Вероника Иванова - Узкие улочки жизни

Все авторские права соблюдены. Напишите нам, если Вы не согласны.
Описание книги "Узкие улочки жизни"
Описание и краткое содержание "Узкие улочки жизни" читать бесплатно онлайн.
Когда чтение мыслей перестаёт быть фантастикой, оно становится самой обычной работой. Утомительной, неблагодарной, зачастую презираемой, зато хорошо оплачиваемой. Чтецов боятся и ненавидят, хотя они столь же беззащитны перед насилием, как и другие люди, ведь прочитать можно только уже написанный текст. А если существуют читающие, почему бы рядом с ними во времени и пространстве не существовать и тем, кому черкнуть несколько строчек в человеческом сознании не труднее, чем сделать запись в дневнике? И когда жертвы и убийцы вдруг перепутают свои роли, на узких улочках старого города, где чудеса случаются так же часто, как встречи старых друзей, окажется, что для человека нет ничего невозможного.
В том числе и перестать быть человеком.
Я завидую вам, герр старший инспектор. Всеми имеющимися силами. И я мог бы многое рассказать о своей зависти и чужой ненависти. Но бури, начинающиеся в сознании и заканчивающие бег своих вихрей рядом с сердцем, не интересны никому вне меня. Поэтому остаётся только спокойно кивнуть и ответить, чуть приподнимая уголки губ в дежурной улыбке:
— Понимаю.
***
Толпа зевак, собравшихся посмотреть на лимузин, рассосалась только с отбытием лавандового монстра в неизвестном направлении. Я вышел из дверей «Сентрисс» как раз в тот момент, когда двигатель машины грозно рыкнул на мешающих проезду людей, и те недовольно расступились. Водружение дивы под вуалью в недра грандиозного экипажа прошло без меня, но жалеть о прошедшем мимо моего внимания зрелище не хотелось.
Что всё это вообще означало? Сьюпы никогда не славились любовью к эпатированию общественности, наоборот, тщательно скрывали своё присутствие от случайных свидетелей. А сегодня перед моими глазами развернулось красочное, но невероятно нелепое представление. Что происходит? Резкая смена имиджа хороша для эстрадных звёзд и политиков, но не для тех, чьё призвание — оставаться в тени.
Я остановился неподалёку от места стоянки лимузина, застёгивая куртку и перебирая в уме бусины фактов, упрямо нанизывающиеся на нить логики в единственно возможном порядке. Лучшая защита — это нападение. Выставление сьюпа напоказ вполне можно сравнить с отчаянной контратакой. Но если так оно и есть... Требуется защита? От кого и от чего?
«Как жизнь молодая, пенсионер?...»
Лично для меня мысли не имеют вкуса, цвета и запаха. Даже эмоции не могу прочитать, как бы ни пытался: затачивали меня вовсе не для этого, да и с глубиной заточки перемудрили по неопытности и неосведомлённости. Я читаю только словесное содержимое чужих голов. Но иногда и по небрежно обронённой фразе можно безошибочно определить её автора.
— Спасибо, не жалуюсь. Какими судьбами здесь, До?
Я никогда не называю её полным именем. Потому что ей не нравится подаренное родителями «Дора», о чём было заявлено хоть и мысленно, но сразу и непреклонно, а мне дважды повторять не нужно.
— А то ты не догадываешься?
Я постарался добавить немного улыбки в мысленное: «Догадкам я предпочитаю факты, ты же знаешь», и мои старания не прошли незамеченными. Впрочем, кто-кто, а Дора, сколько я её знаю, всегда очень тонко различала именно оттенки эмоций.
— Хватит засорять эфир. Я устала. Хочешь поговорить, воспользуйся языком.
— Как пожелаете, фроляйн.
Поворачиваюсь лицом к окликнувшей меня старой знакомой. Да, всё течёт, всё изменяется, но только не наши привычки.
Тёмные от падающей с неба воды пряди неравномерно постриженных волос. Бледное лицо, на котором ярче всех прочих черт выделяется прилипшая к губе и почти потухшая сигарета. Свитер крупный вязки, бесформенный и необъятный, балахоном висящий на узкой, как щепка, фигуре. Широченные брюки с накладными карманами, приляпанными к месту и не к месту, массивные ботинки со стальными накладками на носках, ядовито-жёлтый платок с набивными чёрными черепами, повязанный на левое запястье. В целом, получается нечто среднее между нонконформиствующим подростком и вечным студентом, лишённое внешних половых признаков. Знакомьтесь: госпожа Дора Лойфель, практикующий сьюп.
— Работала?
— Я же не могу позволить себе нежиться на пенсии, — привычно съязвила она, но тут же посерьёзнела: — Да. Только что.
— По делу Нейман?
Сигарета перекочевала в другой уголок рта.
— Понятия не имею. Имена меня не интересуют.
— Кларисса Нейман. Женщина, выбросившаяся из окна.
— А... Да, она.
— И каков вердикт?
Дора нахохлилась, как воробей, и посмотрела на меня снизу вверх:
— Тебе-то что?
— Хочу получить подтверждение собственным выводам. Или опровержение, тут уж как кости лягут.
— Верно говорят: полицейским родился, полицейским и умрёшь, — с высоты прожитых тридцати пяти лет глубокомысленно заключила госпожа Лойфель. — Задело за живое?
— Скорее, за мёртвое.
— Нарочно интригуешь?
Рассказывать всю подоплёку заинтересованности я не стал бы и самому близкому другу, а уж для давней соперницы хватит и намёка:
— Я прохожу свидетелем.
— Выброса, что ли? — хихикнула Дора.
— Обстоятельств, предшествующих самоубийству.
— Ага! — Она ткнула указательным пальцем мне в грудь. — Читал уже?
— Только косвенные улики. Но поскольку твоё мастерство, несомненно, выше моего, я...
— Льстить ты не умеешь. А не умеешь, не берись.
Можно было бы пуститься в долгие и утомительные объяснения, что я, действительно, не умею льстить, поэтому озвучиваю свои настоящие ощущения, но зачем тратить время, если результат известен заранее? Дора отнюдь не кристально чиста и светла, и это ни для кого не секрет, а других мы меряем по себе, потому что иначе просто не получается. Человек, у которого рыльце в пуху, никогда не поверит в искренность собеседника. Обидно? Нет, прекрасно! Что может быть желаннее, чем спрятать свои истинные намерения от окружающих и тем самым сохранить крепость своей души в неприкосновенности? Только осознание бесконечной свободы. Я разучился скрывать свои мысли именно когда понял: они не нужны никому, кроме меня. Да и мне не особенно.
— До, я не льщу. Я обращаюсь к тебе, как к высококлассному специалисту. За консультацией.
— Консультации никто не проводит бесплатно, Джек.
— Какова цена?
Она перестала жевать кончик сигареты и взглянула на меня глубокими омутами болезненно блестящих глаз:
— Есть кое-что, от чего я бы не отказалась.
Обычно когда женщина произносит подобную фразу, речь идёт только об одной возможной услуге, на которую способен мужчина. Но в случае госпожи Лойфель глупо было бы предполагать требование интимной близости. Хотя бы потому, что в постели Дора предпочитает партнёров своего пола.
И всё же, её голос подрагивает именно так, будто нам предстоит быть вместе. Или очень-очень близко друг к другу.
— Ммм?
Дора тряхнула мокрыми волосами:
— Так что ты хочешь знать?
— Касательно платы...
— Позже.
— Хорошо, — внезапный уход от темы показался мне странным, но с желаниями женщины невозможно, а главное, бессмысленно спорить. — О чём думала фроляйн Нейман в последние минуты своей жизни? И главное, как думала?
Госпожа Лойфель разочарованно посмотрела на окончательно пришедшую в негодность сигарету и щелчком пальцев отправила поникшее табачное изделие на булыжники мостовой.
— Что мне всегда нравилось в тебе, так это твоя тяга к копанию в дерьме. Уж вроде бы всё ясно, а ты не останавливаешься, роешь пятачком своим, роешь... И ведь находишь то, что искал. Это очень полезное качество, Джек.
— Для кого?
— Для всех нас, — туманно ответила Дора, передёрнула плечами и спрятала ладони в рукава свитера. — Итак, о чём она думала...
На несведущий взгляд, наиболее удобным способом передачи ощущений было бы мысленное общение, но сьюпы считают иначе. Строить в сознании фразы, способные донести до собеседника закладываемый смысл без искажения — большое искусство. И ещё большая работа. Гораздо проще облекать образы словами уже за пределами сознания, в обычной устной речи. Тем более, сразу после завершения обследования места происшествия, когда всё в голове: и твоё личное, и наносное смешивается в единое варево.
— Мысли оригинальностью не отличались. Она сожалела, правда, очень вяло. Вообще по силе оставленных следов можно подумать, что женщина очень устала. Знаешь, бывают такие периоды, когда кажется: не можешь пошевелить ни рукой, ни ногой... Вот и покойная была в примерно похожем состоянии. Все делала на полном автомате.
— Хочешь сказать, она без тени сомнения утром вошла в офис, подошла к окну, повернула ручку и...
— Примерно так. По крайней мере, ни на одном месте в комнате она подолгу не задерживалась, за рабочий стол не садилась, словом, времени зря не теряла.
— Шла на работу уже с оформившейся мыслью о самоубийстве?
— Похоже на то, — кивнула Дора.
Хм, хм, хм. Значит, событие, подтолкнувшее фроляйн Нейман к радикальному решению проблем, произошло вчера вечером, задолго до того, как женщина заснула. Если она вообще спала этой ночью.
— Она думала о причинах? Кого-то проклинала? О ком-нибудь вспоминала?
— Очень отрывочно. Слишком отрывочно, чтобы установить личности. Промелькнула тень вины перед кем-то, видимо, старшим по возрасту родственником или другом, были крохотные и крайне тусклые вспышки злости на кого-то ещё, но общий фон оставался спокойным и целеустремлённым.
Герр Краус и несостоявшийся жених вспоминались, скорее всего. Но почему так мало чувств?
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Узкие улочки жизни"
Книги похожие на "Узкие улочки жизни" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Вероника Иванова - Узкие улочки жизни"
Отзывы читателей о книге "Узкие улочки жизни", комментарии и мнения людей о произведении.