» » » » Сергей Мстиславский - Откровенные рассказы полковника Платова о знакомых и даже родственниках


Авторские права

Сергей Мстиславский - Откровенные рассказы полковника Платова о знакомых и даже родственниках

Здесь можно скачать бесплатно "Сергей Мстиславский - Откровенные рассказы полковника Платова о знакомых и даже родственниках" в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: Русская классическая проза. Так же Вы можете читать книгу онлайн без регистрации и SMS на сайте LibFox.Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.
Рейтинг:
Название:
Откровенные рассказы полковника Платова о знакомых и даже родственниках
Издательство:
неизвестно
Год:
неизвестен
ISBN:
нет данных
Скачать:

99Пожалуйста дождитесь своей очереди, идёт подготовка вашей ссылки для скачивания...

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.

Вы автор?
Жалоба
Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия.
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.

Как получить книгу?
Оплатили, но не знаете что делать дальше? Инструкция.

Описание книги "Откровенные рассказы полковника Платова о знакомых и даже родственниках"

Описание и краткое содержание "Откровенные рассказы полковника Платова о знакомых и даже родственниках" читать бесплатно онлайн.



Мстиславский(Масловский) Сергей Дмитриевич.

Книга поистине редкая — российская армия предреволюционной и революционной поры, то есть первых двух десятилетий уходящего века, представлена с юмором, подчас сатирически, но и с огромной болью о разрушенном и ушедшем. […] В рассказах С. Мстиславского о предвоенной жизни офицеров русской армии чувствуется атмосфера духовной деградации, которая окутывает любую армию в мирное время: ведь армию готовят для войны, и мир на нее, как правило, действует расслабляюще. Вполне понятно, что на фронте офицеры, будучи традиционно отгорожены от солдатской массы, продолжают пьянствовать, картежничать и даже мародерствовать (особенно высшее офицерство). […] Сравнивая давно прошедшие времена с днем сегодняшним, с удивлением обнаруживаем, как много похожего в обстоятельствах и тенденциях в жизни теперешней армии. Потеря престижа, ясной цели развития, необеспеченность и заброшенность армии могут привести к катастрофе. Каждый военный, да и просто гражданин, должен сделать для себя выводы и искать пути преодоления надвигающегося краха.






— А полковника возьмите на свое попечение. Чтобы, понимаете, полное…

Клеопатра Амосовна опустила стыдливо зрачки в жировые подглазные мешочки:

— Ай, как вам не стыдно… бесстыдник! Вам же известно: я давно уже не практикую.

— Попрактикуете, мамаша, — строго сказал адъютант. — Командир гусарского полка — это тоже, знаете, на дороге не валяется: это же честь! Ему надо по рангу. И как вы здесь тоже, так сказать, на командном положении…

Он загоготал гусем, довольный умным сравнением, и хлопнул Клеопатру по огрузлому, обвисшему плечу, осыпав обильную пудру.

Разговор надо было кончать, потому что, как медленно ни подымалось по лестнице шествие, оно все-таки дотянулось до второго, верхнего, этажа и полковник Собакин, зыбя усы с подусниками, "как блаженныя памяти император Александр Вторый", уже пялился твердым, особой пьяной твердостью, взглядом в раскрытый корсаж Клеопатры Амосовны — бандерши.

* * *

Вторым приказом адъютанта было: "Очистить «Китай» от посторонних, то есть шпаков, штатского сословия".

Но штатские и сами, едва заслышали доходивший с лестницы офицерский гул, звяканье шпор и бряцанье шашек по-гусарски — уже отпущенных волоком по ступеням, благоразумно покинули зал, укрываясь в дальние спальни или окружным ходом выбираясь в прихожую. Штатские посетители знали по опыту: в любви офицер не терпит гражданских соперников. Девицы, таким образом, полностью и безраздельно предоставлены были в распоряжение офицерского корпуса.

* * *

Энгельсов-Николаевский не принял участия в разыгравшемся вслед за тем вполне непринужденном веселье. Он во хмелю всегда становился сосредоточен и хмур. А сегодня: "Поймали, нет?"

От накрашенных лиц, подведенных глаз, от челок, завитых до нахальства, до желания дать в морду, еще злей вспоминалось строгое и красивое — вражье! — лицо. Вражье! Энгельсов ударил об пол подвернувшийся под руку золоченый тонкоспинный стул. Обломки брызнули в стороны, едва не подбив адъютанта, пронесшегося мимо в козлином галопе.

Адский галопад страстей! Приглашайте дам! Справа по одному марш-марш!

Ближайшие девицы взвизгнули. Адъютант крикнул уже из далекого отдаления хрипло и поощрительно:

— По-гусарски, ротмистр!

* * *

Энгельсов вышел в коридор, стиснув зубы до боли: "Подвернись мне сейчас в подходящем месте, черт бы меня взял, — изнасиловал бы!"

Мысль была — даже для штаб-ротмистра и гусара — страшная. Может быть, поэтому от нее и было не оторваться. В висках стучало размеренно и тяжело. Хмель сходил с каждым ударом, но чем трезвее, тем было непереносимее.

Он схватил за руку поправлявшую подвязку девицу:

— Которая у вас здесь Ирина? Давай ее сюда.

Девица подняла рисованные черные брови:

— Ирина? Нет у нас такой… Пусти. Чего жмешь, синяк же будет!

Девица заплакала. Энгельсов отпустил руку:

— Нет? Жаль! Попомнила б… Живого бы места не оставил…

Он свел в воздухе мертвой хваткой ладони, скалясь бурыми от беспрерывного сегодня курения и винного перегара зубами. Девица вскрикнула тонким и сиплым голосом и побежала опрометью по коридору. Штаб-ротмистр посмотрел равнодушно ей вслед и свернул хорошо знакомой — как все в этом доме — дорогой вправо по коридору, в уборную.

* * *

После зального гама, топота ног и кокетливых хохотков девиц здесь, в уборной, было уютно, прохладно и чисто. Вымытый кафельный пол. Фарфоровые раковины. Переливаясь в трубах, тихо и ласково журчала вода.

Тишина. Одиночество. Как в лесу весной. Штаб-ротмистр усмехнулся далекому какому-то воспоминанию. Он прислонился к стене и закурил.

Но побыть одному не удалось: почти тотчас за ротмистром вслед вошел, пошатываясь, штатский. У него был довольно растрепанный вид, галстук съехал набок, из рукавов вицмундира выбились и нависли на кисти опущенных рук отстегнувшиеся и смятые манжеты.

Энгельсов нахмурился было при виде шпака, но тотчас вспомнил, что это — Лиманский, чиновник, поздравлявший полк от имени губернатора. Увязался-таки за офицерами: до чего они прилипчивые к военному мундиру, шпаки.

Лиманский не без труда вправил манжеты в рукава и спросил:

— Вы что ж… у-ед-ди-нилсь?

Слово было трудное. И сказалось трудно. Но все-таки сказалось. Он вовсе не был так безнадежно пьян, как показался Энгельсову с первого взгляда.

— А там… М-мундир хоронят…

Энгельсов не ответил. Ему не хотелось разговаривать.

Дверь открылась опять. Вошел штабной, капитан. Тоже из поздравлявших. Генеральный штаб — высокая корпорация. Выше даже гвардии. Генеральный штаб держит всегда высокую марку: капитан был совершенно трезв.

Лиманский открыл в умывальнике кран и подставил под струю плешивую голову. Вода текла по щекам, затекала за воротник. Офицеры смотрели и курили.

Лиманский выпрямился и отряхнулся, как собака, вылезшая из болота. Он сказал, припоминая, значительно членораздельней, чем раньше:

— А как с тем… Кого счас… по морде?

Энгельсов насторожился. Капитан кивнул подтвердительно и засмеялся:

— Марго там Брикса в самом деле по щеке хлестнула…

— Вот… — Лиманский затряс головой. — Оскорбление мундира,. Что будет?

— Ерунда! — Энгельсов брезгливо повел плечами. — О чем вы? Эка штука проститутка в заведении, по пьяному делу… При чем тут оскорбление? Что ему с ней — на дуэли, что ли, драться… Высечь — и все тут.

— В-высекли, — подтвердил чиновник и опять пошел к крану. — А все-таки… н-не понимаю, почему… ничего?.. И как хоронят, тоже не понимаю…

Он опять пустил воду, но головы не нагнул, а затопал прямо на штаб-ротмистра:

— За эт-тот мундир… офицер… сап-пожника убил.

— Честь мундира, — холодно сказал Энгельсов.

Капитан кивнул опять.

— А с-сейчас — эт-тот мундир… на швабре… — воскликнул Лиманский и взял штаб-ротмистра за пуговицу. — Не понимаю…

— И никогда не поймете. — Энгельсов резко отвел чиновника рукой: не будь Лиманский "для особых поручений" при губернаторе и уже в чинах, он бы вообще не стал с ним разговаривать. — Вы не можете этого понимать: вы штатский.

Чиновник для особых поручений обиделся. От обиды речь его внезапно стала твердой. А может быть, и вода помогла.

— Я-с — коллежский советник. По военной Табели о рангах это соответствует чину полковника. Да-с. И я имею высшее образование.

— Не имеет значения, — рассмеялся капитан. — В "Русском инвалиде" прекрасно это было разъяснено. Я точных слов не помню, конечно, но за смысл ручаюсь: самый захудалый подпоручик, даже со слабым развитием, — он стукнул себя для большего пояснения в лоб, — всегда будет компетентнее в вопросе об офицерской чести, чем самый старый штатский человек, поскольку тот никакого, даже отвлеченного понятия о ней иметь не может.

Чиновник продолжал, однако, петушиться:

— Поч-чему?

— А потому… — сказал Энгельсов и сплюнул в раковину. — Честь это…

Он остановился. Лиманский опять придвинулся вплотную и опять целился взять за пуговицу:

— Н-ну?

— Честь… — снова начал Энгельсов и снова остановился. — Да это же само собою понятно: глупо даже и объяснять.

— Н-не можете! — торжествующе выкрикнул коллежский советник. — Надо мной… смеетесь, а сами — не можете.

— Могу, — неуверенно сказал штаб-ротмистр и оглянулся на капитана за помощью.

Конечно, Лиманский был пьян. Но все-таки он — хоть и штатский, но дворянин и "для особых". И уступать не хотелось.

Капитан понял энгельсовский взгляд и вступил тотчас же:

— Честь воинская, то есть офицерская (потому что солдат это не касается), честь мундира, — сказал он, снисходительно глядя на Лиманского, — понятие… — Он затянулся папиросой дольше, чем следовало. — Я говорю: честь воинская — понятие трудно поддающееся формулировке. Необходимость ее всеми сознается, но ее существо остается неуловимым. Вникая в это понятие, нельзя не заметить, что честь представляет собою явление крайне сложное, чем и объясняется ее, так сказать, неуловимость. Вы поняли?

— П-понял, — шепотом сказал Лиманский и сложил руки, как на молитве. Он был явственно подавлен. — Пр-рошу дальше.

— Понятие чести не есть понятие правовое. Оно коренится исключительно в нравственном сознании. И, не имея формального основания, представляется столь же исключительным, как и принципы нравственности. Но оно не есть и нравственный принцип, по крайней мере, в существенной части своей оно не совпадает с этикой… Таково научное и четкое определение чести, данное знаменитым нашим военным юристом и профессором генерал-лейтенантом Кузьминым-Караваевым.

— Верно! — воскликнул Энгельсов. Он старался запомнить слова капитана — на случай, но они расплывались, не доходя до сознания, точно их и не было вовсе. — Нет ничего выше чести! В этом все дело! Думай о чести — и всегда будешь чист!


На Facebook В Твиттере В Instagram В Одноклассниках Мы Вконтакте
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!

Похожие книги на "Откровенные рассказы полковника Платова о знакомых и даже родственниках"

Книги похожие на "Откровенные рассказы полковника Платова о знакомых и даже родственниках" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.


Понравилась книга? Оставьте Ваш комментарий, поделитесь впечатлениями или расскажите друзьям

Все книги автора Сергей Мстиславский

Сергей Мстиславский - все книги автора в одном месте на сайте онлайн библиотеки LibFox.

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Отзывы о "Сергей Мстиславский - Откровенные рассказы полковника Платова о знакомых и даже родственниках"

Отзывы читателей о книге "Откровенные рассказы полковника Платова о знакомых и даже родственниках", комментарии и мнения людей о произведении.

А что Вы думаете о книге? Оставьте Ваш отзыв.