Андрей Неклюдов - Раб Семеныч

Все авторские права соблюдены. Напишите нам, если Вы не согласны.
Описание книги "Раб Семеныч"
Описание и краткое содержание "Раб Семеныч" читать бесплатно онлайн.
один из рассказов Андрея Неклюдова
Автор не призывает нас никому сочувствовать, или безумно радоваться чьему-то сказочному марьяжу и прочим вери-хепи-эндам. Но при всём при этом в рассказе есть некоторая глубина, в том смысле, что отцовство, в принципе, доказывается не одними только генетическими тестами.
– Давай червонец на такси, – ставит условие изгнанник и получает требуемое, хотя всем ясно, что он скорее удавится, нежели поедет на такси.
Иной раз, одаренный червонцем с утра, Семеныч не выдерживает: тотчас же напивается и забывает, что должен куда-то ехать.
Вечером, похохатывая, побрякивая бутылками в пакетах, Шура с Алексеем вводят очередных гостий и застывают обескуражено у дверей комнаты. Там, картинно раскинувшись на диван-кровати, издавая ритмичное блаженное урчание, почивает Семеныч.
– Нумер занят, – хмыкает Алексей.
– А ну-ка… вскочил сейчас же! – тоненьким от переполняющего его гнева голоском восклицает хозяин квартиры. – Тебе утром что сказали? Ты где сейчас должен быть?
Семеныч, опухший, разящий спиртовыми парами, с трудом приподнимается; притворяясь, будто ничего не понимает, тупо бродит, покачиваясь, из комнаты в коридор и обратно, разыскивая что-то из одежды.
– Живее! – рычит Шурик.
– Не ори на меня! – неожиданно возвышает Семеныч голос. – А то я могу и в лоб дать.
В кухне аплодируют девчонки. Алексей приходит в восторг:
– Семеныч! Дай, пожму твою мужественную руку. Ай, молодец! Никого сегодня не боишься! Нахимовец!
Семеныч с пьяной улыбочкой победно машет ему из прихожей, но в тот же миг исчезает с поля зрения, получив от Шуры толчок:
– Шевелись! Долго нам ждать?!
Девочек друзья всякий раз приводят новых, и все они, принимая душ, вытираются большим махровым полотенцем Семеныча, а по утрам таскают его затертый полосатый халат. Семеныч, если и догадывается, относится к этому вполне терпимо.
У него самого бывают гости. Примерно раз в месяц его навещает бывшая – вторая по счету – жена, коротышка с круглым рябым лицом, прозванная Алексеем Заготовкой Для Матрешки. Устроившись за кухонным столом, они мирно беседуют и выпивают что-то, принесенное гостьей в старомодной, с металлической застежкой сумочке. Семеныч при этом непременно жалуется на жизнь, на то, что он у родного сына в рабстве. Однако скоро охмелев, хорохорится, клянется, что если кто обидит его Сашку, тому не сдобровать, Семеныч того хоть со дна моря достанет.
– Мы, нахимовцы-питоны, себя еще покажем! – выпячивает он плоскую грудь.
Временами Семенычу снятся сны, яркие и четкие в похмельные ночи. В них он катится на лыжах по белому склону горы, взлетает и летит над землей, руки по швам. А снизу, задрав головы, взирают на него с восхищением сын и все три бывшие жены. Или же снится, якобы его отправили воевать в Чечню (события в которой часто демонстрируются по телевизору), где он струей из огнетушителя валит с ног толпы врагов.
В последнее время Семенычу приходится быть начеку: появление Шуры перестало сопровождаться характерными звуками. Дела его пошли неважно, и микроавтобус пришлось продать. В последний раз Алексей спешно вывез на нем куда-то остатки товара. Шурик теперь особенно раздражен и набрасывается на Семеныча из-за малейшего пустяка. Но Семеныч знает: надо перетерпеть несколько неприятных минут, помалкивать, поджав хвост.
Но вот бухнула тяжелая входная дверь, щелкнул несколько раз запор, стихли быстрые сердитые шаги. И с лица Семеныча сходит деревянное насупленно-покорное выражение. Минуту-другую он вслушивается. Затем кидается к мусорному ведру под раковиной, извлекает драгоценную емкость; распахивает дверцу холодильника и пальцами выуживает из банки с красочной этикеткой маринованный огурчик… Щедро, сразу с полстакана, наливает водку и, сглатывая бурно выделяющуюся слюну, спешит в комнату, к телевизору, чтобы выпить в комфорте, как порядочный человек. Там, весь подергиваясь от нетерпения, так что жидкость в стакане едва не выплескивается, он усаживается на диван, закидывает ноги. Поднеся стакан к лицу, сперва втягивает раструбами ноздрей знобкий спиртовой дух. После этого, зычно выдохнув, вливает содержимое прямо в горло, энергично двинув кадыком, и разжевывая крепкий, истекающий во рту кисло-соленым соком огурец, отваливается на подушки, запрокидывает голову, прикрывает набрякшие красноватые веки.
Какое-то время он не воспринимает ничего, кроме благостного жара, что властно растекается от гортани и желудка по кровяным руслам, горячей волной окатывает сердце, вспенивает мозги и словно бы ворошит на затылке свалявшиеся волосы. Унимается дрожь, обмякают мышцы. Семеныч глубоко, по-детски вздыхает. Он снова начинает слышать звуки, видит суетливые движения на экране телевизора. Но они уже не вызывают дурноту и скуку. Теперь все движется и поет для него. Семеныч нащупывает рукой пульт, чтобы еще в большей степени ощутить себя хозяином положения, убедиться, что и он имеет какую-то власть. Однако рука безвольно замирает.
Охмелев, расслабившись, он уплывает мыслями в прошлое, вспоминает Нахимовское училище, строй мальчишек, черную ладную форму, соседа по койке, постоянно подкладывающего ему в тетради и в карманы непристойные рисуночки. Вспоминает лыжные соревнования в Кавголово, горящее от морозного ветра лицо, режущую сухость во рту и веселую уверенность, что тебе все нипочем. Накренившись над краем дивана, он нашаривает и извлекает из тумбочки затертую зеленоватую книжицу, раскрывает ее и в который раз перечитывает: «Участие в соревнованиях: чемпионат области по слалому… выполнение норм кандидата в мастера спорта…». Вдохновленный былыми достижениями, Семеныч отправляется в кухню и, возвратясь с бутылкой, выпивает сперва за лыжный спорт, а потом за нахимовцев. После этого ход его мыслей меняет курс. Он принимается думать о том, что Саша купил эту квартиру для него, для родного отца, для него приобрел мебель, о нем неустанно заботится, кормит и одевает, как сына. Будто и впрямь Сашка – отец, а он, Семеныч – сын, хотя и непутевый, шалопаистый, но все равно любимый. В такие минуты он твердо верит, что Сашка не позволяет ему пить, заботясь о его здоровье. Забыты слова сына: «Ты, пьяный, дверь не запрешь, а у меня тут товар…». Его переполняет гордость за Сашку, который, не в пример отцу, практически не пьет, голову не теряет, и что характерно: обеспечивает себя, маму, Семеныча, бабушку да еще любовницу, которая деньги, пиявка, так и сосет.
Проколы?… Так у кого их не бывает? Все наладится, появится новая машина, появятся деньги, опустевшая соседняя комната вновь наполнится товаром…
Мысль Семеныча совершает очередной вираж. А сам он, родитель, что он сделал для Саньки? Ведь, по уму, это он должен был «устроить» сыну квартиру, подарить машину и всячески поддерживать. Что он вообще сделал в жизни ценного? Семеныч с укором глядит на свои худые ноги, облаченные в трико, на широкие ступни в носках, на свои короткопалые руки. Ему хочется прямо сейчас, без промедления сделать для сына что-нибудь такое, о чем тот вспоминал бы долго, даже после кончины Семеныча. Он наливает еще с четверть стакана, выпивает и, убрав звук телевизора, уже основательно принимается размышлять на эту тему.
…Негромкий, но настойчивый скрежет нарушает эти важные раздумья. Какая-то возня происходит за входной дверью: как будто кто-то в темноте пытается вставить ключ. Лицо Семеныча деревенеет. Одновременно со звуком отпираемого замка он вскакивает на ноги и застывает на месте, соображая, куда бы спрятать бутылку. Вмиг забыты фантазии, он опять – раб и иждивенец у своего сына.
Сунув, наконец, посудину на подоконник, за штору, он обостренным слухом улавливает Санькин голос. Однако что-то не так: голос не командно-сварливый, а тихий, можно сказать, добрый (даже с девочками он так не разговаривает). Уж не белая ли это горячка? Семеныч проводит шершавой ладонью по лицу.
– Я же объясняю: нет у меня ничего, – слышит Семеныч вкрадчивое Санькино бормотание, – на нулях я… Даже товара не осталось.
– Такого не бывает, – возражает кто-то незнакомый. – Подумаешь, поищешь – и найдешь… если только головой случайно не стукнешься.
В коридоре показываются плечистые фигуры в кожаных куртках и между ними – маленький, жалкий и рабски покорный Санька.
– А это еще кто? – кивает один из верзил на окаменевшего у дивана Семеныча.
– Пращур его, – поясняет другой. – А ну, спрячься, – приказывает он негромко, но так, что Семеныча словно сквозняком протягивает по спине.
Но больше всего Семеныча смущает то, что Санька, всегда такой бойкий, теперь молчалив и беспомощен.
– Запри его в ванной, – говорит напарнику тот, что держит Шуру.
Двое из гостей направляются к Семенычу. Тот отчетливо видит небритую, в черной щетине, физиономию первого, его хмурые складки на лбу, маленькие медвежьи глазки. Бочком Семеныч отступает к окну и вдруг, тряхнув шторой, хватает с подоконника бутылку…
Наступающие разом останавливаются и слегка осаживаются в коленях. Первый успевает еще и пригнуться, так что бутылка, разбрызгивая остатки водки, ударяется о голову второго. Звук такой, как если бы стукнули поленом по сырому стволу осины. Бутылка отскакивает, точно резиновая, и попадает в экран обеззвученного телевизора. Взрыв! Находящихся в комнате осыпает мелкими стеклышками, искрами, обдает дымом. Секунду-другую длится общее оцепенение. Телевизор продолжает трещать и выплевывать искры.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Раб Семеныч"
Книги похожие на "Раб Семеныч" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Андрей Неклюдов - Раб Семеныч"
Отзывы читателей о книге "Раб Семеныч", комментарии и мнения людей о произведении.