Как жить с болью такой?
— Он ведь живет, — Вяжгир кивнул на спящего Ингерда.
— Не ровняй нас, — покачал головой Ян. — Его беда не больше моей, но сильнее. Кто он, колдун? Я чую, неспроста он в нашем стане оказался. Скажи, зачем он здесь? Быть ли беде?
Вяжгир присел по другую сторону стола и взялся сухие цветки всякие в порошок растирать.
— Тебе за ним не угнаться, — сказал он. — Никому за ним не угнаться. Он — как острый нож, без него не обойтись, но и кровь свою пролить можно, а то и жизнь отдать.
— Он опасен.
— Он не виноват, что он — нож.
— Я уже не птенец, колдун. Не говори со мной загадками.
— А он и есть загадка, — пожал знахарь плечами. — Что тебе сказать? Эриль Харгейд зовет его маэром.
— Кто это? — Ян весь вперед подался.
— Про них мало кто ведает, и они сами — меньше всех. Я знаю только, что его дорога — река, а наши с тобой — всего лишь ручьи. Он может много добра принести, а может большую беду притянуть, тут не угадаешь. И не остановишь. Его лишь такой же, как он, остановить может. А таких мало.
— Что ж ты раньше не сказал? Отчего промолчал, когда… — Ян запнулся.
— Когда за руку на отунг его привел? — знахарь покачал головой. — Я знал, что от него племени много пользы будет, я не ошибся, он хороший воин. Если б он остался с Соколами… Но он не останется.
Тут Ингерд неловко повернулся во сне и застонал — ногу раненую зацепил, и проснулся. Сперва не понял, где он и что с ним, потом сел, поглядел вокруг себя. Увидел Яна. Тот, ни слова не говоря, наполнил пенной брагой две кружки и одну придвинул Ингерду. Ингерд сел к столу, кружку взял и вместе с Яном молча выпил. Потом еще. И еще. Шалыми делались от хмеля глаза, кровь закипала, а голова оставалась ясной и холодной. Не брал их хмель, не приносил успокоения. Глядит знахарь — худо дело, ежели пьешь и не пьянеешь — жди беды: либо избу в щепки разнесут, либо друг друга поубивают. Забрал он потихоньку жбан с брагой-то, радуясь, что выходиться не успела, не то еще крепче была б, забрал да в кладовую подальше упрятал. А Ян с Ингердом до того напились, что на зверей похожи стали, — сидят друг против друга, глаза бешеные, злые, а руки медленно так, неслышно к кинжалам, что на поясе, ползут. Повыветрилось у них из головы, что в одном роду живут, что кровью общей мазаны. Домовой в страхе притих где-то, видно, под горячую руку попасть побоялся, а знахарь, прикидывая, как бы ему назревающее побоище упредить, взял березовое полено поувесистей и приготовился огреть и одного, и другого.
— Шут с ним, потом вылечу, — пробормотал он, примериваясь, с какого бока ловчее подойти и кого уважить первым.
И только Ингерд и Ян за ножи схватились, а знахарь поленом замахнулся, как послышались легкие шаги на крылечке, и распахнулась дверь. И появился на пороге вестовой — тот, кто приносит весть, знахарь-то руку с поленом сразу за спину завел, а Ингерд и Ян вмиг протрезвели и ножи убрали. Вестовой — мальчонка светлокудрый — глядел испуганно и тонкую дубовую палочку с начертанной на ней одной-единственной Руной — знаком важной вести — выставил перед собой, будто бы защищаясь. Он переводил испуганный взгляд с Ингерда на Яна и все, что поручено было передать, видно, забыл начисто. Тогда Вяжгир-знахарь подошел к нему и тихо, ласково спросил:
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Книга 1. Цепные псы одинаковы"
Книги похожие на "Книга 1. Цепные псы одинаковы" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Иней Олненн - Книга 1. Цепные псы одинаковы"
Отзывы читателей о книге "Книга 1. Цепные псы одинаковы", комментарии и мнения людей о произведении.