Герберт Уэллс - Очерки истории цивилизации

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Очерки истории цивилизации"
Описание и краткое содержание "Очерки истории цивилизации" читать бесплатно онлайн.
Такого Герберта Уэллса российская публика еще не знала — известный писатель-фантаст выступил в этой книге как блестящий знаток истории, эрудированный собеседник, способный, не увязая в деталях и путаных подробностях, вести разговор о Древнем Риме, о Конфуции и принце Гаутаме, о крестовых походах и личности Наполеона Бонапарта.
Эту книгу нельзя назвать учебником, для этого ее автор слишком жизнелюбив и самостоятелен; Уэллс относится к истории цивилизации очень просто: как хорошо образованный и очень любознательный человек. Его интересует то же самое, что и любого любителя «исторического чтения»: не занудный процесс смены общественно-исторических формаций, а факты, события, люди с их страстями, интригами, надеждами и заблуждениями. Все то, чем от сотворения мира была так необыкновенно привлекательна живая человеческая жизнь.
В Марокко Испания вела бесконечную и разорительную войну с крепнущим повстанческим движением, оснащенным европейским и американским оружием. Эта война состояла из катастрофических поражений, отступлений и вывода войск, и постепенно власть над областью Риф захватил некий Абд аль-Крим. Тем временем французы удерживали Фее, распространяя и укрепляя свои владения к югу от рифских племен, избегая всякого сотрудничества с испанцами вплоть до 1925 г., когда Абд аль-Крим повернул против них свои орудия и винтовки, открыв перспективу затяжной и опасной войны.
С французской стороны в борьбу были брошены сто двадцать тысяч человек. Действия французов в Марокко эхом отозвались на подмандатных территориях в Сирии. Против них поднялись друзы и нанесли им серьезные потери. Арабское население стало ненадежным и опасным. Угроза для Феса превратилась в угрозу для Дамаска. На юге арабы-ваххабиты смогли вынудить пользовавшегося британской поддержкой короля Хиджаза к отречению от престола и эмиграции (1923). Они захватили Мекку и медленно распространили свою власть на всю выделенную территорию. В Египте беспорядки происходили почти непрерывно, и египтяне под властью британцев были, словно кипящее молоко под крышкой кастрюли. Даже до пронизанного национализмом сознания французов и итальянцев дошло, что единственной возможностью сохранения европейского господства над мусульманским миром является открытое и честное сотрудничество всех заинтересованных европейских государств. Последние постепенно понимали, что дни, когда они могли разделять и властвовать в собственных сферах влияния и сеять раздор между своими соседями, сочтены.
Постепенное осознание практической необходимости единства и объединенных действий во всем мире — наиболее значимая черта данного периода истории. Первым условием свободы и могущества является свободное общение идей. Ислам становится сильнее, потому что он смог развить внутри себя обмен идеями и общее сознание. И поэтому он переживает возрождение. Индусы, египтяне, турки и арабы — все они стали способны обсуждать европейский империализм и вырабатывать общее отношение к нему. А Европа опускается все ниже под финансовым господством Америки и теряет свое влияние в Азии и Африке. Ее силы уходят на внутренние разногласия.
9Шли годы, все больше отдаляя сознание людей от ударов и страстей мировой войны, и постепенно сошла на нет ментальная привычка, порожденная пропагандой и военной необходимостью, изображать немцев как исключительно злобную и чудовищную расу, стоящую особняком от остального человечества. Люди практичные начали понимать невозможность любого общего решения проблем европейских государств без полного участия в этом процессе тех, кто продолжал оставаться одним из наиболее образованных и рационально мыслящих народов в мире.
А проблемы эти с каждым днем меняли свой характер и форму. Иллюзии расового превосходства, традиции национальной вражды, патриотизма и местечковых страстей блекли перед лицом более насущных интересов. Европейцы начали осознавать, что их дела являются — неожиданным и озадачивающим образом — сплетенными в удивительную сеть их собственного изготовления, из которой у них нет сил выбраться, что их ежедневная жизнь страдает и изнывает в сплетении долгов, налогов и монетарных изменений.
Характерная трудность современной ситуации заключается в том, что, хотя экономические взаимоотношения и связи уже давно пересекли границы существующих государств, хотя основные товары и рабочая сила могут в массовом порядке перемещаться почти из любой части мира в другую — чего ранее никогда не было, за исключением поставок продовольствия в имперский Рим, — люди все еще продолжают цепляться за мелкие политические разногласия, за изолированные суверенные государства, часто образованные вопреки реальным обстоятельствам.
Иллюзия национального суверенитета, с сопутствующим ей фанатизмом «за Бога, короля и отечество» и подобными вещами, является самой опасной из всех ныне существующих иллюзий в мире. Каждое государство должно иметь право выпускать собственные деньги, контролировать собственный кредит, мешать прохождению транспорта через свою территорию и устанавливать таможенные барьеры на пути торгового потока.
Каждое государство должно залезать в собственные долги и оставаться несговорчивым, враждебным и вооруженным по отношению к своим, таким похожим на него, соседям. Каждое государство должно иметь собственную систему образования, преподавать избирательную и лживую историю, постепенно внушая ядовитое национальное тщеславие и ядовитую враждебность к иностранцам каждому новому поколению.
Последствие для Европы этого врожденного проклятия нефедерализованных суверенных государств заключалось в том, что, когда процесс экономической дезориентации и истощения, начавшийся во Франции после Французской революции, снова повторился в Европе в гораздо больших масштабах после мировой войны, он был крайне осложнен сплетением международных проблем.
Каждая страна опустилась до состояния нищеты, однако каждая страна выставляла другим странам фантастические счета за государственную помощь в годы войны, когда они были союзниками, а побежденным были навязаны чудовищные долговые обязательства. Соединенные Штаты лишь на последней стадии войны стали противником Германии и пострадали меньше, чем любое вовлеченное в войну европейское государство, однако американское военное снаряжение поставлялось во время войны всем союзникам Соединенных Штатов по завышенным ценам, и теперь Европа была в огромном долгу перед Америкой.
Откровенный отказ от погашения большей части этих военных долгов и претензий разрядил бы атмосферу во всем мире, но в Европе такая смелость и откровенность были бы под силу лишь мощному федеральному правительству. В Европе же не было федерального правительства, не было политиков мирового масштаба, не было широко мысливших лидеров, а были лишь узколобые, зацикленные на локальных интересах короли, государственные деятели, политики, разбогатевшие на таможенных ограничениях дельцы, газеты с кругозором, который исчерпывался их языком и регионом распространения, находившиеся на содержании государства учителя и национальные университеты, а также группы «патриотических» финансистов. Их пугала сама мысль о более широкой системе, которая уничтожит те многочисленные личные выгоды, которыми они пользовались за счет европейского сообщества. Им не нужна была единая Европа; они и слышать о ней не хотели; они скорее согласились бы увидеть Европу мертвой, чем денационализированной. С таким же успехом можно было ожидать отказа мух от навозной кучи.
Так вся Европа к западу от России вошла в политическую фазу ростовщичества; сознание общественности было поглощено схемами выплат этих фантастических военных долгов, причем каждое суверенное государство следовало собственным планам в финансовой сфере. Многие люди катастрофически обнищали, многие — фантастически разбогатели на спекуляциях; казалось, что умнее поступает тот, кто тратит деньги, а не накапливает их. И хотя со строительством домов для простых людей как-то не сложилось, не было преград для строительства и отделки роскошных отелей. Никогда в Европе так много не танцевали, никогда с таким упорством не занимались спортом и не предавались удовольствиям. Лицо Европы покраснело от изнурительной лихорадки.
Монетарный крах произошел сначала в России. Там ему всячески содействовало правительство коммунистов. Рубли печатались без сдерживания, курс упал, а цены выросли настолько, что одно яйцо или яблоко стоило 10 000 рублей, и у крестьянина не было стимула копить деньги и работать для этого. Те коммунисты, которые придерживались более жесткой линии, предлагали запретить всякую свободную торговлю. Предполагалось, что деньги утратят свою ценность, а работа граждан будет вознаграждаться периодически выдаваемыми карточками, не имевшими свободы обращения, но с отрывными купонами на еду, одежду, книги, поездки и т. д.
Но уже в 1921 г. правительство большевиков убедилось в необходимости возврата к той экономической гибкости, которую могли обеспечить только деньги, и появилась новая рублевая валюта, в которой один новый рубль равнялся 10 000 старых. В 1923 г. ее заменил червонец, золотой рубль, равный по стоимости довоенному царскому рублю. Все это означало неспособность большевистской экономической системы отойти от комплекса методов, взаимообменов и долгов Западу. Денежная проблема мира — едина, и решить ее можно лишь как всемирную проблему.
На запад от России не делалось попыток вообще отказаться от использования денег, но каждая страна в той или иной степени пострадала от инфляции. Денежный опыт Германии был экстремальным, в нем общий процесс обрел свою законченную форму. Будучи не в состоянии собрать с помощью налогообложения достаточное количество денег для выполнения своих международных обязательств и удовлетворения внутренних потребностей, правительство прибегло к помощи печатного станка. По мере роста в обращении количества марок, возрастали расходы на управление денежной массой и цена иностранной валюты, необходимой для репарационных выплат, и это влекло за собой дальнейшее использование печатного станка. В январе 1923 г. доллар, который номинально стоил пять золотых марок, подскочил до 7260. Затем произошел быстрый обвал. В феврале он уже стоил 21 210 бумажных марок. В июле он миновал миллионную отметку. К концу года доллар стоил четыре миллиарда бумажных марок.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Очерки истории цивилизации"
Книги похожие на "Очерки истории цивилизации" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Герберт Уэллс - Очерки истории цивилизации"
Отзывы читателей о книге "Очерки истории цивилизации", комментарии и мнения людей о произведении.