Андрей Дашков - Презумпция виновности

Все авторские права соблюдены. Напишите нам, если Вы не согласны.
Описание книги "Презумпция виновности"
Описание и краткое содержание "Презумпция виновности" читать бесплатно онлайн.
– Перед Господом, дурак!
– В чем же это я провинился перед Господом?!
– Да хотя бы в том, что ты родился, болван! Держу пари: Он ничего такого не предполагал. Что-то там у Него вышло из-под контроля. Имеет место незапланированная случка духа и материи. В результате появляются на свет подобные ублюдки. Побочные продукты эволюции.
– И ты тоже. – Я позволил себе небольшое уточнение.
– И я тоже, – согласился Мозгляк, демонстрируя широту взглядов и отсутствие мелкого тщеславия. Что касается крупного – еще неизвестно!
– А Судейские? – спросил я. – Как у них насчет вины?
Мозгляк одарил меня заинтересованным взглядом.
– Хороший вопрос, черт подери! – воскликнул он потом. – Пожалуй, произведу тебя в полковники! Хотя нет – для полковника ты задаешь слишком много вопросов… Итак, вина Судейских. О, это тема для целой дискуссии! Меня самого давно интересует: где отбывают наказание Судьи?
От такого кощунства у меня на миг потемнело в глазах. А потом ничего, посветлело опять. Все стало как и прежде. Небо не обрушилось, СВЧ-молнии не испепелили Мозгляка и не поджарили его чудесные мозги. Оказывается, кощунствовать можно – и даже приятно. Чувствуешь себя человеком!
– Откуда я знаю? Может, где-нибудь по ту сторону хребта! – Я ткнул пальцем в синеющий на горизонте изломанный силуэт горной гряды.
– Нет, братец, – еще ласковее сказал Мозгляк. – Потому что в этом случае каждый мог бы встретиться с ними. Если сильно постараться, конечно, – а тут уж многие «обиженные» постарались бы как пить дать! И потерял бы ты всякое уважение к Высокому Суду. Какой же он, на хер, Судья или, скажем, Судебный Исполнитель, если он с тобой срок в одной Зоне мотал?! В общем, полагаю, что у них другая Зона. Почище и покрасивее. Но зато и намного опаснее! Совсем другая…
– Где же она, эта «другая» Зона, находится?
На лице у Мозгляка появилось чуть ли не мечтательное выражение, словно он воспарил в такие эмпиреи, куда не столь утонченным личностям путь заказан. Потом снизошел и сказал:
– А я, по-твоему, откуда знаю, дурак? Знал бы – так меня бы здесь уже не было!.. Может, на другой планете. Или в другом измерении. А может, они вообще призраки…
Я покосился на него с подозрением. Шутит или нет? Черт его разберет! Наверное, разыгрывает…
– Какие еще призраки? – спросил я осторожно.
– Разные. Например, тот, который внутри тебя живет. Совестью прикидывается. Или с этим ты уже разделался?.. Ты, случаем, раздвоением личности не страдаешь?
– Вроде нет.
– Жаль. Если б страдал, тогда бы в тебе точно призрак сидел – ну тот, другой, понимаешь? Впрочем, на самом деле их много…
– Не понимаю, – буркнул я. – И понимать такого дерьма не желаю. Ты не забыл, что я из…
– Да знаю! – небрежно махнул рукой Мозгляк. – Цельная личность. Дитя эпохи Возрождения. Тебе бы только мечом махать, сонеты сочинять, с драконами сражаться да девок раком ставить. Счастливый примитив. Избранник судьбы. Материя затрахала дух – и под каблук его, гада, к ногтю! Удачный мезальянс, бесконфликтный.
На «примитива» я не обиделся. На «мезальянс» тоже. В конце концов, Мозгляк прав. Люблю я, чтоб все было просто. Белое – это белое, но если черное, то уж, пожалуйста, беспросветно!
– А какие они еще бывают? – спрашиваю.
– Ты о чем?
– О призраках.
– А-а… Зацепило все-таки, да? Ну, скажем, призрак любимой мамочки, тень ненавистного папочки… Ты случайно в детстве мамашку к папашке не ревновал? Это я так, к слову. Не обращай внимания… А не бывало, чтоб папочка являлся к тебе с назиданиями? Во сне или еще как-нибудь? Знаешь, всякая муть типа «сынок, никогда не спорь с женщинами!»…
– Не помню, – честно признался я. И вообще – Мозгляк в роли личного врача начал мне надоедать. Диагноз мне до него поставили – в той самой «другой» Зоне. Поставили и печать шлепнули – несмываемую и неподдельную. Так что Мозгляк тянул в лучшем случае на ночную сиделку – чтобы утешительные сказки неизлечимо больным паралитикам втюхивать. Или, лучше сказать, на санитара – экскременты из-под нас, примитивов, выгребать и судно выносить. Вот так все переворачивается в жизни: вроде ты наверху и всеми командуешь – и вдруг оказывается, что сам по уши в дерьме. Причем как в чужом, так и в собственном…
– Вернемся к нашим баранам, – напомнил Мозгляк (вот скажет человек такое – и сразу ясно, кого он имеет в виду. Нет, хорошо все-таки, что я не обидчивый! Кроме того, по принятой у нас классификации я не «баран» – меня еще СВЧ-излучателем не «опустили»). – Кто Судейских сажает? И за какие преступления?
Ну и вопросики! Захотелось послать босса подальше, пока я тут не наговорил на еще один пожизненный срок…
Но в этот самый момент крупнокалиберная пуля разнесла стоявшую на столике бутыль с самогоном.
– Компы!!! – заорало Гыдло с передней платформы, которую Мозгляк называл «минным тралом» и регулярно выставлял на ней пулеметный пост – Гыдла не жалко!
И я, ни секунды не раздумывая, закрыл Мозгляка своим телом.
* * *Считается, что перед смертью надо расставить все по местам, но времени на это, конечно, никогда и никому не хватает.
Мне проще: из своей прошлой жизни я обычно вспоминаю только самый ее конец. Многое уже подернуто мраком и непроницаемо, как черная вода в омуте. Сунешь руку – и, может быть, наткнешься на что-нибудь стоящее. Вытащишь на свет, но много ли от этого радости? Однако всегда есть вероятность остаться и вовсе без руки – ее отхватит тварь, живущая в глубине…
В общем, я предпочитаю не рисковать; память – штука опасная.
Так вот, за пару дней до той смерти я увидел вызов в Суд, прибитый к воротам моего замка. Не какая-нибудь дешевая голограмма или, на худой конец, пластиковая карта, нет – кусок пергамента с надписью, сделанной чернилами от руки, и лиловой печатью. И был он проткнут самым настоящим железным гвоздем! Аж мороз прошел по коже…
Впрочем, факт вызова не стал для меня неожиданностью. Я готовился быть ответчиком с тех пор, как начал хоть что-нибудь соображать и отец рассказал мне о Приговоре. «Жди, – предупредил он меня. – Жди в любой день, в любую ночь». И больше к этому разговору мы не возвращались.
Я ждал. И не питал иллюзий относительно времени, которое оставалось в моем распоряжении. Особенно после того, как за отцом явился Судейский Посол. Вот этого парня я запомнил прекрасно – он поразил воображение впечатлительного тринадцатилетнего юнца, каким я тогда был. Тощий, бледный, закутанный в черный плащ и обутый в сапоги с квадратными носами, Посол казался мне злодеем с холодной желчью вместо крови. Его голову венчала широкополая шляпа с эмблемой Суда. На тонком носу как приклеенные сидели очки с овальными мутными стеклами и золотой оправой. Правый рукав был перевязан полоской красной ткани. Это означало, что Судейский допущен к «работе» с самыми трудными экземплярами, включая одержимых бесами, а «одержимость» уже тогда ни в коей мере не являлась смягчающим обстоятельством. У Посла были руки художника – с тонкими, длинными, заостренными пальцами; на вид – изнеженные и слабые; очень белые, наводившие на мысль о каком-то извращенном сладострастии… На восковом лице не было ни малейших признаков растительности.
Бледная жилистая кляча прекрасно дополняла общее впечатление. В моем незрелом представлении Посол был кем-то вроде слизняка, бледной немочи, которая выползла из какого-то склепа и обладает непонятной властью над живыми, сильными, загорелыми и отважными людьми… Отец – дуэлянт, бабник, лихой рубака, прошедший три войны, не боявшийся, как я думал, никого и ничего по эту сторону жизни, – покорно вышел вслед за ним, опустив голову и не сказав ни слова. Только горько улыбнулся напоследок и потрепал меня по щеке. Воющую мать он не удостоил даже прощального взгляда…
Спустя двадцать семь лет Посол явился и за мной. Наверное, память сыграла злую шутку; во всяком случае, мне показалось, что это был тот же бледный тощий очкарик, не постаревший ни на один день. И визит его клячи к живодеру тоже, как видно, откладывался на двадцать семь лет…
Некому было выть, провожая меня в последний путь. Я жил в одиночестве и не имел ни детей, ни друзей. А слуги – это всего лишь слуги. Они сожалели только о том, чего не успели украсть. Я не сожалел вообще ни о чем. И оставил душеприказчику завещание, согласно которому старый родовой замок должен быть разрушен в течение месяца после моего ухода.
* * *В аду оказалось совсем неплохо. В перерывах между войнами и пытками я развлекался со знойными местными шлюхами – если, конечно, успевала нарасти содранная кожа. Потом ее сдирали заново – и все начиналось сначала. Для разнообразия я играл в покер на отрезанные пальцы, напивался по-черному в барах, где подавали «Пузырчатую Мэри» (кипящая смола поверх водки), сам испробовал ремесло палача и экзекутора, но так и не успел войти во вкус…
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Презумпция виновности"
Книги похожие на "Презумпция виновности" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Андрей Дашков - Презумпция виновности"
Отзывы читателей о книге "Презумпция виновности", комментарии и мнения людей о произведении.