Василий Попов - КУБАНСКИЕ СКАЗЫ

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "КУБАНСКИЕ СКАЗЫ"
Описание и краткое содержание "КУБАНСКИЕ СКАЗЫ" читать бесплатно онлайн.
Далеко и широко раскинулась Кубанская Земля. Щедрый и привольный край. Настолько щедрый, что в старину говорили про него:"Воткни оглоблю вечером - наутро вырастет телега". Но, немало находилось и охотников на эту землю. Не раз и не два разные вороги пытались огнём и мечом покорить Вольную Кубань. Но, на их пути всякий раз вставала неодолимая сила - Кубанское казачье войско. Подвиги кубанских казаков были столь велики, что превратились в эпос, в "Кубанские сказы".
– Почему он не пахнет? Куда девался его степной медвяный запах?
И не могли понять люди: зачем было нужно нюхать сухую траву, когда кругом столько ярких, пахучих цветов!
И опять луна и солнце отсчитывали сутки и месяцы. Однажды в тихий весенний вечер, когда воздух был сладким от дыхания роз, Иван Чегода, запершись в дальней комнате своего дворца, снова открыл золотой ларец. Оттуда пахнуло крепким, густым, горячим запахом весенней кубанской степи. И тут впервые заметили слуги радостную улыбку на лице грозного Ивана Чегоды. Они широко раскрыли глаза от удивления, когда любимец старого князя сорвал с себя драгоценные одежды, надел синие выцветшие шаровары, рубашку, расшитую скромным узором, и заломленную назад старую шапку. Потом он снял со стены шашку в черных потертых кожаных ножнах, взял длинное ружье, палочку свинца и рог, полный пороха. Веселый, улыбающийся, он сам пошел в конюшни и, пройдя мимо дорогих арабских скакунов, заседлал кубанского косматого коня. А когда Иван Чегода выехал за ворота дворца, слуги услышали, что он поет громкую песню, широкую и бурную, как горная река…
Вот и опушка дубравы. Вековые дубы шепчут молодыми листьями что-то ласковое и приветное. Яркая, зеленая, усыпанная разноцветными искрами цветов, дымится под солнцем весенняя степь. Жадно всматривается в нее казак, нагибается с коня. Но нигде не видно низкой пахучей травки-чабреца. Только старый сухой кустик шелестит под рубахой у сердца и дарит пьянящий аромат.
У степной балки навстречу казаку выехало трое людей в оборванных свитках и облысевших папахах.
– Куда едешь, хлопец?! Там турки! – угрюмо сказали они.
– Еду на Кубань, на родную землю… Зовет она нас, чтобы освободили мы ее от врага, – ответил Иван Чегода и достал из-за пазухи сухой чабрец.
Жадно вдохнули казаки родной запах и молча поехали за Иваном. И один из них сказал:
– Уж год я не видел чабреца! Не растет он больше в нашей степи…
Все ближе и ближе берега бурной Кубани. Все новые и новые люди выходят из плавней, из степных балок, из развалин сгоревших хуторов.
– Куда путь держите? – спрашивают они.
– Отбивать родную землю идем!
И все больше и больше колей ступают по следам Иванова скакуна.
Вечер махнул синим крылом, когда почуяли казацкие кони сладкую кубанскую воду. Впереди на берегу забелели шатры турецкого войска.
– Не отдохнуть ли перед боем, Иван? – спросил один из казаков. – Коли шли целый день и устали!
– Нет! Кони чуют кубанскую воду и рвутся вперед!
– Не отдохнуть ли нам, Иван? – спросил другой. – Притомились казаки, ведь целый день под солнцем ехали!
– Нет! Прохладный ветер кубанский освежит нас!
– Не остановиться ли мам, Иван? Темнеет уже! – сказал третий.
– Нет! Скоро месяц взойдет, и Кубань, как зеркало, его лучи на берег отразит!
Загудели трубы в турецком лагере. Выбежали янычары, вскочили в седла делибаши, замелькали факелы. Но не видны им были в сумрачной степи казаки, только топот копыт слышался. А Кубань своими волнами, как серебряной чешуей, отразила лучи молодого месяца и осветила турецкий лагерь. Свежий ветер примчался с реки и сырым туманом до костей пронизал турок.
Грозой налетела казачья лава.
– Чегода-паша! – закричали турки, увидев переднего всадника, и сабли начали падать у них из рук.
Напрасно турецкий паша пытался грозными окриками воодушевить своих воинов. Напрасно с визгом бросались на казаков разъяренные делибаши. Ничто не могло остановить казаков. Молниями сверкали их сабли, гремели ружья, все теснее сжималось казачье кольцо вокруг турецкого лагеря.
– Вперед! С нами аллах! – вскричал турецкий паша и с отборными воинами ринулся на казаков.
Казалось, еще один момент – и прорвет паша смертоносное кольцо казачьих сабель. Но вдруг вырос на его пути хмурый всадник с обнаженной шашкой.
– Вперед, казаки! С нами Родина! – громким голосом крикнул всадник, и турок узнал в нем Ивана Чегоду.
– Вот тебе, гяур! – взвизгнул паша и опустил кривую саблю.
Но Чегода ловко отвел удар, размахнулся и срубил турецкому паше голову.
Завыли турки от отчаяния, повернули назад и стали бросаться в Кубань…
В ту ночь тысячи их навсегда полегли на кубанской земле, а остальные потонули в бурных водах реки.
После боя усталые казаки сладко уснули на зеленой траве, у родной Кубани.
А утром, когда горячее солнце начало лить росу и умылось в холодной реке, они проснулись от жаркого медвяного запаха. Тысячи кустиков невысокой травки с мягкими листиками и красноватыми мелкими цветочками расцвели вокруг них, слали свой нежный аромат и ласковый шорох.
С тех пор, отправляясь в поход, всегда берут с собой казаки сухие пахучие веточки родного чабреца.
Лебяжий остров
Молодой казак Петро Сероштан первый раз шел в разведку. Утром заметили девчата турецкий челн в плавнях, сообщили атаману, а тот велел Сероштану высмотреть врага. Жутко и радостно стало молодому казаку, когда камыши желтой стеной окружили его, а товарищи, приготовив длинные ружья, притаились сзади на холме. Петро саблей раздвигал камыши и осторожно продвигался вперед к протоке. Длинный пистолет он небрежно держал в правой руке, чтобы не стряхнуть пороховую затравку.
– Берегись, – шептали камыши.
– Не ходи, – чавкала под ногами земля. Впереди, у протоки, тревожно хлопая
крыльями, вспорхнули утки. Они быстро поднялись вверх и улетели. «Там враги!» – решил Петро. Дальше можно было не идти. Птицы выдали турецкую засаду. Если ленивые утки быстро взлетают в высоту и уносятся вдаль, значит, в плавнях неспокойно.
«А что, если подкрасться да захватить языка?! – подумал Петро. – Казаки сразу уважать начнут… И для родной земли нужное дело сделаю!»
Тихо раздвигая камыши, он двинулся вперед. Вот уже скоро и протока будет.
– Берегис-с-сь! – шептали камыши.
Вдруг что-то тяжелое обрушилось на голову казака. От удара яркие вспышки блеснули перед глазами, а потом черная стена мрака скрыла и яркое небо, и солнце, и камыши.
– …Ну что, казак! Скажешь, где ваши залоги?! Расскажешь – получишь много золота. Будешь молчать – останешься висеть на дереве и тебя съедят комары!
Толстый важный турок сидел на коврике, играл костяной рукояткой пистолета и смотрел на казака зелеными злыми глазами. Петро Сероштан висел перед ним, прикрученный арканом к вербе.
Молча смотрел молодой казак на врага. Тоска и презрение горели в его синих очах. Он знал, что не миновать ему лютой смерти. Но даже и мысли у него не было, чтобы покориться туркам, предать товарищей-казаков. Когда требует Родина, становятся русские сердца тверже стали булатной и никакие муки не могут размягчить их.
Взглянул казак вдаль, туда, где опускалось в лиман багровое солнце. Где-то в той стороне была родная станица. Там сейчас стоят на страже браты-казаки, оберегающие родную землю. Там, в маленькой хатке, – старик отец и седоволосая мать. Там ясноглазая дивчина Маруся, краше которой нет никого на свете… Там – все близкое, родное, что дороже любого золота. Там – Родина. Разве можно показать врагу дорогу в родной край, который вскормил и вскохал тебя!
– Кто может идти против воли аллаха, – вкрадчиво заговорил турок. – Аллах отдал тебя в наши руки, и ты должен покориться! Если б я видел, что аллах хочет твоей победы – я не стал бы противиться ему!
Турок достал из-за широкого пояса кожаный мешочек и высыпал на руку десяток золотых монет.
– Вот, смотри! Эти деньги будут твоими, если ты скажешь, где стоят ваши залоги… А с деньгами ты сразу из простых казаков станешь важным пашой…
Турок подбросил монеты на ладони, и они зазвенели.
– Ну, скажешь? Или, клянусь аллахом, я развяжу твой аркан только тогда, когда в воздухе замелькают белые мухи и первые льдинки заскользят по воде… Я тогда буду плыть обратно в Трапезонд… И к этому времени от тебя, казак, останутся одни кости.
У Петра болела голова, ему хотелось пить, руки затекли от тугого перехвата волосяной веревки. Гурок поправил красную феску и снова сказал по-русски:
– Ну, говори, казак!
Сероштан провел сухим шершавым языком по губам, взглянул на солнце, утопающее в лимане, закрыл глаза и молча покачал головой.
– Ты заговоришь, казак! Утром все скажешь! Комары тебя заставят говорить! – прошипел турок и ушел в шалаш.
Солнце все ниже спускалось в розовые воды лимана. Камыши, казалось, горели в закатных лучах. В воздухе тонко, как балалаечные струны, зазвенели комары. Все больше их садилось на лицо казака, на обнаженное тело, на открытые руки и босые ноги. Тело горело и чесалось от бесчисленных укусов.
– О, хоть бы сразу убили меня… проклятые вороги! – прошептал казак.
Турки уже спали в своем шалаше, прикрывшись парусом.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "КУБАНСКИЕ СКАЗЫ"
Книги похожие на "КУБАНСКИЕ СКАЗЫ" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Василий Попов - КУБАНСКИЕ СКАЗЫ"
Отзывы читателей о книге "КУБАНСКИЕ СКАЗЫ", комментарии и мнения людей о произведении.