Александр Бартэн - Под брезентовым небом

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Под брезентовым небом"
Описание и краткое содержание "Под брезентовым небом" читать бесплатно онлайн.
Эта книга — о цирке. О цирке как искусстве. О цирке как части, а иногда и всей жизни людей, в нем работающих.
В небольших новеллах читатель встретит как всемирно известные цирковые имена и фамилии (Эмиль Кио, Леонид Енгибаров, Анатолий Дуров и др.), так и мало известные широкой публике или давно забытые. Одни из них всплывут в обрамлении ярких огней и грома циркового оркестра. Другие — в будничной рабочей обстановке. Иллюзионисты и укротители, акробаты и наездники, воздушные гимнасты и клоуны. Но не только. Еще и инспекторы манежа, униформисты, технический персонал, администрация цирка. И даже цирковые животные.
Почти всех своих героев автор знал лично и многих — долгие годы. Истории, собранные за многие годы, и составили эту книгу.
— Даешь мертвецов! Мертвецов показывай!
Долго не утихал этот шум, снова и снова захлестывая амфитеатр. И вдруг притих, перекрытый пронзительным, в два пальца свистом.
— А на кой нам эти мертвяки, братва? — обратился к залу уверенный и чуть насмешливый голос. — Мертвяки — это ж вчерашнее. Важнее то, что мы с вами дальше живем!
Аргумент, прозвучав с великолепной убежденностью, образумил многих. Стали подыматься с мест, на ощупь отыскивать выходы. И тут-то, когда малейшая надежда была уже потеряна, вдруг снова, и даже ярче обычного, вспыхнул свет. Со всех сторон послышались радостные возгласы. А в центральной ложе, в той, что прежде называлась «царской», многие увидели рослого матроса. Подбоченясь, в бушлате нараспашку, он стоял у самого барьера и добродушно оглядывал зал. Потом рассмеялся и махнул рукой: что ж, если такой поворот, не имею возражений против пантомимы.
Вскоре она началась. Однако те, кто пришел поглядеть на кладбищенских грабителей, смогли убедиться, что злободневность пантомимы совсем другого рода. Она и впрямь рассказывала о «мертвецах», но о других, о тех, что недавно наголову были разбиты под красным Питером. Без оглядки пришлось бежать и генералу Юденичу, и тем, кто двигался в его обозе, — помещикам, заводчикам, капиталистам. Этих-то «мертвецов» и высмеивала пантомима, находя в зале живой отклик. Иначе и быть не могло. Вероятно, каждый второй из нынешних зрителей в те дни с оружием в руках громил врага.
Вот на манеже появился сам Юденич — до невозможности кичливый, до пупа увешанный орденами, сбоку бренчащая сабля. Гневным ревом встретил зал белого вояку. Он еще пытался хорохориться, принимать напыщенные позы. Но не тут-то было. Плечистый мужчина, в кожанке, в краснозвездном шлеме, с винтовкой наперевес, твердой поступью шел навстречу генералу (мужчина этот чем-то напомнил мне того, что производил ночью обыск). Удар прикладом, удар штыком, и генерал плюхался наземь. Еще удар... Совершив каскадный прыжок, теряя штаны с лампасами, наутек пускался генерал Юденич, а зал сотнями и сотнями голосов улюлюкал ему вслед.
Выйдя из цирка на обледенелую улицу, я увидел в небе луну. В бездымном воздухе (заводы работали редко) зеленоватый лунный свет проникал далеко, все вокруг рисуя с удивительной отчетливостью. Посреди Аничкова моста я увидел искромсанный остов павшей лошади — жалкую поживу изголодавшихся питерцев. Потом, закинув голову, разглядел на небе созвездие, похожее на букву «у». И обещал себе запомнить это созвездие. И с ним вместе — этот вечер. И матроса в распахнутом бушлате. И бесславное бегство белого генерала. И гневный рев зала. И артистов — голодных, иззябших, и все-таки продолжающих радовать своим искусством.
Мать встретила меня на пороге.
— Ты неисправим! — воскликнула она. — Ну конечно же, но глазам вижу: опять пропадал в своем цирке! А к нам гость приехал. Твой дядя приехал из Новгорода!
И тут же я увидел дядю Васю, маминого брата. Шагнув навстречу, он приподнял меня и поцеловал в обе щеки.
— Так как же? Мы тут с мамой твоей предварительно переговорили... Согласен, чтобы я забрал тебя с собой?
НОВГОРОДСКАЯ ПОВЕСТЬ
Тетя спросила, кем я собираюсь стать, когда вырасту.
— Клоуном, — ответил я.
— Кем? Я не ослышалась? Клоуном?
Бедная тетя. Она была потрясена и даже утратила внятность речи. Конечно же, прежде чем гордо и непризнанно покинуть комнату, мне следовало ей объяснить, каким намереваюсь я стать клоуном. Самым веселым, находчивым, смелым. Таким, и только таким, как Анатолий Леонидович Дуров. Но я почему-то промолчал.
Зато Наташе и Пете, моим двоюродным сестре и брату, без умолку рассказывал о цирке. Особенно с того дня, когда во время прогулки обнаружил на базарной площади круглую постройку с остроконечной крышей.
— Что это?
— Цирк, — объяснил Петя. — Еще позапрошлым летом приезжал. Тогда и построили.
— А теперь?
— Не знаю. Давай поглядим.
Мы подошли к заколоченному входу. Ветер свистел в расщелинах крыши. Некрашеные доски успели потемнеть, раздаться. Внутри в полутьме виднелись поломанные скамьи, кучи мусора.
И все же, несмотря на эту неприглядность, я часто стал приходить на площадь. Петя и Наташа отговаривали: зачем идти, чего там интересного? Но я настаивал.
А потом, когда мы располагались у входа, начинал рассказывать о петроградском цирке. Не только рассказывать, но и изображать в лицах. Особенно мне удавался «таинственный египтянин» Бен-Али: он выступал у Чинизелли в том же сезоне, что и Дуров.
В белой высокой чалме, атласный халат до пят, Бен-Али выходил на середину манежа и низко кланялся, скрестив на груди смуглые руки. Приносили хрустальный сосуд с золотыми рыбками. Ловко вылавливая одну за другой, Бен-Али глотал трепещущих рыбок, а потом, по желанию публики, возвращал назад.
— Откуда? Из живота? — допытывалась Наташа: мы с Петей были однолетками, Наташа на два года младше.
— А то откуда же!
Иногда в наших прогулках принимала участие и мамзель Мари. Девушку взяли из сиротского приюта, готовившего гувернанток: тете хотелось, чтобы Петя и Наташа с малых лет учились французскому языку. До того ли стало теперь! И все же Мари прижилась в семье.
Она была миловидна. Веселые быстрые глаза, яркий румянец, пушистые волосы. И вела себя с нами как ровня.
— Почему бы нам не устроить собственный домашний цирк? — спросила Мари однажды. — Петя и Наташа артистами, а ты, Шурик...
— Он клоуном хочет стать, — подсказала Наташа.
— Клоуном? Но ведь этого мало. Цирку нужен директор. И вообще куда солиднее быть директором... Так как же, устроим свой цирк?
Предложение Мари показалось мне заманчивым.
— Чур-чура, ты тоже должна участвовать!
— Я? Какая же из меня артистка!.. Лучше я помогу вам сшить костюмы!
На этом и закончилась моя безмятежная новгородская жизнь. Шутка ли, нести обязанности директора, всем руководить, за все отвечать.
Первое представление мы решили дать на площадке позади дома. Там рос высокий разлапистый дуб, и его густая листва прикрывала площадку точно крышей. Что касается зрителей, на этот счет мы не беспокоились: зрители наберутся. Во-первых, дядя с тетей. Во-вторых, мамзель Мари и старая няня Федоровна. В-третьих, Илья Захарович, или, как звала его ласково няня, Илюша. Илья Захарович жил у нас в доме, служил матросом на речной пристани и всегда при встречах интересовался нами: «Привет, плотва! Что нового, плотва?» Ожидали мы зрителей и из соседних домов. Улица была тихой, все знали друг друга.
К этому времени из Петрограда приехал еще один дядя — дядя Коля. Он служил чиновником в каком-то банке, но банк закрыли, и дядя Коля, оставшись не у дел, решил, что в Новгороде — на хлебах у брата — будет сытнее. В разговорах с тетей, хрустя костяшками пальцев, он повторял: «Разумеется, я сознаю, что я для вас обуза!» Тетя возражала: «О нет, нисколько. Впрочем, можно бы попытаться найти работу...» Но дядя оскорблено менялся в лице: «Работу? При нынешних обстоятельствах? Избави бог!»
Посовещавшись, мы решили пригласить на наше цирковое представление и дядю Колю.
— Ах, вот как! — язвительно расхохотался он. — Впрочем, все в порядке вещей. Цирк, всюду цирк!
— А ну его! — сказал Петя. — Без него обойдемся. Давай дальше репетировать!
Мы репетировали каждый день. Наташа разучивала танец на проволоке, правда воображаемой проволоке, но все равно получалось похоже. Носок в носок шла она, балансируя раскрытым зонтиком, делая вид, что с трудом сохраняет равновесие. Петя избрал карьеру жонглера: перекидывался тремя настоящими мячиками и еще держал ребром тарелку на лбу; тарелка падала пока что часто, но была металлической и потому не разбивалась. Ну, а я одновременно готовил два номера. Как и полагается директору цирка — высшую школу верховой езды. И клоунский выход. Я по-прежнему мечтал быть похожим на Дурова. Конечно, дрессированных животных у меня не было. Но зато у нас на дворе жила собачка, но кличке Пушок. Какой породы — неизвестно, откуда взялась, тоже никто не знал. Собачка, однако, была забавная: остроморденькая, на тоненьких лапках, с преданными глазами и пушистым хвостом, закрученным в крендель. И отличалась такой понятливостью, будто кто-то с ней уже занимался прежде. «Пушок, служи! Пушок, принеси! Прыгай, Пушок!» — командовал я, и собачка охотно все исполняла. Иногда я даже думал: уж не отбилась ли она от того самого цирка, что два года назад выступал на базарной площади... Большие надежды возлагал я на клоунский номер. Сочинив несколько нехитрых стишков, чтобы еще больше походить на Дурова, я решил, что выход мой с Пушком произведет неизгладимое впечатление.
Наконец мы решили, что время выступать. Посоветовавшись с Мари (она была первейшей моей помощницей), назначили представление на ближайший воскресный день. Но ничего из этого не получилось.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Под брезентовым небом"
Книги похожие на "Под брезентовым небом" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Александр Бартэн - Под брезентовым небом"
Отзывы читателей о книге "Под брезентовым небом", комментарии и мнения людей о произведении.