Анатолий Гладилин - Большой беговой день
Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Большой беговой день"
Описание и краткое содержание "Большой беговой день" читать бесплатно онлайн.
Слово за слово, хером по столу, Женя и француз-миллионер в раж вошли, спорят, за грудки друг друга хватают. Мы стоим, уши развесили, вроде все слова знакомые, а о чем речь - не понимаем.
- Скользящий шаг у жеребца, шея крутая, - твердит француз.
- Задние ноги у него сырые, брюхо волочит, голову задирает, - отвечает Женя.
Так они базарили полчаса (причем Женя пропускал все артикли у существительных, и его собеседник это терпел), а потом француз чуть ли не со слезой в голосе провозгласил:
- Сколько я ни видел ваших работников из Министерства сельского хозяйства, но первый раз встречаю человека, который по-настоящему разбирается в лошадях! Выпьем, господа, за здоровье господина Ломоносова! Истинный профессионал!
Ну, раз француз-капиталист выпить приглашает - кто ж нам запретит? Борис Борисович от похвал в адрес Жени разрумянился, а Эдуард Иванович, хамелеон проклятый, сам бутерброды нам мастерит, журчит в ухо: "Давай, давай, ребята, налегай, водка, она закусон любит!"
Мы, конечно, навалились.
* * *
Жеребца, сыгравшего решающую роль в нашей парижской эпохе, звали Алеша. На самом деле у него было другое имя, из двух слов, плюс в середине артикль "ле", но Эдуард Иванович прочел его неправильно. Получилось - Алеша. Мы посмеялись, однако новое имя нам понравилось, так мы и стали называть жеребца Алешей.
Алешу мы еще в Москве приметили, штудируя в "спортлагере" французские газеты. Алеша был чемпионом своего поколения и в прошлом году, впервые допущенный к призу Америки (неофициальному чемпионату мира), неожиданно занял второе место.
Об Алеше и сейчас много писали в прессе. Весной он не знал поражений. Летом тренировался в Нормандии по определенному плану. В призовых заездах не участвовал. В воскресенье он должен был выступать в Венсенне в Большом призу, первый раз после перерыва. Прогнозисты прессы предсказали ему победу. Приблизительные шансы в тотализаторе у Алеши были два к одному.
Всю неделю Женя ломал голову над проблемой Алеши. Ночью сквозь сон я слышал, как он вставал и уходил на кухню. Утром я обнаруживал полную пепельницу окурков. Я понимал, почему Женя так нервничает. После приема в Посольстве Борис Борисович намекнул - дескать, кое-что пришло из Москвы, и если будет верная лошадь...
Что же касается меня, то я от крупной игры устранился. Я ломал голову над проблемой терсе. Терсе прошло в Венсенне уже несколько раз, но радости мне не принесло. Максимум я угадывал двух лошадей на билет. Я заметил, кстати, что поддаюсь гипнозу газетных прогнозов. Очень уж убедительно доказывали специалисты шансы своих избранников.
В пятницу мы попросили свидания у Бориса Борисовича. Женя был настроен по-боевому. Он сказал:
1. Ипподром разобьет Алешу в копейки.
2. Алеша на первое место не поедет, ибо наездник его готовит к призу Америки.
3. Даже если бы наездник захотел, Алеше первое место не взять - приз крупный, конкуренты сильные.
4. После длительного перерыва в выступлениях любая лошадь не в состоянии выиграть крупный забег - такого в природе не бывает.
5. Наша задача - сыграть против Алеши. Любая лошадь (кроме Алеши) принесет крупную выдачу.
Я нашел план Жени гениальным. Эдуард Иванович сказал, что лучше не придумаешь. Борис Борисович тяжело вздохнул и вытащил из сейфа пять тысяч франков.
В субботу вечером я колдовал над своим терсе. Я решил сыграть на все оставшиеся у меня деньги. Терсе шло за Большим призом, в котором выступал Алеша. В Большом призу Женя сделает свои миллионы - а в Женю я верил, - так что я мог резвиться в своем терсе. Я перевязал лошадей - фаворитов прессы. Я перевязал темноту, которая в прессе не упоминалась. На последнем билетике я отметил три номера: 19-18-11. Девятнадцатый был битый фаворит, восемнадцатого и одиннадцатого пресса в глаза не видела - гастролеры с провинциальных ипподромов. Венсенн им не по зубам. Но там, в провинции, они занимали первые места, а мне запало в голову высказывание Жени, - мол, лошади должны участвовать в бегах и иметь привычку побеждать.
Утром, наверное, мы первыми появились на трибунах Венсенна. Мы засекли Алешу на предварительной разминке. Он ехал шагом. "Хорош, - процедил Женя, - в принципе хорош!" Другого вороного жеребца наездник в зеленом камзоле работал долго и упорно, посылая адом на противоположной от трибуны прямой. "Вот этот выиграет бег, - сказал Женя. - Запомни жеребца".
Когда участники Большого приза выехали на круг, мы узнали вороного красавца. Это был Арчибальд, под четвертым номером.
- Четвертый номер - счастливый для нас! - сказал Женя и скомандовал: - К кассам, старики!
В кассе лупили Алешу - девятого номера. Женя поставил двести билетов на Арчибальда-победителя, а мы с Эдуардом Ивановичем - по сто пятьдесят.
Арчибальд с ходу взял бровку и повел бег. Он делал все правильно, он не тормозил, он не рвал на подъеме, чтоб не задохнуться, - он не пропускал никого по бровке и оттеснял преследователей в поле, заставляя их делать лишние метры дистанции. И резвость была потрясающей. Арчибальд шел легко и ровно, как машина.
- Класс! - бормотал Женя. - Вот как надо выигрывать!
Арчибальд проворно выворачивал на финишную прямую с последнего поворота, но тут на ипподроме стал нарастать гул. С поворота, чуть ли не десятым колесом, сделав немыслимый крюк (лишних пятьдесят метров), вылетела упряжка и буквально в несколько секунд оторвалась от основной группы лидеров метров на двадцать. Это была не лошадь - это была ракета! По ликующему реву ипподрома я понял, кто победил, - конечно, Алеша!
Казалось, последние метры дистанции Алеша проходил шагом. Разумеется, так только казалось. После ошеломляющего посыла на повороте казалось, все вообще остановилось, и наездник бросил вожжи.
И действительно, чего ему было бояться? Соперники ехали на лошадях, он на ракете!!
Ничего подобного я никогда в жизни не видел.
По-моему, Арчибальд проиграл даже второе место, но нас это уже не интересовало.
- Какой заезд! - восторженно повторял Женя. - Увидеть и умереть!
- Все, отмучились? - спросил Эдуард Иванович.
- Заткнись, Эдик! - цыкнул Женя. - Ты ничего не понимаешь в искусстве!
И как ни странно, Эдик заткнулся.
Я упросил ребят не уходить, остаться еще на заезд, посмотреть терсе. И мы продолжали говорить про Алешу и не обращали внимания на разминку, а когда прошел заезд, мы продолжали говорить про Алешу - мол, такой лошади в природе не существовало, плевали мы на проигрыш, едем в Москву, увидеть Алешу и умереть... Говорили мы с Женей, а Эдуард Иванович молча, заткнувшись, сжимал в ладонях кучу проигранных билетов. Потом, когда публика стала орать, я глянул на финишную прямую и тоже заткнулся.
Продолжал говорить Женя:
- Такой заезд! Увидеть и умереть! Алеша - это бог, плевать на все, едем в Москву...
- В Москву мы не едем, - сказал я и указал на табло.
На табло высветили номера: 19-18-11.
- Я угадал терсе. В порядке.
Теперь заткнулся Женя, а Эдуард Иванович всхлипнул:
- Ребята, вы непотопляемы!
* * *
Естественно, в понедельник на летучке у Бориса Борисовича мы заявили, что все три с половиной тысячи выигранных мною франков у нас пойдут на игру, будем биться до последнего сантима.
- А на месте Министерства финансов я бы всю валюту советского государства поставил на Алешу в призу Америки. Алеша проиграть не может!
Мне показалось, что к моему терсе Борис Борисович отнесся достаточно равнодушно, а вот слова Жени на него явно произвели впечатление.
глава шестая
Я когда-нибудь расскажу про парижскую зеленую зиму. Листья в Венсеннском лесу давно осыпались, но деревья были зеленые от какого-то мелкого мха, который покрывал стволы. Снег в Париже я видел один раз, и то в основном на крышах домов. Это случилось под Новый год, когда температура вдруг резко упала с +11 до -5°. Паника в городе была страшная. По телевидению и радио дикторы каждый божий час повторяли сводку погоды в столице и по стране, твердили: "Берегитесь гололеда! Пользуйтесь общественным транспортом!" И действительно, машинами почти никто не пользовался, улицы были пустынными, мы катались по городу на "Жигулях" Эдуарда Ивановича и умирали от смеха. Слабаки французы, испугались легкого холодка!
Московское радио передавало, что в Москве сейчас днем -25°, ночью -32°! Это означало, что Центральный Московский ипподром работал. Бега в Москве отменяли, когда температура днем опускалась ниже -29°.
В сильный мороз хорошо играть на бегах, только надо очень тепло одеться и ноги - перед тем как влезть в носки - обмотать газетной бумагой. Если наездник намеревается выиграть, он должен разогреть лошадь, тщательно ее проработать. Такая разминка сразу засекается на трибунах, поэтому особенно крупных выдач в мороз не бывает. Тотошку не обманешь.
Иногда мне снилось, что я стою в нашей ложе на ЦМИ, а вокруг меня знакомые лица: Профессионал, Корифей, Пижон, Илюша-Овощник, Бакинец, Юрочка-Заправщик, Сал Салыч, Жир Жирович, Пузан Пузаныч - родные лица московского жулья. И мы с Профессионалом придумали прекрасную комбинацию, бежим к кассам, толчемся в очереди и... не успеваем поставить. На этом самом месте я просыпался.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Большой беговой день"
Книги похожие на "Большой беговой день" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Анатолий Гладилин - Большой беговой день"
Отзывы читателей о книге "Большой беговой день", комментарии и мнения людей о произведении.