Анна Берсенева - Нью-Йорк – Москва – Любовь

Все авторские права соблюдены. Напишите нам, если Вы не согласны.
Описание книги "Нью-Йорк – Москва – Любовь"
Описание и краткое содержание "Нью-Йорк – Москва – Любовь" читать бесплатно онлайн.
Американская артистка Алиса приезжает в Москву для участия в российской постановке известного бродвейского мюзикла. Сравнение Москвы и Нью-Йорка сначала напоминает ей игру "Найди десять различий". Но вскоре Алисина жизнь выходит за рамки игры на сцене и развлечений богемы. Слишком много разнообразных чувств вмещает в себя Москва... Алиса догадывается, что таким же "вместилищем чувств" был этот город и в 20-е годы, на которые пришлась московская молодость ее бабушки. Рассказы бабушки о ее жизни, яркой как фейерверк, Алиса то и дело вспоминает в России. Ведь и с ней здесь начинают происходить события, которые полностью меняют ее жизнь...
Но здесь была не Америка, и здесь Алиса опрометчиво пообещала, что покажет Марине несколько приемов степа, которые та почему-то называла тайнами мастерства.
Маринка была иронична, не лезла в карман за резким словечком, но даже она время от времени начинала мыслить обычными для русских пафосными категориями.
– Если хочешь, в школу ко мне приходи, – немного заискивающим тоном предложила Марина. – И степ покажешь, и на наших звездулечек попсовых посмотришь. Русская экзотика, тебе интересно будет. – И, встретив Алисин недоуменный взгляд, объяснила: – Я же танцульки преподаю, я тебе не говорила разве? Танцульки для звездулек. Ну, и просто для толстых кошельков и их кошелок.
– Говорила, – вспомнила Алиса. – Но мы можем позаниматься и у нас в театре, утром после разминки, например. Мне кажется, твое начальство в танцевальной школе не будет довольно, если ты занимаешься не своими обязанностями.
– Да плевать на него, – беспечно махнула рукой Маринка. – Мало ли чем начальство недовольно? На все внимание обращать – никаких нервов не хватит.
Все-таки Алиса никак не могла привыкнуть к этой русской способности не напрягаться из-за того, что вообще-то должно держать в напряжении, – из-за служебных обязанностей, например. Для дела, любого дела, это было, без сомнения, плохо. Но, следовало признать, для того чтобы жить, то есть просто замечать, что происходит вовне тебя и у тебя в сердце, эта способность была очень даже хороша.
«Ну не любим мы работать, – вспомнила она слова Марата. – Мы зато жить любим».
Марат вспомнился некстати; Алиса поморщилась. Заодно ведь вспомнилось и объяснение, которое у нее с ним произошло.
Началось оно как-то мимоходом, словно бы не всерьез. Они столкнулись в коридоре театра, это было через три дня после того, как Алиса ушла из квартиры в Кривоколенном переулке.
– Что-то случилось? – поинтересовался Марат. – Ты куда пропала?
Он стоял, держа руки в карманах брюк, покачивался с пятки на носок и смотрел на Алису исподлобья. Глаза его посверкивали непонятно и узко.
– Я от тебя ушла, – сказала Алиса. – Мы можем обсудить мое решение, чтобы ты понял, почему я его приняла.
– Все-таки ты сугубая американка, – усмехнулся Марат. – Несмотря на русскую бабушку. Все по полочкам раскладываешь, для спонтанности у тебя места нет.
– Я не уверена, что в наших с тобой отношениях была спонтанность, – пожала плечами Алиса. – Они с самого начала были осознанными. Даже слишком, – добавила она.
Все-таки он не все про нее понимал. Нормальная американка никогда не сказала бы, что ее отношения с бойфрендом слишком осознанны. А какими же они должны быть? Именно осознанными, и подробно обсуждаться на каждом этапе своего развития.
До Москвы, до России, Алиса тоже считала нормой именно такие отношения. И ее смущало и сердило то, что теперь она считает иначе. А почему иначе и как – иначе? Этого она не знала.
– Что значит слишком? – насторожился Марат.
– Мы с тобой с самого начала относились друг к другу функционально, – объяснила Алиса. – У нас был хороший секс, и это притягивало нас друг к другу.
– Только это? – усмехнулся он.
– Да. Может быть, у тебя это было что-то другое. Знаешь, мне не всегда были понятны твои реакции. Я поэтому даже фантазировала себе про тебя какие-то иллюзии. – Алиса тоже усмехнулась. – Но это уже неважно. Сейчас я понимаю, что в основе моего к тебе отношения всегда лежал только хороший секс.
– С чего ты вдруг это поняла? – перебил ее Марат. – И вот именно сейчас?
Что она могла ответить? Что поняла это из-за дождя, в шуме которого была простота и правда, все объясняющая в жизни, или из-за того, что у совершенно незнакомого человека взгляд был не похож на голос? Все это были слишком смутные материи, к тому же она постеснялась бы произнести это вслух, к тому же Марат, пожалуй, и не понял бы, о чем она говорит.
– Почему я это поняла, неважно, – сказала Алиса. – Может быть, раньше я просто была непроницательна. Во всяком случае, я не могу спать с мужчиной, который спит с другими мужчинами за деньги. Извини, я случайно услышала твой разговор в казино.
Его глаза сузились совсем, и их блеск стал похож на блеск клинка. Он молчал минуту, не меньше. Они смотрели друг на друга в упор. Это была слишком длинная пауза, но Алиса умела держать любые паузы, ее этому учили в актерской школе. Для тех отношений, которые полгода связывали ее с Маратом, а теперь вот развязывались, достаточно было того, что называется навыком.
– Я думал, ты смотришь на это более современно, – наконец проговорил он. – Ты же нью-йоркская богема, не тетка из Урюпинска! И вообще, вас ведь, по-моему, сексуальной толерантности прямо в школе учат.
Конечно, это так и было. Она в самом деле принадлежала к нью-йоркской богеме, которая на три четверти состояла из гомосексуалов, неважно, женщин или мужчин, и в школе ее учили так, как учили всех ее ровесников, и сказать что-нибудь нетолерантное про однополый брак было в высшей степени неприлично…
– Учат, – пожала плечами Алиса. – Но я ведь и не перехожу на другую сторону улицы, когда вижу тебя. Я просто не хочу с тобой спать. Это мое право.
Она говорила жестко, внятно, с отчетливыми интонациями, и говорила правду. Но при этом знала, что все это – и внятность, и отчетливость – нисколько не объясняют главного, из-за чего она ушла от Марата.
Конечно, ее привязывал к нему не только секс. Ей мерещилась в нем загадка, какая-то глубокая тайна – она вспомнила суровость воина, которая проступала на его лице, когда он спал, – и эта тайна казалась ей той самой тайной жизни, в которой есть и восторг, и опасность, и которая вечно манит к себе человеческую душу. И когда она поняла, что на самом деле все это объяснялось в нем просто – скрытым азартом, который ведет его по жизни, определяя каждый его поступок, допуская любое унижение, – когда поняла, что сама она и отношения с нею были для него всего лишь одной из составляющих этого азарта, и не более того, – это стало для нее таким сильным разочарованием, которого она от себя не ожидала.
Но об этом можно было говорить с незнакомым человеком, который свалился в квартиру с черной лестницы и которому не нужно ничего объяснять – Алиса улыбнулась, вспомнив это, – и невозможно было говорить об этом с человеком, которому ты должна объяснить, почему ушла от него ночью в его отсутствие и когда придешь за оставшимися вещами.
– Твое право… – медленно протянул Марат. В его голосе Алисе послышалась угроза, но природа этой угрозы была ей непонятна. – До чего же убогая страна!
– Какая страна?
– Америка твоя, какая еще! Что такое страсти, никто понятия не имеет. Бабы с искусственными мозгами, примитивные мужики…
– Про мужиков ты, несомненно, знаешь больше, чем я, – усмехнулась Алиса.
– Заткнись. – Глаза у него стали уже невозможно узкими, как конский волос. – Слишком много на себя берешь. У нас за такое морду бьют, даже бабам.
Пропасть, лежащая между нею и этим человеком, никогда еще не была для Алисы так очевидна.
«Неужели это только из-за Атлантики? – растерянно подумала она. – Только из-за географического расстояния, только из-за океана?..»
– А лучше бы ты ко мне вернулась, – вдруг сказал Марат. – Да так оно и будет рано или поздно.
– Я не вернусь.
– Вернешься, вернешься, – уверенно усмехнулся он. – Не зря же тебе все у нас нравится. Даже бытовой бред.
– Я внесла свою часть квартирной платы на счет агентства, – сказала Алиса. – До конца апреля. Потом ты можешь снимать квартиру один или отказаться от нее. В ближайшее время я заберу оставшиеся вещи.
Он смотрел на нее насмешливо, как смотрят на ребенка, который с уверенным видом говорит детские глупости о взрослой жизни. Он почему-то не верил ни одному ее слову. Но ей совсем не хотелось сейчас разбираться, почему. Да и потом не хотелось ей в этом разбираться.
– У меня через пятнадцать минут репетиция, – сказала Алиса. – По-моему, мы выяснили все. Мне пора идти.
– Ты будешь моя.
Теперь он смотрел с ненавистью. Желание унизить ее стало в его голосе единственным. Не глядя больше в его глаза, светящиеся злым азартом, Алиса пошла прочь по коридору.
Это было неприятное воспоминание. Физически неприятное – такое, как если бы на белый навес летнего кафе вдруг вылилась целая бочка грязи, и эта грязная, мокрая ткань упала бы и облепила Алису всю, с ног до головы.
– Так как, придешь в школу? – спросила Маринка.
– В школу?
Алиса тряхнула головой, отгоняя ненужные воспоминания.
– Ну да, в танцевальную. Для звездулек с кошелками. Степ потренировать.
– Приду, – вздохнула Алиса. – Давай договоримся, когда.
Глава 11
Школа танцев, в которой Маринка работала два раза в неделю по утрам, занимала первый этаж сталинского дома на Москворецкой набережной. Алиса уже разбиралась в респектабельности московских улиц и без труда определила, что школа «Первый VIP» соответствует своему названию как минимум местоположением.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Нью-Йорк – Москва – Любовь"
Книги похожие на "Нью-Йорк – Москва – Любовь" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Анна Берсенева - Нью-Йорк – Москва – Любовь"
Отзывы читателей о книге "Нью-Йорк – Москва – Любовь", комментарии и мнения людей о произведении.