Ольга Егорова - Лекарство от любви – любовь

Все авторские права соблюдены. Напишите нам, если Вы не согласны.
Описание книги "Лекарство от любви – любовь"
Описание и краткое содержание "Лекарство от любви – любовь" читать бесплатно онлайн.
Красавица Варя, пережившая кошмар брака с жестоким, властным человеком, решила начать все сначала – и уехала после развода в родной провинциальный город. Она надеялась обрести там «тихую пристань»… а вместо этого встретила новую любовь.
Однако почему Варин избранник, явно к ней неравнодушный, упрямо сводит их отношения к чисто дружеским?
Примет ли он чувства Вари? Поймет ли, что любовь – неоценимый дар самой судьбы и не принять его – попросту нельзя.
И только в тот момент, когда дверца купе уже почти затворилась, он вдруг понял, что забыл спросить самое главное. От волнения даже голос дрогнул и прозвучал слишком громко, слишком резко. Как будто не его, а чужой совсем голос.
– Эй, ребенок… А зовут-то тебя как?
Резко прозвучавший за окном гудок проезжающего поезда полностью заглушил ответ мальчишки. Имени его Герман так и не расслышал.
– Поезд десятый скорый Москва – Саратов прибывает на первый путь. Нумерация вагонов с хвоста поезда, – донесся из динамиков голос женщины-оператора.
Толпа встречающих дружно двинулась вдоль платформы и вскоре рассредоточилась на маленькие кучки, каждая – возле того места, где, по приблизительным подсчетам, должен был оказаться после остановки поезда нужный вагон.
Через несколько секунд он уже показался вдали – длинный состав из двадцати с лишним вагонов. Вагоны, как в детской песне, были голубыми, и на каждом красовалась фирменная надпись. Вагоны мелькали перед глазами, и люди пристально вглядывались в надписи на табличках. Кто-то оставался на месте, кто-то, заметив мелькнувшее в окне родное лицо, начинал бежать вслед за поездом, не рассчитав место «приземления» вагона.
Громкий свисток паровоза огласил окрестности, быстрый стук колес плавно замедлился. На минуту все стихло, а потом перрон наполнился шумом людских голосов. Радостные восклицания доносились отовсюду, сливаясь в одну мелодию. Из вагонов выпрыгивали, сразу же попадая в объятия к родным и близким, люди с чемоданами, с клетчатыми баулами, набитыми тряпками, привезенными для продажи с московских оптовых рынков, мужчины с кейсами, женщины с маленькими детьми.
Проводники скучающим взглядом окидывали пассажиров, изредка кивая в ответ на «спасибо» или «до свидания».
* * *– Спасибо вам, – поблагодарила пожилую проводницу молодая женщина, которая вышла из вагона последней. В руке у нее была только одна, совсем небольшая, сумка, а другую руку сжимал в своей ладони ребенок – мальчик лет десяти.
Проводница окинула взглядом мать и сына. У женщины были правильные черты лица. Ясный взгляд синих глаз казался немного грустным, и улыбка, запечатленная на губах, в этих глазах никак не отражалась. Густые светло-русые волосы ниже пояса были заплетены в тугую девичью косу. Узкие джинсы, майка и коротенькая джинсовая куртка делали женщину похожей на подростка. Как будто этот растерянный мальчишка, крепко сжимающий побелевшими от напряжения пальцами ее ладонь, был вовсе не сыном ее, а младшим братишкой. И сама она на мальчишку похожа была, если бы не коса.
Только глаза ее выдавали. Глаза взрослой женщины, успевшей многое повидать в жизни, а вовсе не девочки-тинейджера. Глаза всегда выдают возраст человека. Настоящий его возраст…
– Не за что, – откликнулась проводница. – Что, опоздали к поезду ваши встречающие?
– А нас никто не встречает, – ответила женщина. – Мы не очень далеко от вокзала живем. А маму не хотелось беспокоить, у нее слабое здоровье…
Сказала так, как будто оправдывалась перед этой незнакомой женщиной-проводницей, которую видит в первый раз в жизни и больше уже скорее всего не увидит никогда.
Проводница в ответ ничего не сказала. Женщина, еще несколько секунд постояв возле вагона в раздумьях, наконец потянула за собой сына.
В этот момент застывший в полной неподвижности апрельский воздух внезапно растревожил какой-то северный ветер-бродяга, напомнив всем о том, что апрель – это еще не лето. Что до лета еще далеко…
* * *Варя вздрогнула от прикосновения холодного ветра. Почему-то всегда так с ней случалось – задумавшись на минуту, она словно выпадала из окружающего мира, и в тот момент, когда снова она к нему возвращалась, приходилось переживать адаптацию.
– Мама, как здесь холодно! – Никита потянул ее за рукав.
Варя наклонилась, прижалась губами к теплой щеке сына.
– Ничего страшного. Сейчас поймаем машину и доедем прямо до дома. Ты не успеешь как следует замерзнуть, поверь мне.
Они быстро шли вдоль перрона, протискиваясь сквозь толпу отъезжающих, провожающих и встречающих к выходу. То и дело раздавались по сторонам радостные восклицания, люди обнимали друг друга, обменивались счастливыми улыбками.
Что ж, пусть. Их-то с Никиткой никто не встретит. Потому что не ждет – никто…
Здесь, в родном городе, который Варя оставила уже почти десять лет назад, у нее теперь осталась одна только мама. Ни друзей, ни подруг. И любовь – первая и единственная – осталась там, далеко позади. В Москве, которая так и не стала для нее родным городом. Не сложились как-то у Вари отношения с Москвой. И жизнь не сложилась тоже.
«Не смей, – строго сказала она себе, – не смей думать об этом! Возьми себя в руки!»
Перрон наконец-то остался позади. Варя огляделась по сторонам, с трудом узнавая привокзальную площадь, которая за прошедшие годы изменилась практически до неузнаваемости, обросла магазинами и кафе. И только унылый памятник Дзержинскому и пушистые голубые елки вокруг него по-прежнему оставались неизменными.
– Кто это? – Никита остановился и принялся задумчиво рассматривать возвышающуюся по центру площади фигуру Железного Феликса.
– Это Феликс Дзержинский.
– Космонавт? – с надеждой уточнил сын.
Никита бредил космосом и космическими полетами и совершенно искренне полагал, что памятники можно ставить только космонавтам. Другие люди этого просто недостойны.
– Нет, Никита. В то время, когда он жил, космонавтики еще не было.
– Понятно, – разочарованно протянул сын и отвел взгляд от памятника в поисках объекта, более достойного его внимания. Совсем скоро такой объект был найден. Им оказался лоток с мороженым.
– Мам, купи «Экстрем» с клубникой!
– Тебе же холодно, – возразила Варя. – Ты же только что сам сказал…
– Мне уже тепло!
Спорить было бесполезно. Варя расплатилась за мороженое и протянула его сыну:
– Ешь. Только откусывай понемногу.
– Ага, – согласился Никита уже с набитым ртом.
Они пересекли площадь и остановились возле дороги. Устало вздохнув, Варя опустила сумку с вещами прямо на землю и принялась всматриваться в даль в поисках такси. Машины скользили вдоль проезжей части стройным потоком, но в первой, ближней к тротуару, полосе почему-то оказывались только «газели» или какие-нибудь иномарки, сверкающие намытыми боками. Владельцам дорогих игрушек явно была чужда идея скалымить на дороге полтинник.
– Мам, ты правда здесь жила раньше?
– Конечно, жила.
– Странно.
– Почему странно?
– Не знаю. Просто не могу себе представить.
– Значит, совсем ничего не помнишь? Тебе ведь три года было, когда мы приезжали сюда в последний раз. С тобой и с папой…
– Помню что-то такое… Вернее, почти ничего не помню. А бабушка далеко отсюда живет?
– Не очень далеко. Мы быстро приедем. Соскучился по бабушке?
– Соскучился. И по папе соскучился тоже…
Напрасно она задала ему этот вопрос. Не почувствовала вовремя, как хрустнул тонкий лед под ногами… Неужели так будет всегда? Это постоянное напряжение, эта затаившаяся на дне души и в любую минуту готовая выплеснуться наружу стремительным потоком горечь – вот как сейчас?
– Никита, прошу тебя. Мы же договорились.
– Договорились, – кивнул сын. – Я знаю. Прости меня, я снова заставил тебя грустить.
Проезжающий мимо темно-синий «форд» моргнул фарами и вильнул к обочине. Варя подошла, немного удивившись тому, что водитель столь презентабельной на вид машины решил «подкалымить».
– До Ильинской площади довезете?
Водитель – мужчина лет сорока – приветливо улыбнулся:
– Довезу, мне как раз по пути. Садитесь!
Варя открыла заднюю дверцу, но Никита сразу заупрямился:
– Мам, я впереди, можно?
– Можно, можно, – послышался голос водителя, и Никита тут же с довольным видом уселся на предоставленное ему место.
– Не боитесь, что оштрафуют? Детям ведь нельзя впереди…
Вопрос ее так и остался без ответа. В разговор тут же вступил Никита:
– Я уже взрослый!
Машина тронулась с места. В зеркале промелькнула улыбка водителя, но заметила эту улыбку только Варя. Лицо его почти сразу стало серьезным.
– Конечно, взрослый. Тебе сколько? Десять есть уже?
– В следующем году будет. А вообще мне девять.
– Понятно. Значит, нравится впереди ездить?
– Нравится. Меня папа всегда впереди сажал, даже когда я совсем маленький был. А у вас крутой сполер! Заводской или сами поставили? – деловито одобрил Никита.
– Я вижу, ты в машинах разбираешься, – снова попытавшись скрыть улыбку, ответил водитель.
– Да, папа научил…
Варя молча слушала завязавшийся разговор, размякшая от внезапно навалившегося тепла, отдавшись в плен накопившейся за долгое время дороги усталости. Из глубины души медленно и неотвратимо, как столб смерча, поднимался уже привычный страх. Страх за будущее сына, который, может быть, так никогда и не сможет смириться с тем, что взрослые, не спросив его совета, все решили по-своему. Если бы знать, что они с Паршиным поступили правильно… Если бы только знать! «Он привыкнет. Привыкнет, поймет, простит», – утешала себя Варя. А сын тем временем, словно позабыв о присутствии матери, продолжал увлеченно обсуждать достоинства и недостатки современных отечественных автомобилей, и снова она подумала о том, что наверняка не сможет, как бы ни старалась, заменить сыну отца…
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Лекарство от любви – любовь"
Книги похожие на "Лекарство от любви – любовь" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Ольга Егорова - Лекарство от любви – любовь"
Отзывы читателей о книге "Лекарство от любви – любовь", комментарии и мнения людей о произведении.