Маша Царева - Блондинки предпочитают джентльменов, или Глупа, одинока, опасна

Все авторские права соблюдены. Напишите нам, если Вы не согласны.
Описание книги "Блондинки предпочитают джентльменов, или Глупа, одинока, опасна"
Описание и краткое содержание "Блондинки предпочитают джентльменов, или Глупа, одинока, опасна" читать бесплатно онлайн.
Саша Кашеварова уже давно не менее знаменита, чем Маша Царева, которая ее придумала. Ее имя стало нарицательным, о ее похождениях рассказывают в кулуарах, о ней снимают кино, она – идол поколения single.
На этот раз Саша исследует закулисье телевидения. И попутно – куда же ей без этого – продолжает охоту на московских миллионеров. Этот остроумный роман впервые был издан в 2004 году и сразу завоевал расположение самого широкого круга читателей, выдержал несколько переизданий и лег в основу телевизионного фильма.
– Ну и зря, – вздохнув, он отошел от двери, – придется мне пригласить другую модель, а жаль, ты мне так подходила.
Я вздохнула – мне и самой было жаль, что так все получилось. Похоже, мне придется распрощаться с такими сладкими мечтами о бульваре Сансет, по которому я буду прогуливаться в компании сексапильного Леонардо Ди Каприо. Бедный Лео, он и не подозревает, какую злую шутку сыграла с ним судьба-индейка.
– Ну да ладно, – продолжал сокрушаться гордый обладатель легендарного платья, – ничего страшного. Мало ли девушек в Москве? Конечно, мне быстро удастся найти подходящую.
Я повесила на плечо зонтик и обернулась к Ларину, чтобы попрощаться. Я уже хотела сказать ему: «Всего доброго, созвонимся как-нибудь!», но мой подлый язык сам – честное слово – произнес:
– А какого оно цвета?
– Ты имеешь в виду платье? Коричневое. Насыщенный цвет горького швейцарского шоколада. К нему есть еще кожаный ремешок.
– Ремешок… – эхом повторила я.
– И перчатки, – набивал цену коллекционер, – впрочем, это уже не имеет никакого значения.
– А может быть… – Я прикусила губу.
А вдруг сейчас я совершаю самый глупый поступок в своей жизни? У меня есть уникальный шанс примерить платье одной из самых знаменитых голливудских див, это платье в данный момент находится в каком-то десятке метров от меня. Говорят, что вещи способны сохранять энергию своих хозяев – недаром же в студенческих общежитиях считается за удачу выпросить на свидание платье с плеча местной признанной красавицы! Так вот, вдруг эта вещь кардинально изменит мою судьбу, наделит меня волшебной силой, создаст вокруг меня мощное поле сексуальности, сделает меня неотразимой для всех мужчин?! А даже если и нет… Что ж, все равно это чудо – примерить такую вещь. А вдруг платье подойдет мне настолько, что коллекционер, удивившись и расчувствовавшись, захочет мне его подарить? А то, что Ларин вел себя не по-джентльменски – так, может быть, мне это просто показалось? У страха, как говорится, глаза велики. Ну что он такого сделал? Попытался меня поцеловать? Ну и что же, с кем не бывает. Вполне невинная миллионерская шалость. Вот если бы он попытался содрать с меня колготки – тогда бы я, наверное, насторожилась.
Платье…
Цвета горького шоколада, с ремешком и перчатками…
– Ну и ладно! – воскликнула я прерывающимся от волнения голосом. – Я хочу на это платье посмотреть!
Ларин явно обрадовался, хотя и постарался не подавать виду.
– Я знал, что ты умная девушка, Саша, и не упустишь такого шанса, – улыбнулся он, – идем за мной, платье в спальне.
Слово «спальня» меня не насторожило, перед моими глазами уже маячил изящный кожаный ремешок, а ладошкам не терпелось прикоснуться к нежному шоколадному шелку.
Я покорно брела за Лариным, пока мы наконец не пришли в просторную спальню, похожую на будуар аристократки девятнадцатого века. Огромная дубовая кровать, секретер красного дерева, пейзаж в тяжелой золоченой раме на стене. Впечатление несколько портил неказистый письменный стол, к которому было приставлено уродливое кресло, обтянутое черной кожей, – оно явно было новым и не очень дорогим.
– И где же оно? – прошептала я.
Ларин обернулся ко мне, на его бледных тонких губах змеилась загадочная улыбочка.
– Погоди, Саша, не так же сразу. Может быть, налить тебе вина или бренди?
– Да не хочу я пить! – Мои пальцы дрожали от возбуждения. – Я хочу посмотреть на него. Пожалуйста!
– Понимаешь ли, Саша, – он подошел ко мне почти вплотную, и его руки обвили мою талию, – человек должен добиваться поставленных целей, не так ли?
– Так, – осторожно подтвердила я и только потом простодушно поинтересовалась: – А что?
– И если цель для тебя важна, то ты не будешь задумываться о средствах, – тоном мудрого учителя продолжил коллекционер-миллионер, – например, что ты думаешь о понятии «ложь во спасение»?
Я все никак не могла сообразить, к чему он клонит.
– Ложь во спасение… Думаю, если маленькая ложь никому не навредит, то вполне возможно и приврать для достижения цели. Я всегда опаздываю на работу, а начальнику говорю, что была у врача.
– Мы с тобой так похожи! – обрадовался Ларин.
– Ты тоже часто опаздываешь? – вежливо спросила я.
– Нет! Я тоже иногда привираю, – руки Ларина спустились с моей талии несколько ниже, – вот как сейчас. Ты мне сразу так понравилась, Саша. Ты совсем не похожа на других, такая милая и непосредственная. Поэтому я и придумал эту историю.
– Какую еще историю? – похолодев, спросила я.
– Про платье Одри Хепберн, – с очаровательной улыбкой ответил он, – на самом деле никакого платья у меня нет. Но это ведь нам не помешает… насладиться обществом друг друга?
Я стряхнула его потные ладошки со своей талии и отступила на несколько шагов назад.
– Как это нет?
– Вот так, – развел руками коллекционер, – послушай, если бы я знал заранее, что ты так увлекаешься модой, то непременно купил бы платье, чтобы произвести на тебя впечатление. Но я же не мог это предсказать… Но у меня есть утешительный приз.
– Перчатки и поясок? – обреченно вздохнув, спросила я.
Что ж, лучше что-то, чем совсем ничего. А уж если эти перчатки еще и кружевные и доходят до середины локтя… Тогда все не так уж и плохо.
– А вот и не угадала! Смотри! – Он кивнул в направлении уродливого кожаного кресла. – Как ты думаешь, кому оно принадлежало?
– Директору школы, в которой ты учился? – предположила я.
– Герингу, дурочка. Это кресло самого Геринга. У меня нет платья Одри Хепберн, зато есть кресло Геринга, а это, согласись, чего-то да стоит. Если хочешь, можешь в нем даже посидеть.
И только в тот момент до меня наконец дошло, что коллекционер-миллионер самым подлым образом заманил меня в паутину. Откуда выбраться будет не так уж просто, как это может кому-то показаться. Пусть он не отличается атлетичностью телосложения, пусть я на голову выше, но все-таки силы неравны, он ведь мужчина (если, конечно, человека, так поступившего, вообще можно назвать этим гордым словом).
– Конечно, хочу, – беззаботно сказала я. Надеюсь, что он не заметил, как у меня дрожали при этом губы. – Только мне кажется, что не стоит садиться на него в уличной одежде. Все-таки это антикварная, очень дорогая вещь.
Ларин просиял. Как и все самовлюбленные идиоты, он даже не заподозрил, что внезапная перемена в моем поведении может быть вызвана отнюдь не приступом сексуального влечения к тщедушному миллионеру.
– Наконец-то я слышу от тебя нечто умное, – сказал он, – а то я уже начал подумывать, что в анекдотах о тупых блондинках что-то есть.
Я с готовностью расхохоталась.
– Так ты мне дашь халат?
– Конечно, любовь моя. Можешь взять в ванной. Только у меня есть другая идея. Мне кажется, что в таком знаменитом кресле можно посидеть и голышом.
Я уже пятилась к двери.
– Вот этим ты и займись. А я пока приму душ.
Ларина не надо было просить дважды – он принялся расстегивать пуговицы рубашки так быстро, что я испугалась: а вдруг он разденется быстрее, чем я отправлюсь якобы на поиски душа?
Я рванула из комнаты прочь.
Это был явно не мой день. И только в одном мне невероятно повезло: мне легко удалось справиться с замками входной двери коллекционера-миллионера.
ГЛАВА 4
– Телевизионное правило выживания номер один. Не стоит безоговорочно верить героям интервью. Наши джентльмены, знаешь ли, любят приврать.
Так сказала мне Ада, когда я поделилась с ней леденящей кровь историей моих злоключений. Мы находились в редакционной комнате одни. Похоже, ей нравилось давать советы. Наверное, в один прекрасный день все мы вступим в возраст наставничества. Аде-то под (а то и за) шестьдесят уже.
– Но это звучало так убедительно! Видела бы ты, с какой скоростью я убегала из его квартиры! Чуть каблуки не переломала, – я сорвалась с места, чтобы наглядно продемонстрировать новой подруге, как оперативно я покинула миллионерское жилище.
– Хорошо, что не ноги, – усмехнулась моя добровольная наставница, – ладно, для первого раза ты неплохо справилась. У нас и кое-что похлеще случалось.
– Что? – живо заинтересовалась я. Всегда приятно послушать утешительные байки о тех, кто попал впросак еще более по-идиотски.
– Как-нибудь потом расскажу, – разочаровала меня Ада, – а сейчас внимание, внимание, к нам приближается слонопотам.
Я обернулась и обнаружила редактора Грушеньку, которая подкрадывалась к нам сзади, видимо желая подслушать мою историю о первом провальном интервью. Странная особа, она как будто бы не понимала, что с ее весом сложно строить из себя шпионку. Обнаружив, что ее маневр рассекречен, она ничуть не смутилась.
– Вот вы где, – равнодушно передернув пухлыми плечами, констатировала она, – слышала, вы не очень хорошо справились с новой работой.
Сопоставив факты, я поняла, что обращается она ко мне. Хотя смотрела Грушенька не на меня, а куда-то в сторону. Видимо, это был такой своеобразный метод унижения провинившегося корреспондента. Дешевенький, надо заметить, приемчик.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Блондинки предпочитают джентльменов, или Глупа, одинока, опасна"
Книги похожие на "Блондинки предпочитают джентльменов, или Глупа, одинока, опасна" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Маша Царева - Блондинки предпочитают джентльменов, или Глупа, одинока, опасна"
Отзывы читателей о книге "Блондинки предпочитают джентльменов, или Глупа, одинока, опасна", комментарии и мнения людей о произведении.