Анатолий КУРЧАТКИН - ЦУНАМИ

Все авторские права соблюдены. Напишите нам, если Вы не согласны.
Описание книги "ЦУНАМИ"
Описание и краткое содержание "ЦУНАМИ" читать бесплатно онлайн.
Он не заметил, как перешел на сближающее «ты».
— Кто ж еще, — ответил его спутник, нетерпеливо перетаптываясь перед ним. — А ты что, не потому разве ушел?
Он тоже тотчас, и даже спедалировав это голосом, перешел на «ты».
— А ты потому? — спросил Рад.
— А что же мне, ждать, когда в дверь позвонят, а потом у них под мышкой проскакивать? Они под мышкой проскочить не дадут. Доказывай после, что не верблюд.
— А откуда ты знаешь, что из ГБ придут? — спросил Рад, трогаясь с места.
— Да от тамошних ребят и знаю, — обыденно произнес собеседник Рада. Словно водиться с ребятами из госбезопасности было то же самое, что ежедневно чистить зубы. Раз утром, раз вечером. По утрам и вечерам.
— И что, знал, что придут, а все равно потопал? — Рад услышал в своем голосе нечто вроде невольного восхищения.
— Да, а чего же, — отозвался его спутник с быстрым довольным смешком. — Ребята мне так и сказали: хочешь послушать — сходи послушай. Только слиняй вовремя.
— Так и сказали?
— Так и сказали. А что, они же не звери. Им себе лишних хлопот тоже не нужно. Или полсотни вязать — та еще морока, — или человек двадцать. Разница же. Кто утек — пусть утекает, а кто не спрятался — я не виноват.
Разговор становился с каждым шагом интересней и интересней. Рад отправился на эту квартиру, честно можно сказать, из чистого любопытства и не имея понятия, что встреча под колпаком у госбезопасности, а человек — все зная, рискуя, знал — и пошел.
— А зачем ты хотел послушать? — спросил он своего спутника.
— Почему нет, — ответил тот — все с тем же быстрым довольным смешком. — Кто знает, как все развернется. Вдруг они и в самом деле к власти прорвутся? С будущей властью хорошо заводить дружбу, когда она еще не власть, а так, сырая глина. Потом затвердеет — лоб расшибешь, а внутрь уже не прорвешься.
Ударом беспощадного ахейского меча порыв ветра снес с Рада шапку, он поймал ее на излете и водрузил обратно на голову. Темя оплеснуло волной холода, но Раду и без того его морозно жгло — как тогда, в самом начале дискуссии в оставленной ими квартире. Никогда в жизни он не думал о тех вещах, о которых говорил его собеседник. Даже близко не подходил к таким мыслям.
— Тебя что, послал кто-то? — спросил он.
— Зачем послал? — В голосе его спутника прозвучало нечто вроде досады, что о нем могли так подумать. — Я сам. Твоя судьба — в твоих руках. Хотя, конечно, узнал бы папаша, куда я поперся, он бы меня танком остановил. Они же уверены, их партия — монолит, тысячу лет у руля простоит.
— Кто «они»?
— Папаши наши. Их поколение.
Мгновение Рад не знал, как среагировать. Его отец не был партийным. Потом он спросил:
— А кто у тебя отец?
Теперь замялся с ответом его спутник.
— Папаша-то? — Ему откровенно не хотелось отвечать на этот вопрос. — Да вообще папаша ничего мужик. Вполне ничего. — И перевел стрелку: — А ты, значит, просто так ушел? Завял, что ли?
— Завял. — Рад не стал настаивать на его ответе. — Уж пардон! Надо бы только вернуться, предупредить, чтоб расходились. — Он снова остановился.
— Ну?! — с интонацией сообщника воскликнул его спутник. — Придешь — а там как раз и приехали. Пофартило унести ноги — уноси. — Он взял Рада под руку и повлек по дороге дальше. — Ты за них не волнуйся, не те времена, чтоб на Соловки ссылать. А получиться у них — хрен у них что получится! Не сварят каши — голову даю на отсечение.
Они шли так, разговаривая, минут пятнадцать, когда наконец на дороге объявила о себе звуком мотора машина. Она ехала в сторону центра, мчала, выжимая километров сто двадцать, но их размахивания руками, их прыжки на середину дороги заставили водителя затормозить и остановиться.
Везти водитель согласился только до Столешникова.
— Сиреневый бульвар? — как выругался он, когда Рад назвал свой адрес. — За стольник не повезу!
Позднее Раду придет в голову мысль, что самая большая купюра той поры, постоянное присутствие которой в кармане символизировало, можно сказать, жизненный успех, с самого начала знакомства с Дроном Цеховцем сопровождала их отношения неким осеняющим знаком.
— Нет, стольника, конечно, дать не могу, нет у меня столько, но от Столешникова до Сиреневого — плюс два червонца, очень приличные деньги, — склонившись к приоткрытому оконцу, попытался Рад уломать водителя.
— И за два стольника не повезу! — отказал водитель.
— Ладно, шеф, дуй до Столешникова, — сказал спутник Рада, подталкивая Рада к задней дверце, сам открывая переднюю. — Не хочешь быть богатым, будь честным.
— Чего это мне — не богатым, а честным? — Водитель обиделся.
— Да это приговорка такая, — плюхаясь на сиденье, со смешком успокоил его спутник Рада. — Ко мне поедем, перекантуешься у меня до метро, — повернулся он к Раду назад.
Квартира, в которую они вошли четверть часа спустя, казалось, не имела пределов. Потолки, казалось, возносились над головой на высоту, недоступную сознанию и глазу, — хрустальная люстра в комнате, где сидели, коротая время до открытия метро, светила своим электрическим светом чуть ли не с самого неба. Пили маленькими глотками обжигающий нёбо «Beefeater» из литровой квадратной бутылки, крепчайший, головокружительно ароматный бразильский кофе со вкусом миндаля, курили кубинские сигары, обрезая концы специальным хромированно блестящим ножичком, — все невиданное тогда, невероятное, словно чудесным образом перенесся в некий иной мир, живущий совсем по другим законам.
С этой ночи случайный консерваторский сотрапезник Рада обрел для него имя.
Дрон Цеховец учился в Институте военных переводчиков. Был уже на последнем курсе, имел право жить дома, ходить в гражданском.
— Не дурно было бы, да, если бы из ГБ пришли — и меня захомутали? — посмеиваясь, говорил он между неглубокими сигарными затяжками. — Полетел бы из института быстрой ласточкой. И в армию, срочную тянуть. Я же при погонах. А офицерские еще не заработал.
— Изрядно, однако, ты рисковал! — искренне восхитился Рад.
— Делай все что угодно, главное, не попадайся, — вынимая сигару изо рта и выпуская дым углом губ, изрек Дрон.
После окончания института он и сам собирался идти в госбезопасность, в управление, занимавшееся внешней разведкой, и ездить по заграницам туристом.
Рад усомнился, что работа в таком управлении будет заключаться в туристических путешествиях.
— Конечно, нет, — серьезно сказал Дрон. — Приехал — отчет надо нарисовать. А ездишь — побольше информации собрать.
— Да сколько там можно туристом собрать информации, — Раду никак не верилось, что Дрон не понтярит.
— Не знал бы, не говорил, — с некоторой обидой в голосе отозвался Дрон. — У меня у товарища отец — всю Европу на машине объездил. Индивидуальный автомобильный туризм. Шмотья, техники всякой натащил — пропасть.
— А почему ты уверен, что будешь именно туристом ездить? — спросил Рад. — Человек предполагает, а бог располагает.
— С богом уже договорились. — Дрон сидел в кресле, забросив ногу на ногу — щиколоткой на колено, — вся его поза выражала сибаритское наслаждение проживаемым сейчас моментом жизни.
Рад вспомнил, что на улице, когда спросил об отце, Дрон уклонился от ответа.
— А кто у тебя отец? — снова поинтересовался он. Теперь Дрон ответил. Они сидели у него дома, пили джин и кофе, курили сигары, их отношения совершили скачок, перейдя в новое качество, и теперь можно было ответить, — так, вспоминая ту ночь, заключил Рад позднее.
Отец Дрона был заместителем министра одного из республиканских министерств. Не Эверест, но пик Коммунизма, семь тысяч четыреста девяносто пять метров над уровнем моря — такая высота. Глядеть снизу — отвалится голова.
— А ты что? Работаешь где-то? Учишься? — спросил Дрон.
Мехмат МГУ — ни разу еще не бывало, чтобы, называя свой факультет, Раду пришлось испытывать чувство неловкости и смущения.
— А, в НИИ куда-нибудь пойдешь париться, — небрежно откомментировал его признание Дрон.
— Почему непременно в НИИ? — уязвленно произнес Рад. — В аспирантуру, может быть. Очень даже может быть.
— А потом, значит, студентам «а квадрат плюс б квадрат» объяснять, — продолжил свой комментарий Дрон. — И что, интересно?
— Ну, не «а квадрат плюс б квадрат», кое-что посложнее, — попробовал защититься Рад.
— Это понятно, что посложнее, это понятно. — Дрон запил сигарную затяжку глотком джина, глотком кофе из фиолетовой узкой, похожей на перевернутый конус чашки. — Но все равно тоска, согласись. Не тоска, нет?
— Нет, не тоска, — мгновенно ответил Рад, ощутив себя фехтовальщиком, отбивающим грозный выпад противника.
— Ну да, каждому свое, — отступил Дрон — как опуская шпагу. И вскричал, наставив на Рада указательный палец: — Было написано над воротами Освенцима! Каждому свое — Jedem das Seine!
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "ЦУНАМИ"
Книги похожие на "ЦУНАМИ" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Анатолий КУРЧАТКИН - ЦУНАМИ"
Отзывы читателей о книге "ЦУНАМИ", комментарии и мнения людей о произведении.