Александр Барков - Мои друзья

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Мои друзья"
Описание и краткое содержание "Мои друзья" читать бесплатно онлайн.
Человек и Природа — главная тема произведений, составивших новый сборник писателя Александра Сергеевича Баркова. Еще в 1965 году в издательстве «Малыш» вышла его первая книга «Снег поет». С тех пор в разных издательствах он выпустил 16 книг для детей, а также подготовил десятки передач по Всесоюзному радио. Александру Баркову есть о чем рассказать. Он родился в Москве, его детство и юность прошли в пермском селе на берегу Камы. Писатель участвовал в геологических экспедициях; в качестве журналиста объездил дальние края Сибири, побывал во многих городах нашей страны. Его книги на Всероссийском конкурсе и Всероссийской выставке детских книг были удостоены дипломов.
Лысый дядька с рыжими усами долго ловил юркую рыбешку марлевым сачком в аквариуме. А затем растолковывал Славке:
— Кардинал — благородная рыба. — Он с важностью разгладил усы и добавил: — Это тебе не карась. Держи, сынку!
Славка поблагодарил усатого дядьку и поскорее спрятал баночку с рыбами во внутренний карман куртки, чтобы не остудить воду. И тут кто-то толкнул его в бок. Славка повернулся и увидел своего одноклассника Димку Чиликина.
Димка в пушистой кроличьей шапке с оттопыренным козырьком, в теплой шубе. За пазухой у него шевелится что-то большое, круглое.
— Здорово, Дим…
— Космический Терентьеву!
— Я сегодня кардинала и моллинезию купил. Во… — Славка таинственно извлек из внутреннего кармана куртки баночку из-под горчицы. В ней застыли крохотные рыбы-мальки.
— И дорого стоят?
— Шестьдесят копеек за кардинала. Тридцать за моллинезию.
— За такую муть! — Дима презрительно ухмыльнулся. — Рыбы — животные глупые. А у меня вот что…
Он не спеша отстегнул две верхние пуговицы шубы и вытащил черного с белым ухом щенка.
— Смотри… Законный! Рубль пятьдесят отдал.
— Дворняга?
— Какая тебе дворняга! Сибирская лайка — таежный волк.
Слева в недоумении посмотрел на щенка, потом на Диму и спросил:
— А куда твой Спутник делся? Помнишь?
— Как же. Моя бабушка его собственноручно собаководам снесла. Говорит, там из него, может, настоящую собаку сделают, а дома одно безобразие. Культура у нее, сам понимаешь, девятнадцатый век.
Слава вздохнул, мечтательно взглянул на быструю, похожую на маленький уголек, моллинезию и ответил.
— А может, правда?
— Чего правда? — Дима насупился и дернул щенка за хвост. «Таежный волк» жалобно взвизгнул. — Чего правда? — Повторил Дима и погладил собаку. — Знаешь, как я с бабушкой тогда поругался?
— Ну?
— А потом подумал: может, где-нибудь на границе служить будет, шпиона поймает, а мне премию дадут. Бабушка сказала, что мою фамилию и номер школы записали…
— За что премию? Ведь не ты же шпиона поймал — удивился Слава.
— Да я из-за Спутника… — Дима сложил ладони лодочкой, словно приготовился нырять в воду, — подвиг совершил. Жизнью жертвовал.
— Жизнью?
— А ты думал? Я его в Сокольниках весной из пруда вытащил. По пояс в воду залез.
— Тебе еще тогда от мамы влетело.
— Ну и что? А теперь Спутник, может, государственную границу охраняет. Понял?
— Понять-то понял… — Слава переступил с ноги на ногу и тихо добавил: — Рыбы все равно лучше.
— Безусловно, молодой человек! — К ним подошел профессор в пенсне, положил Славе руку на плечо и, закинув голову, будто собирался читать лекцию, произнес:
— Рыбы в аквариуме — поэзия. Блок, Брюсов, Багрицкий… Да-да… уверяю вас как старый литератор.
— Позвольте, товарищ, — бывший военный в шинели, молчавший дотоле, подошел к профессору и возразил: — А чем, по-вашему, собаки плохи? Прежде я служил на границе вместе с Карацупой…
И между профессором и пограничником разгорелся жаркий спор. Один без конца поправлял пенсне и декламировал:
Он видит, как начинается рост,
Как возникает хвост,
Как первым движеньем плывет малек
На водяной цветок.
И эта крупинка любви дневной,
Этот скупой осколок
В потемки кровей, в допотопный строй
Вводит тебя, ихтиолог.
Другой же, рубя рукой воздух, отвечал твердо, отрывисто: «Туман, след, выстрел»…
Мальчики спорили тоже.
— А знаешь, — говорил Слава, — какие у меня петухи есть?
— Петухи? В аквариуме? Ха-ха…
— Да я серьезно. Рыбы так называются… голубые они и по вечерам светятся.
— Светятся не светятся — все равно глупые. А собака тебе и шпиона поймает, и стойку сделает, и кошелек найдет. О чем спорить? — И Чиликин надвинул Славе шапку на самые глаза.
— Прощай, пограничник! — надувшись, сказал Слава. — Смотри, шпиона не пропусти.
— А ты, рыбник, не задавайся, а то собаку спущу. Марс, куси-ка его за пятки!
— Ав… ав… — пронеслось по рынку.
Это пробовал свои силы «таежный волк».
Спору этому, возможно, и конца не было бы. Но тут профессор важно поправил пенсне, кашлянул и ободряюще кивнул Славе:
— Не грустите, коллега. Я тоже некоторым образом рыбник. Давайте-ка лучше с вами направимся к выходу и побеседуем.
Так возникла эта дружба. Слава пошел с профессором Дима с пограничником. Но не будем тому удивляться! Ведь на птичьем рынке люди очень похожи друг на друга и каждый по-своему беззаветно любит рыб, птиц, собак, кроликов… И любовь эта не проходит с годами.
НОЧНОЙ РАЗБОЙНИК
Смеркалось. Я возвращался со станции в лагерь и шел по берегу реки. Кама чуть слышно бормотала сквозь сон. Ночной ласточкой скользнула над водой летучая мышь и скрылась в зарослях ивняка. Вдруг в трех шагах от меня в сыром осиннике кто-то завозился, зашуршал, фыркнул. Я замер и постоял с минуту в нерешительности. Шуршание и фырканье повторились, словно кто-то простыл и легонько чихал. Я разбросал палую листву и заметил ежа. Весь в листьях, хвое и мхе зверек показался мне смешным и нарядным.
Закатал ежа в плащ и принес к себе в отряд. Ребята сразу обрадовались:
— Смотрите! Смотрите! Прямо живой гербарий!
Как на грех, ящика в тот вечер мы не нашли, и я решил взять ежа на ночь к себе на терраску. На следующий день мы с ребятами должны были ехать на пароходе.
Проснулся чуть свет, обшарил все углы — ежа нигде нет. Неужели утек Гербарий? Взглянул на часы — семь. Пора в лагерь, где я работаю вожатым. Вскинул рюкзак на плечо и скорей к своим пионерам.
По пути решил не говорить ребятам о беглеце. Зачем их расстраивать! Может, в походе другого ежа поймаем…
После завтрака мы с песней подошли к пристани. Белоснежный пароход «Сергей Есенин» тихонько покачивался у причала.
Кама текла ласково и покорно, с тихим урчанием перекатывая поблескивающую на берегу разноцветную гальку.
Пароход звучно гуднул, отвалил от пристани — позади остались луга, косогоры, деревеньки…
Ребята, переговариваясь, смотрели на лесистый берег, на высокого седого капитана в белом кителе, на расторопных матросов.
Я задумался: куда мог запропаститься ежик? На терраске все перерыл… Не мог же еж, в самом деле, в окно выпрыгнуть!
В это время Витя Михеев случайно облокотился на мой рюкзак:
— Ой! Что у вас, иголки там?
Я удивился:
— Какие иголки?
А Маша Сутеева говорит:
— Хорошо, что иголку взяли. Мальчишки обязательно в походе что-нибудь порвут…
— Да нет же, — недоумевал я. — Никаких иголок я не брал.
— А все же взгляните, — настаивал Витя. — Колется что-то.
Я развязал рюкзак. Смотрю, а там, внизу, между сахаром и печеньем, свернувшись клубком, спокойно дремлет Гербарий.
— Как же он сюда попал? — спросила Маша.
— Зайцем! — ответил я.
Ребята рассмеялись:
— Как так зайцем?
Пришлось им рассказать, что еж ночью залез в рюкзак, а утром я его никак не мог отыскать.
— Другие с собаками в поход ходят, — обрадовался Витя Михеев, — а мы с ежом…
— Вот здорово! — закричали ребята, и даже высокий седой капитан на мостике и тот улыбнулся.
Дети наперебой стали угощать ежа «сухим пайком». И на палубе образовалась целая груда печенья, сыра и колбасы.
— Такого обеда ему до конца навигации хватит! — шутили матросы.
Но Михеев невозмутимо парировал:
— Пусть поправляется!
Часа через два пароход причалил в Ягодном. Мы взяли ежа и по скрипучим, дощатым сходням сошли на берег. На лужайке еж заметил в траве лягушонка, Ощетинился, фыркнул и побежал прямо на него. Лягушонок перепугался и нырнул в лужу. А ежик ничуть не смутился. Он тоже плюхнулся в воду и важно поплыл, задрав кверху серую мордочку.
Еж забавлял ребят весь день.
К вечеру, когда мы вернулись в лагерь, я поручил зверька Маше Сутеевой, самой заботливой и примерной девочке в нашем отряде. Маша раздобыла для ежа большую коробку из-под торта, а на дно положили сухой травы и листьев. Еж свернулся клубком и лежал в коробке тихо.
Постепенно закончились последние разговоры, и палата погрузилась в ночную тишину.
Но вот от стука под кроватью проснулась Нора Пахомова. Прислушалась и разбудила Машу:
— Кто это ходит? Уж не козел ли бродячий?
Топ-топ, топ-топ… — стучало где-то совсем рядом.
— Неужели? — заволновалась Маша и, вместо того чтобы поскорее включить свет, начала дрожащими руками ощупывать одеяло.
Услышав шум, проснулась еще одна девочка:
— Чего не спите? — недовольно заворчала она, переворачиваясь на другой бок. — Будите всех!
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Мои друзья"
Книги похожие на "Мои друзья" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Александр Барков - Мои друзья"
Отзывы читателей о книге "Мои друзья", комментарии и мнения людей о произведении.